Чтение онлайн

Как только «мерседес» остановился, к нему, потеряв сразу весь интерес к ювелирным украшениям, направился Мирза Хан, сел на переднее сиденье рядом с Мюллером. Агарвал взял у продавца готовый пан, расплатился и, стараясь не привлечь к себе внимания двух телохранителей, которые стояли, как ястребы, оглядывая прохожих, подошел к сидевшему у стены мальчишке — чистильщику обуви. Тот сразу с большим усердием принялся за работу.

Через пару минут Мирза Хан вышел из «мерседеса» уже с небольшим атташе-кейсом в руках. К нему тут же подскочили охранники и, заслонив собой от прохожих, довели до «амбассадора». Еще несколько секунд — и обе машины тронулись и чуть вдали на перекрестке разъехались в разные стороны: «амбассадор» повернул направо, в сторону Старого города, «мерседес» — наоборот, налево, в новые кварталы столицы.

— Все, сааб, готово. — Голос чистильщика, закончившего свою работу и любовавшегося надраенными до блеска туфлями Агарвала, вывел того из раздумья.

Щедро по местным меркам расплатившись с мальчишкой-чистильщиком, Агарвал дошел до первого из ресторанчиков, заказал еду, а сам продолжал размышлять о том, чему он только что был свидетелем. У него не возникало никакого сомнения, что в чемоданчике, полученном мафиози от Мюллера, были деньги — иначе зачем им встречаться здесь на улице.

Он быстро поел и вернулся в гостиницу. Внизу вновь сидел и мирно посапывал хозяин. Агарвал легко покашлял, дав знать о своем присутствии, разбудил хозяина и попросил разрешения позвонить по телефону. Тот медленно полез в карман, достал маленький ключ, открыл им такой же маленький замочек, застопоривший телефонный диск, и придвинул телефон:

— За каждый разговор — пол-анны.

Агарвал порылся в кармане, вынул монету и отдал ее толстяку.

Телефон Виджея опять не отвечал, хотя до конца рабочего дня оставалось еще 40 минут. Агарвал набрал домашний номер инспектора — тоже никто не ответил.

— Разговор не состоялся, так что в следующий раз звоню бесплатно.

Хозяин, не открывая глаз, улыбнулся уголком рта и кивнул головой.

Вернувшись в свой гостиничный номер, Агарвал вновь запер на ключ дверь, достал пан, аккуратно положил его пальцами в рот и начал жевать. Он, как и большинство местных жителей, любил освежиться после еды этим национальным лакомством, одновременно очищавшим рот от остатков пищи и чуть опьянявшим. Так, медленно пережевывая кисло-жгучую смесь, Агарвал вновь уселся на топчан и принялся читать рукопись Бенджамина Смита.

Было уже почти половина одиннадцатого, когда Агарвал отложил чтение и спустился вниз к телефону. Опять сначала послышались длинные гудки, но затем в трубке щелкнуло, и Агарвал услышал усталый голос Виджея. Не называя себя, Агарвал сказал:

— Слушай внимательно. Срочно приезжай на угол улицы Пяти Колодцев и площади Азии. Жду тебя там через полчаса. Понял?

— Буду там через двадцать минут. Ты мне тоже очень нужен.

Агарвал взял сумку, спустился вниз, отдал ключ хозяину.

— Сегодня номер освобождаю, но скоро, возможно, опять приеду.

Хозяин удивленно посмотрел на журналиста, но ничего в ответ не сказал — разных постояльцев повидал он на своем веку и поэтому привык к людским причудам.

