Чтение онлайн

Казак. Кафель из Луцкого замка. XIV в.

Казацкий келеп, найденный на месте битвы под Берестечком.

Казацкий чекан, найденный на месте битвы под Берестечком.

Итак, отряды существовали при украинских князьях, а часто и независимо от них по всей Украине. Ярким тому подтверждением может служить казацкая организация на Покутье (около современного Ивано-Франковска), которую в 1620-х годах возглавлял Игнат Высочан. Это военное сообщество защищало Галицию и Покутье от нападений Буджацкой орды, которая, минуя Запорожье, непосредственно из Молдавии, нападала на Подолье, Покутье и Галицию. Успехи Игната Высочана в борьбе с татарами были такими великими, что король в награду дал ему дворянский титул. Организация имела свои знамена, артиллерию и даже военный оркестр. В походе делилась на полки и сотни, которыми руководили полковники, сотники, есаулы и хорунжие; рядовых членов, как и на Запорожье, называли «товарищами». Членами ее были не только крестьяне, как всегда пыталась показать польская, а затем и советская историография, но и духовенство, мещане и много украинских благородных родов Книгиницких, Грабовецких, Березовских, Рошковичей, Голинских, Журавских и многих других. Сын Игната Семен Высочан развил эту военную организацию настолько, что с началом освободительной войны в 1648 году, собрав пятнадцатитысячное войско, он полностью очистил Покутье от польской армии и только изменения во внешней политике Богдана Хмельницкого не дали возможность использовать эти завоевания. В 1649 году вместе со своей армией Семен Высочан переходит на Подолье, где отмечается в обороне Виннице вместе с Иваном Богуном в 1651 году. В 1659 году он становится Лисянским полковником, в 1664–1665 годах активно участвует в восстании Вареницы на Правобережной Украине. В 1666 году Семен Высочан был предательски захвачен и сослан в Московию.

Оружие опришков.

Подобная организация существовала на реке Аксияце, прозванной Малым Днепром, где в 1617 году Василий Босый построил замок и, организовав казачье товарищество, совершал частые набеги на турок и татар. Бершадцы так били басурман, что на переговорах в 1620 году турецкий визирь Искандер-паша выдвигал одним из первых условий подписания мира между Речью Посполитой и Турцией немедленное уничтожение казачьего городка Бершадь. Поляки, чтобы не раздражать турок разрушили этот славный городок (196, 43, 11).

Организации Семена Высочана и Василия Босого советская историография обходила стороной. Ведь тогда нужно было признать, что организации, подобные Сечи были и в Западной Украине, а это поломало бы миф про единственную Запорожскую Сечь, как сосредоточение беглецов-крестьян, которые не хотели работать «на господина». Ведь основной причиной создания Сечей, как и товарищества С. Высочана, В. Босого или организаций опришок, была, прежде всего, борьба с татарами и турками, польскими, венгерскими, румынскими и другими феодалами. Да и самые первые упоминания об опришках появляются именно как о борцах с татарами и иноземными феодалами. Ведь в те времена польская власть, которая захватила Украину, не была способна обеспечить надежную защиту от нападений татар, которые неоднократно огнем и мечем проходили через всю Украину, Карпаты, доходили аж до Перемышля и Ужгорода. Даже Куты, небольшой городок в горах — сердце Верховины — из-за бездеятельности польской администрации был в 1621 году захвачен татарским отрядом, и только в 1624 году именно опришками под руководством атамана Белоголового удалось его освободить. Кроме татар, опришки боролись с тремя оккупационными режимами, которые в то время поделили между собой Западную Украину — польским, венгерским и молдавским. Территория, на которой действовали опришки, охватывала Галицию, Покутье, Закарпатье, Сяноччину и Перемышльщину, Буковину, Бессарабию и Подолье. Последний опришок Илько Лыпей погиб в бою с жандармами в Закарпатье только в 1935 году. Опришки постоянно поддерживали тесные связи между собой, а также с молдавскими и венгерскими гайдуками, что позволяло им эффективно маневрировать, не обременяя себя государственными границами. Они постоянно поддерживали связь с запорожскими казаками, многие из них, например, Иван Бойчук с товарищами, были на Сечи, совместно с казаками ходили в походы на Правобережную Украину, а позже вернулись в Карпаты. В отрядах опришков тоже было достаточно запорожцев. Кстати, самым большим координационным центром между опришковством и казачеством был Львов, где в те времена существовал мощный центр вербовки казаков-наемников чуть ли не во все армий Европы.

Портрет Олексы Довбуша. Неизвестный худ. Сер. XIX в.

