Чтение онлайн

В Ларинии было пятнадцать городов, каждый из которых подчинялся столице — Астриалю. По размерам центральный город превосходил Рокин и Тэмин вместе взятые. Крау упомянул, что там проживало не менее миллиона жителей, включая деревни и поместья в окрестностях. Это был крупнейший и богатейший город на всём континенте. Столица раскинулась на живописном берегу моря Лазури, а её земли граничили с территориями диких народов.

Ларины называли их ваурх. Судя по описанию, Эл понял, что это люди, похожие на эмеринов, совершенно лишённые магии, но при этом живущие гораздо дольше благодаря изменению крови, проведённому ларинами. Ваурх подчинили около трёх тысяч лет назад, и с тех пор они были рабами, выполняя самую грязную работу или становясь наложницами в гаремах лордов. Многие ларины ценили диких мужчин и женщин за особенную, экзотическую красоту и абсолютную покорность, которая не требовала контроля. Послушание и долголетие были «подарками», полученными ваурх от своих господ через магию крови. Племена ваурх обитали на самом востоке континента, и там ларины часто устраивали жестокую «охоту», в ходе которой уничтожали целые поселения и насиловали мужчин и женщин на глазах у их семей. Женщины ваурх не могли забеременеть от ларинов, поэтому отцы нередко отправляли своих сыновей на «охоту», чтобы те набрались опыта и развили необходимые навыки с женщинами ваурх.

Все мужчины, чей цвет магии был ниже фиолетового, находились в полном подчинении у высших уровней и обязаны были беспрекословно выполнять их приказы. Отказ карался смертью без суда. Женщины же и вовсе не считались за людей: они были рабынями, разменным товаром. Если кто-то проигрывал деньги или накапливал долги, расплата могла производиться женщинами. Ценность женщины признавалась только в одном случае: если уровень её магии был необычайно высок, не ниже фиолетового. Тогда ей разрешалось доказать свою силу в магической дуэли с мужчиной такого же уровня или выше, и в случае победы она получала некое подобие свободы — начинала принадлежать сама себе. Однако, как рассказал Крау, за последние несколько сотен лет ни одна женщина так и не смогла вырваться из рабства. Несколько отчаянных попыток дуэлей неизменно заканчивались гибелью женщины или тем, что она сходила с ума от ментальных атак.

Эллиан расспрашивал и о братствах наёмников, преследующих Тэлли, однако узнать подробности не удалось: вся информация скрывалась даже от самих членов, чтобы никто не мог выдать её врагам. Единственное, что удалось выяснить от Крау — существовало два братства: Мортис и Фирлих.

Первые занимались созданием всевозможных ядов, а их члены называли себя мортифарами. Эл тут же понял, откуда в их землях появились такие умелые отравители: они пришли из Ларинии, чтобы распространить своё искусство и заработать здесь больше денег. Яды мортифаров создавались с помощью магии, и, как правило, спасения от них не было. Максимум, на что могли рассчитывать жертвы, — это отсрочить неизбежный конец, но действие яда в итоге отбирало жизнь каждого. Когда Эл попросил привести пример такого яда, он ошеломлённо замер, услышав знакомое название — азур. Именно от него его спасла госпожа его души. Эл невольно бросил взгляд на Тэлли, но она или не придала значения словам Крау, или была слишком увлечена разговором с Юэ, потому никак не отреагировала на услышанное. «Госпожа — единственная, кто сумел победить азур. Даже среди ларинов такое никому не удавалось», — подумал он с гордостью. Эл попытался узнать у Крау о составе яда и его магических компонентах, но тот ничего не мог сообщить — он не обладал нужными знаниями, и у него не было доступа к секретам братства Мортис.

Зато он многое знал о братстве Фирлих. Они брались за самые разные заказы — от слежки и сбора информации до убийств. Заказчики могли выбирать формат сделки: разовый, бесконечный или периодический. Все члены братства были мужчинами с низким уровнем магии, но отличались особой жестокостью и умением добиваться цели любыми средствами.

Особой категорией заказов было «обучение» женщин. В Ларинии существовал жестокий обычай: если мужчина совершал проступок, наказание ложилось на его женщину: жену, дочь, сестру или мать — её отправляли на обучение. Когда Виттель Крау рассказывал об этом, Эл вспомнил, что главарь пустынников и его подручные называли насилие над Тэлли именно обучением.

Крау не вдавался в детали — он не был одним из так называемых мастеров-учителей, но всё же поведал, что обучение длилось месяц. Над женщинами издевались один или несколько мастеров, пока они не становились покорными, готовыми угождать любому мужчине в любой форме.