Агарвал прошел на улицу Пяти Колодцев тем же переулком, что и пришел в гостиницу, миновал здание кинотеатра и вышел к площади Азии. Перейдя на другую сторону улицы, прошелся взад-вперед. Поставленные недавно посредине улицы мощные фонари, рекламные огни кинотеатра и облепившие соседние с ним дома ресторанчики заливали все вокруг ярким светом. Ничто не говорило о том, что страна переживала, пожалуй, самый сложный период в своей истории после получения независимости. Лишь наклеенные в двух-трех местах на стенах домов напечатанные жирной черной краской плакаты призывали на демонстрацию и митинг на площадь у национального стадиона. Журналистским чутьем Агарвал улавливал в обычной суете улицы какие-то новые перемены. Вот почти одновременно то тут, то там появлялись сосредоточенные, подтянутые молодые, неплохо одетые ребята — вероятно, студенты университета. В руках у них были пачки отпечатанных листков, которые они предлагали прохожим.

Очевидно, новость о принятии правительством условий руководства Всемирного клуба уже просочилась в университет. Листовка была напечатана на машинке и размножена на ротапринте — благо тайная полиция еще не наложила свою лапу на это множительное оборудование. Агарвал знал, что по секретной инструкции все печатные прессы в столице были недавно взяты под контроль службой национальной безопасности. В последние месяцы СНБ значительно укрепила свои позиции, формально при этом не расширяясь. Просто почти во всех правительственных учреждениях были созданы специальные отделы безопасности, да и в состав обычных отделов вошло много сотрудников этой службы. Чиновники их хорошо отличали от обычных сотрудников. Делом они почти никаким не занимались, практически постоянно отсутствовали, регулярно появлялись только к выдаче жалованья. Журналисты поговаривали, что служба национальной безопасности уже приступила к компьютеризации своих досье и что через год-другой на каждого взрослого жителя страны будет заведено электронное досье.

Раздумья Агарвала прервал резкий сигнал полицейской машины. Он оглянулся и увидел джип Виджея, который он мог легко отличить от сотен других машин. Агарвал шагнул на проезжую часть улицы и поднял руку. Джип резко затормозил и свернул к обочине. Быстро вскочив в машину, Агарвал крепко пожал руку друга.

— Ты где пропал? — Виджей вырулил на середину улицы и прибавил газ.

— Это я тебя сегодня целый день ищу. Есть важное дело.

— У меня к тебе тоже много всяких вопросов. Ты, конечно, знаешь о смерти Бенджамина Смита. Так вот, расследование поручено мне. Я потихоньку распутываю это дельце, будь оно неладно, но мне требуется твоя помощь. Ты же близко знал убитого?

— Почему убитого? Ведь в газетах говорится о самоубийстве. И что, ты знаешь, кто его убил?

— Пока не знаю, но кое-что мне удалось уже выяснить. Давай купим что-нибудь поесть и поедем ко мне — разговор будет долгий. Ты не возражаешь?

— Наоборот. Ты мне тоже нужен позарез и тоже по делам того же Бенджамина Смита. У меня здесь кое-что есть. — Агарвал показал полиэтиленовый пакет с папкой. — Бенджи сумел мне передать кое-какие свои бумаги. Думаю, что тебе тоже будет небезынтересно с ними познакомиться.

— Только позволь, первым буду задавать вопросы как следователь я, а заодно и кое-что расскажу, что может и тебе быть интересным. Подожди только секундочку в машине — я мигом.

Виджей притормозил около известного на весь город ресторанчика, специализирующегося на отпуске блюд на дом, исчез внутри здания, из дверей которого исходил чудный аромат готовившейся еды, и спустя минуту появился вновь с двумя картонными коробками, перевязанными ленточками.

— Держи, — сказал он Агарвалу, когда тот, прогнувшись, открыл ему дверь машины.

Агарвал подхватил теплые от горячей пищи коробки, поставил их на заднее сиденье.

— Нам с тобой сегодня придется долго еще работать — так что надо хорошо подкрепиться.

Инспектор завел мотор, и машина, непрестанно сигналя и лавируя, начала пробираться в еще довольно плотном потоке автомобилей, моторикш и велосипедистов. Минут через 15 они благополучно миновали все дорожные пробки и свернули к дому, где жил инспектор. По дороге Виджей успел рассказать другу о событиях последних двух дней и в свою очередь расспросить его о Кэтти, Натваре и, конечно, о Бенджамине Смите.