Галицийские повстанцы XVII в. Современный рисунок.

Опришки, как и казаки, называли себя «товариществом», своих вождей «атаманам» или «ватагами», любимым танцем опришков, как и везде в Карпатах, был «Казачок». Особенно развитыми и подобными к казачеству были структуры опришек в Западном Прикарпатье (Сянничина, Перемышльщина, Лемковщина). Здесь в период XVI–XVIII веков, подобно системе паланок на Сечи, существовали сети из нескольких меньших отрядов, оборонявших определенный населенный пункт и подчинялись одному территориальному руководителю, которого называли «гетманом» (45, 222–223). Общее количество людей под его руководством могло достигать до полутысячи человек. Как и казаки, опришки проходили определенные испытания, после чего принимали присягу на оружии. Так же существовал у них и обычай побратимства. Аналогичным было и вооружение, одежда, хотя советская историография и изобразительное искусство пытались подавать нам «декоративных» опришков, вооруженных, как правило, только топориками и одетых в гуцульские народные костюмы конца девятнадцатого века. Хотя старинные рисунки и исторические документы дают нам совсем другой образ, где вооружение опришков больше подобно к казацкому. Так, например, кроме топориков, опришки широко пользовались мечами, саблями, палашами. Приведем описание одежды и вооружения опришков, составленные в двадцатых годах XVII века польским шляхтичем Станиславом Заховским, который некоторое время находился у них в плену. Он пишет, что руководитель опришков «был ростом невелик, с черными закругленными усами. Был одет в новый белый зипун без воротника. Под левой щекой имел рану. В руках держал татарский лук и несколько стрел. Остальные стрелы находилась в колчане. На боку висела сабля. Один из повстанцев был одет в поношенный зипун. Он был не очень высокий, носил кустоподобную бороду. За ухом у него была ранка. Был вооружен саблей, луком и стрелами в колчане. Другой — молодой, русый, ходил в новом белом свитке. Воротник рубашки молдавский, вышитый красным. Его голова была выбрита, под левым глазом — след от раны, вооружен только саблей» (45, 225–226). Так же документально зафиксировано, что славный Олекса Довбуш рядом с топориком носил, для отличия что он атаман, палаш.

Гуцул. С рисунка Б. Гакета. XVIII в.

Выдающийся исследователь Лемковщины, доктор Теофил Курило прямо сравнивает лемковские отряды збийныков с казаками: «… одни проживают на окраинах Польши, больше всего любят свободу и свою родную веру, за что боролись против угнетателей — шляхты и евреев. Казаки имели пристанище в порогах Днепра, а лемки — в пещерах и вертепах. Народ же видел в них своих защитников, и называл их „збийныками“, в отличие от „разбойников“, то есть людей, которые нападают и грабят для своей пользы» (98, 3).

Подобно и одежда и оружие лемковских збийныков XVII–XVIII веков имели много общего с казацким. «Они носили: на голове: высокую шапку с хвостом лисицы или перьями птиц, странного покроя, также имели шапки из овчины (колпаки), или суконные шапки. На ногах носили: постолы, а старшие носили желтые или красные сапоги с голенищами. Збийныки имели кремневые ружья, бандолеты, пистолеты, ножи с деревянными ручками, толстые палки, мочуги, острые косы, топоры, чеканы, отточенные колы, панцыри и т. п. Порох хранили они в рогах… Среди збийныков были также хорошие лучники. Они носили также чеканы (с востока джуканы), которые можно применять и как оружие и как палку. Гетманы збийныков взяли от казаков, железные, так называемые буздыганы, для отличие их ранга… Збийныки имели сумку-югаску и широкие кожаные пояса, с которыми носили кисет для табака и трубку. Гетманы, атаманы носили сабли и имели свои отличия: они наряжались в богатую одежду, а збийныки носили преимущественно суконные зипуны. Часто вожди носили высокие красные шапки. Топорики носили все, даже во время сна должны были иметь их при себе. Носили облегающие штаны, такие, как и теперь носят в некоторых регионах Лемковщины. Рубахи носили збийныки короткие, пропитанные в овечьем жире. Такую почерневшую от жира рубаху они носили, пока она не порвалась. Кошели были с широкими горловинами. Гарнасы — то есть старшие збийныки, имели шляпы с пришитыми вокруг дукатами» (98, 3–4).

Лемковские збийныки. XVII в. Со старинного рисунка.

Типы покутских опришков на карте Боплана. XVII в.