Со слов Крау, в Ларинии также существовал закон о праве первой ночи. Если мужчина объявлял о намерении жениться, он был обязан пригласить на свадьбу всех мужчин фиолетового уровня, чтобы они могли воспользоваться этим правом. Это событие считалось знаковым, ведь женщина могла понести ребёнка от мужчины с более высоким магическим рангом, а значит, в новой семье мог родиться наследник с куда большей силой, чем у родителей. По этой причине мужчины низших уровней нередко продлевали первую ночь на несколько дней, а иногда и на целую неделю, позволяя каждому желающему высшего ранга оставить своё семя в невесте. Эл с содроганием вспомнил, как Тэлли страдала в хижине, и не мог осознать, как вообще кому-то пришло в голову узаконить подобное.

Со слов Крау выходило, что некоторые мужчины, а иногда и женщины пытались воспротивиться установленному мироустройству ларинов. Однако их сопротивление неизменно подавлялось Кругом: в наказание за неповиновение женщин восставшей семьи отправляли на «обучение». Отцы боялись за своих жён и дочерей, братья — за сестёр и матерей, поэтому никто не осмеливался выступить против Круга Ближних открыто. Последние бунты проходили около тысячи лет назад, и все они были безжалостно подавлены.

«Но почему тогда они охотятся на Тэлли?» — на этот вопрос он так и не получил ответа. Судя по рассказу ларина, Эл пришёл к выводу, что за Тэлли гоняется кто-то могущественный, ведь сумма заказа постоянно росла, а плату предлагали каждому желающему. Не у всех найдётся столь огромное богатство, чтобы заплатить любому аванс — даже если тот обманет и откажется выполнять договор.

Даже отряд Крау заинтересовался этим заказом, хотя обычно за подобное не брался. Они телохранители и хорошо владели магией, защищая своего заказчика от магических атак. И по пути они столкнулись с ещё одним отрядом, от которого получили сведения о том, где в последний раз видели бергмаров, и отправились прочёсывать округу. Тогда-то они и узнали, что бергмары искали бордель, но не успели до него добраться — на них напали. Первый отряд был уничтожен, а Крау и его люди бежали, чтобы выполнить заказ — делиться наградой никто не хотел. Именно от них Крау узнал, что пока они искали Тэлли, цена за её голову вновь выросла и теперь составляет пятьдесят тысяч золотых.

Эл был поражён суммой, назначенной за Тэлли, и решил, что она каким-то образом связана с кем-то из их высших. Однако делиться своими догадками он не стал — услышав, как обращаются с женщинами, она словно обезумела, и он не хотел тревожить её ещё сильнее.

Когда они добрались до таверны, Эл вошёл первым, чтобы трактирщик не запомнил их как мужчину, путешествующего с женщиной. Оплачивая ночлег, он представился Дином, который якобы прибыл устраиваться на службу к лорду. Перекинувшись парой слов с хозяином, он направился в комнату, которую тот ему указал, — она удачно располагалась в конце коридора. Затем, спустившись вниз, он выждал момент, пока трактирщик отвлёкся на других гостей, и провёл Тэлли наверх.

Рядом с их комнатой находилась умывальня. Эл попросил служанок наполнить её горячей водой, а сам остался с Тэлли. Она молчала, но он чувствовал, что внутри неё всё ещё бушует пламя ярости. И не знал, как ей помочь. Он не ощущал желания с её стороны, чтобы он обнял её, но, решив, что это единственный способ хоть немного её успокоить, подошёл сзади и заключил в объятия.

— Как ты? — спросил он, уткнувшись носом в её макушку. Она была гораздо ниже его, и ему всегда приходилось наклоняться, чтобы поцеловать её.

— Я в ужасе, Эл, — еле слышно ответила она.

Но Эл не чувствовал в ней страха. В её голосе звучало нечто иное — ярость, ненависть… но не страх.

— Мир таков, какой он есть. Мы не всегда можем изменить его под себя. Иногда приходится принять все его грани и научиться использовать их в свою пользу, — прошептал он, вспоминая слова учителя на первых уроках магии, когда определялся их уровень. Тогда не всем понравилось, что у них выявили слишком низкую силу.

— Это позиция слабака, Эл, — фыркнула Тэлли.

— У тебя есть решение, как изменить это? — спросил он без тени насмешки. Будучи её охранителем, он не мог и не хотел ни подшучивать, ни язвить.

— Нет, Эл, я не знаю, как это изменить. У меня нет сил на это.

— А если бы были, что бы ты сделала?

— Сожгла бы этот мир дотла.

Эл чувствовал, как её разрывает изнутри боль — не физическая, ментальная. Её душа раскололась на части в той хижине, и её призрачные осколки напоминали о себе раз за разом. Он крепко прижал её к себе, позволяя ощущать реальность через него, и молча держал, пока внутри неё бушевал ураган, стирая границы между сознанием и кошмарами.