Чтение онлайн

• Фактчекинг. А вот сюда входит все, что так или иначе связано с реалиями, если действие книги разворачивается в нашем мире. Вроде зеленых египетских пирамид. В блоке фактчекинга идет плотная работа с матчастью. Именно здесь мы убеждаемся, что броню, в которой сражается наш воин, действительно можно разрезать консервным ножом, а тухлой селедкой под шубой травятся с теми симптомами, через которые мы всё описали. Матчасть вообще тема сложная и широкая. На самом деле неплохо, если база у нас собрана и проверена еще на этапе, когда мы продумываем книгу, а к редактуре остается дособрать и допроверить мелочи. Все-таки разная матчасть имеет в книге разный вес: без какой-то не сложится сюжет, а какая-то декоративна. Например, написать роман о Людвиге ван Бетховене, просто выстроить его структуру я бы не смогла, не изучив предварительно крупные научные работы, некоторое количество писем и дневников. Там можно было найти биографическую канву, очертить характеры братьев, проследить маршруты переездов… И выяснить, например, какие десерты любили второстепенные герои книги или какой узор мог быть на платье таинственной возлюбленной… таким лучше озадачиться позже, иначе матчасть можно собирать вечно. Но на этапе редактуры подобные вещи проверяются дополнительно — хотя бы чтобы сделать сноски.

Стилевая редактура делается уже после того, как все сцены дописаны, а все факты проверены. В будущем, начав писать чище, мы можем совместить эти два процесса, но на старте, пока еще не уверены в своем слоге и плаваем в планировании, их лучше разделить. Утром деньги — вечером стулья. Сначала сюжет — потом стиль.

Редактура — это трудоемко. Но выжить можно, если соблюдать еще несколько принципов:

• Переменный ток. Какие-то фрагменты текста мы отредактируем легко и быстро, на каких-то застрянем. Это нормально. Причин много: как наша любовь/нелюбовь к этим сценам, так и наша батарейка в конкретный момент. Уставший человек делает такую работу — сочетающую аналитику и креативность, требующую концентрации — медленнее. Поэтому, условно, садиться за редактуру сразу после трудного дня не стоит. Лучше погулять, приготовить еду, созвониться с другом, посмотреть серию сериала — и только потом идти в текст. Написания это, кстати, тоже касается.

• Чек-лист. В разделе об обратной связи мы упоминали, что друзьям — или, например, подписчикам в блоге — можно предложить конкретные книжные вопросы, по которым нам важно услышать мнение. Такой список — только уже не вопросов, а задач — стоит составить и себе, чтобы потом, по мере редактуры, с удовольствием что-то из него вычеркивать. «Раскрыть такого-то героя как хорошего отца; откалибровать систему и визуал магических камней; прописать по всему тексту важный символ — чайку, парящую над озером…» Вычеркивание закрепляет наше понимание: мы движемся. А когда вычеркнуто все, дает больше смелости отпустить книгу в большой мир.

• Хороший песик! Себя стоит почаще хвалить. За каждую отредактированную сложную сцену, за каждый вычеркнутый из списка пункт. На финал редактуры стоит и вовсе купить себе торт. Возможно, из мяса. В зависимости от того, какие торты вы любите.

Начнем с главного вопроса: когда это симпатичный лохматый пес из предыдущих глав превратился в… не менее симпатичного, но огромного и грязного слона? Да вот так: провалился в яму, полную языкового мусора, и хорошенько покатался там на спине. Ничего не поделаешь, мусорных конструкций, портящих смыслы, благозвучие и ритм, действительно много.

Давайте с ними разбираться?

Слона мы будем мыть на разных уровнях. Начнем, конечно, с самого простого, но почему-то подсвечиваемого реже, чем стоило бы. Итак…

Проще говоря, слова, борьба с которыми сводится к простому «вырезал — и не жалко». В живой речи, в диалогах героев такая резка совсем не обязательна, говорим-то мы куда грязнее… а вот в повествовании советы из блоков ниже могут очень даже помочь.

Пласт говорящих морфем

Некоторые приставки и суффиксы сами по себе уже заряжены определенной коннотацией, и их наличие освобождает нас от необходимости использовать вспомогательные слова. Например:

• Суффикс «-оват-» и приставка «при-» довольно часто несут смысловой заряд «слегка», «чуть». Поэтому смело пишем «Она выглядела бледноватой» вместо «Она выглядела чуть бледноватой». Или «Я приуныл» вместо «Я слегка приуныл». Также «Он прищурил глаза» вместо «Он слегка прищурил глаза». А вот если щурится персонаж конкретно так, то мы используем глагол сощурил.

• Еще одним значением приставки «при-» может быть «осторожное, мягкое, плавное действие». Поэтому когда кто-то притворяет дверь, то он делает это по умолчанию мягко, тихо, бесшумно и так далее, эти наречия мы тоже опускаем.

• Суффикс «-ик-» у существительных довольно часто означает небольшой размер. Поэтому не нужно писать маленький уютный домик, напишите просто уютный домик, и в воображении читателя он будет маленьким. А вот окажется ли он уютным, уже решит детализация в описании!

• Суффикс «-ейш-» у прилагательных обычно означает превосходную степень. Поэтому пишем прекраснейшая роза вместо самая прекраснейшая роза.

Оглядитесь, вчитайтесь в свои тексты и тексты, которые вас окружают, и вы найдете довольно много других таких же морфем. Но разумеется, вы можете мусорить, если вам важно очень-очень-очень сильно усилить эффект. Тогда допустимы и жалкие людишки, и крошечный домик.

Пласт плеоназмов

Некоторые слова — и глаголы, и существительные, и прилагательные — зачастую имеют настолько сильный и/или понятный заряд, что им тоже не нужны костыли, а между тем зачем-то мы их в текст вытаскиваем, пытаясь усилить и без того суперсильный эффект. Примеры:

• Распахнуть, захлопнуть, вскочить, рухнуть, дернуть, врезать, рявкнуть — все эти глаголы и многие их братья подразумевают порывистые, а часто и внезапные действия. Поэтому они совершенно не нуждаются в компании слов резко, стремительно, а порой и вдруг. Это все равно что дать супергерою Флэшу выпить энергетик.

• Спуститься, подняться, упасть, оглянуться, оглядеться, взмыть, вернуться — все эти глаголы направленные. Мы можем спуститься только вниз, оглядеться только вокруг, вернуться только обратно, а оглянуться только назад. Соответственно, во всех этих направляющих уточнениях наши глаголы не нуждаются. Зато уточнить локацию — спускаемся ли мы в кухню или в холл, взмываем в черные тучи или к ясному солнцу — вполне можно!

• Ваша девушка, скорее всего, будет юной или молодой, старой она будет вряд ли (если вы не иронизируете), поэтому от этих уточнений тоже можно воздержаться. Ваша прохлада по умолчанию легкая, потому что «тяжелая прохлада» — это уже холод, мерзляк, морозилка, дайте, блин, шубу! Если дверь распахнута, то непременно настежь, потому что «распахнутый» — это «открытый на всю ширину». Знакомство, с кем бы то ни было, всегда первое. И таких примеров много.