На знаменитой карте Боплана и других старинных гравюрах опришки в одежде и вооружении ничем не отличаются от казаков. Но советская власть не позволяла никому исследовать эти факты. Ведь советский образ опришка должен был подходить только к концепции классовой борьбы «крестьян против господ». Поэтому эта тема была реально просеяна и выхолощена. Разрешалось воспевать только одного народного героя — Олексу Довбуша, о других вождей вспоминать не рекомендовалось. Поэтому и представления у нас об опришковском движение сложилось чрезвычайно однобокое. Свидетельством того, что опришки были не просто маленькими бандами грабителей, а серьезной военно-политической силой, является массовое использование больших опришковских отрядов как наемного войска в XVII–XVIII веках. По свидетельству документов того времени, крупные магнаты Речи Посполитой имели у себя на службе целые армии из опришков, которые широко использовали в междоусобной борьбе. Так, магнаты Потоцкий и Пшеремский в борьбе с князем Корецким использовали отряд покутских опришков в количестве 700 человек (232, І, 101). Так же князь Яблоновский, воюя против Балабана за Перегнисько бросил туда отряд из 400 опришков (232, І, 101).

После захвата Галиции Австрийской короной, императоры Австро-Венгрии в борьбе с засильем различных банд и нищих в крае, заключали соглашения с руководителями карпатских опришков. Известно, что император Леопольд I заключил соглашение об этом с одним из руководителей опришковского движения Иваном Бецей, который в некоторые годы собирал в свои отряды до нескольких тысяч человек. А знаменитый буковинский герой Лукьян Кобылица, который боролся с социальным гнетом в 1843–1844 годах, избирался даже членом австрийского парламента.

Тактика опришков была несколько отличной от казацкой, ведь в горах среди лесов, в отличие от степных пространств, не выгодно воевать большими массами войск, куда эффективнее тактика небольших партизанских отрядов. В целом она имела больше общего с военной тактикой казацких пластунов, а также гайдамацких отрядов. Но несмотря на тактику, опришки прекрасно справлялись с гораздо большими по численности войсками противника. На Лемковщине их называли «збийныки», «шугаи», на Закарпатье «бескидники», в венгерской стороне «толваями», «батярами», «списаками». Сами же себя они называли «черными ребятами». В судебных документах есть названия опришков: «списаки», «толваи», «батяры»; есть и другие: «разбойники», «гайдуки», «борцы» и другие (47, 115–116).

Збийныки. Народная картинка из Подгалля.

Руководитель бескидников. Со старинного рисунка.

Кстати, история возникновения этих военных организаций Западной Украины практически не изучена. Первое упоминание о них датируется 1529 годом, но, возможно, они действовали и раньше. Первые опришки создавались как народная самооборона (как позже УПА) от татарских набегов и посягательств иноземных (польских, венгерских, румынских) феодалов. Но возглавляли их, безусловно, профессиональные воины. Польский историк Владислав Лодзинский в своей работе указывает на существование в местах деятельности опришков целых воинственных родов, которые, по его словам, нельзя было отнести ни к шляхте, ни к крестьянам, ни к арендаторам, ни к князьям, ни к другим сословиям тогдашней Речи Посполитой, но которые имели в себе признаки всех этих сословий (232, І, 167–168) (вспомним, что и казачество в Речи Посполитой официальным сословием не считалось). В Карпатах, особенно на Буковине, в народе до XX в. бытовали предания о т. н. «борецких родах», которые часто выступают как опришки, но в основном имеют черты таинственных героев-рыцарей, похожих на средневековых рыцарей Европы. Они не жили в общинах, поскольку принадлежали к отдельному борцовскому роду, не имели начальников, жили одиноко, отличались огромной силой и феноменальным умением бороться, от чего и произошло название «борцы». Люди считали их велетами [19] , рассказывали о них невероятные вещи (39, 6). Основной контингент лемковских збийныков составляли так называемые солтысы, — отдельное сословие, которое, как и казаки, стоял между простыми гражданами и шляхтой и были обязаны идти на войну по первому зову короля. По нашему мнению, все эти упоминания являются описаниями реликтовых казачьих общин на территории Западной Украины.

С началом польской оккупации, уже с XIV–XV вв., по всей Украине создаются повстанческие отряды, которые польские власти называет «гультяями», «своевольными людьми» и «свободными людьми». В 1431 году вспыхнуло знаменитое Бакотское восстание, которое продолжалось до 1434 года. В Западном Прикарпатье повстанческие отряды становятся известными под названием «фурив» (fur — голытьба). Впервые это название было зафиксировано в 1424 году, распространено в Саноцкой и Перемышльской землях, а также на Лемковщине.