Чтение онлайн

– Это наше спасение, - ответил Ален.
– Если нефть останется у них и они ею воспользуются, они уничтожат всех солдат Альянса, которые окажутся в радиусе действия их оружия. Благодетель пленных не берет.

– Я не говорю, что вы не правы в своем решении, но это ужасно.

Они помолчали, четверо подростков, замышляющих убийство двухсот мужчин. Впрочем, далеко не мужчин: многие (а скорее большинство) возрастом не сильно отличались от них.

– Те, кто не попадет под лавину, выедут из каньона точно так же, как и въехали в него, - заметила Сюзан.

– Нет, не выедут, - покачал головой Ален: он уже все понял. Роланд кивнул, на губах его появилось подобие улыбки.

– Почему?

– Ветки в устье каньона. Мы их подожжем, не так ли, Роланд? А если ветер в этот день будет дуть, как обычно в это время года... дым...

– Погонит их в червоточину, - закончил за него Роланд.

– А как вы зажжете ветки?
– спросила Сюзан.
– Я знаю, они высохли, но у вас не будет времени поджигать их спичкой или кремнем с огнивом.

– Тут ты сможешь нам помочь, - ответил Роланд.
– Как сможешь помочь поджечь цистерны. Нам не удастся поджечь нефть, стреляя в цистерны из револьверов. Сырая нефть горит гораздо хуже, чем думают многие. Я надеюсь, нам поможет и Шими.

– Расскажи, что ты от нас хочешь.

6

Они проговорили еще минут двадцать, внеся в первоначальные планы минимум изменений: все, похоже, понимали, что неопределенность ситуации не допускала более детальной проработки. Ка затянула их в эту историю, вот они и рассчитывали, что та же ка и их собственная отвага помогут им из нее выпутаться.

Катберту не хотелось вовлекать Шими. но в конце концов он согласился: роль юноше отводилась совсем незначительная, и Роланд согласился взять его с собой при отъезде из Меджиса. Пятеро уедут или четверо - разницы никакой.

– Хорошо.
– кивнул Катберт и повернулся к Сюзан: - Ты поговоришь с ним или я?

– Я.

– Внуши ему, что Корал Торин нельзя говорить ни слова, и убедись, что он тебя понял, - продолжил Катберт.
– Дело не в том, что она - сестра мэра. Просто я не доверяю этой сучке.

– И на то есть причины, - кивнула Сюзан.
– Моя тетя говорит, что она спуталась с Элдредом Джонасом. Бедная тетя Корд! Ужасное для нее выдалось лето. Да и осень будет не лучше. Ее назовут теткой предательницы.

– Некоторые будут знать, что это не так, - возразил Ален.
– Можешь в этом не сомневаться.

– Возможно, но моя тетя Корделия из тех женщин, которые слышат только дурные сплетни. Да и распространяет только их. Джонас, между прочим, приглянулся и ей.

Катберта как громом поразило.

– Ей приглянулся Джонас? О боги, что же это делается? Такое просто невозможно представить. Если бы людей вешали за неудачный выбор в любви, твоя тетушка оказалась бы впереди многих, не так ли?

Сюзан засмеялась, обхватила руками колени, потом кивнула.

– Пора расходиться, - подвел итог Роланд.
– Если потребуется срочно поставить в известность Сюзан о каких-то изменениях в наших планах, воспользуемся красным камнем в стене парка "Зеленое сердце".

– Хорошо, - Катберт встал.
– Пошли отсюда. А то холод добирается до костей.

Поднялся и Роланд.

– Очень важно, что они решили оставить нас на свободе, пока будут завершать подготовку к отправке нефти. Мы должны этим воспользоваться. А теперь...

Его прервал спокойный голос Алена:

– Есть еще одно дело. Тоже важное. Роланд вновь опустился на корточки, вопросительно посмотрел на Алена.
– Ведьма.

Сюзан вздрогнула, но Роланд пренебрежительно рассмеялся.

– Она нам не помешает. Эл... не вижу, как бы ей это удалось. Не могу поверить, что она участвует в заговоре Джонаса...

– Я тоже.
– согласился Ален.

– ...мы с Катбертом убедили ее помалкивать насчет меня и Сюзан. Иначе тетя Корд сейчас бы рвала и метала.

– Неужели ты не понимаешь?
– удивился Ален.
– Вопрос не в том, кому и что скажет Риа. Надо разобраться, как она узнала о вас?

– Это розовый шар, - без запинки ответила Сюзан. Рука ее коснулась того места, где начала отрастать отрезанная на берегу ручья прядь.

– Что за розовый шар?
– спросила Ален.

– Как луна.
– покачала головой Сюзан.
– Я не знаю. Не знаю, о чем говорю. Голова пустая, как у Питча и Джилли. Я... Роланд? Что с тобой?

Роланд уже не сидел на корточках - плюхнулся задницей на усыпанный сухими лепестками роз пол. Казалось, он вот-вот потеряет сознание. Снаружи доносился шорох опавшей листвы, которой не давал покоя ветер, да крики козодоя.

– Милосердные боги, - прошептал он.
– Этого не может быть. Не может быть, - Он встретился взглядом с Катбертом.

От весельчака не осталось и следа. На Роланда смотрел расчетливый и безжалостный воин, которого не узнала бы и собственная мать... не захотела бы узнать.

– Розовый шар, - повторил Катберт.
– Прелюбопытно, не так ли? А ведь о нем упоминал твой отец, Роланд, перед нашим отъездом. Предупреждал о розовом шаре. Мы подумали, что это шутка. А он, выходит, знал, о чем говорил.

– О!
– Глаза Алена широко раскрылись.
– Проклятие!
– вырвалось у него. Тут он понял, что ругается в присутствии возлюбленной лучшего друга, и зажал рот рукой. Щеки его густо покраснели.

Но Сюзан ничего не услышала, не заметила его смущения. Она смотрела на Роланда, и душа ее наполнялась страхом.

– В чем дело?
– спросила она.
– Что ты знаешь? Скажи мне! Скажи!

– Я бы хотел загипнотизировать тебя вновь, как в ивовой роще.
– Роланд вскочил.
– До того, как мы продолжим этот разговор и замутим твои воспоминания.

Роланд достал из кармана патрон, начал вертеть его в пальцах. И тут же взгляд Сюзан словно приковало к нему.

– Я могу? С твоего разрешения, дорогая?

– Ага, можешь.
– Ее глаза широко раскрылись, в них появился стеклянный блеск.
– Не знаю, с чего ты решил, что в этот раз будет по-другому, но... Она замолчала, но взглядом продолжала следовать за патроном. Когда же Роланд закрыл патрон ладонью, веки Сюзан упали. Дышала она тихо н ровно.

– Господи, она же окаменела, - в изумлении прошептал Катберт.