Чтение онлайн

— Кита. — Юлик лежа перевернулся на живот. — Перегони-ка флешку своего фотика на жесткий диск. Завтра еще поснимаем.

— Юлик, ну вот ты лежишь, валяешься? — Кита лениво потянулся. — Ну и я хочу поваляться. Завтра перегоню. А посмотреть хочешь — так вот, на экране посмотри. Всё, я спать, други. Устал я. — Рыжий встал и уполз в палатку. И крикнул оттуда: — Перед моим бдением толкните, ок?

Моя смена дежурства у костра началась часа в четыре и должна была закончиться к шести, перед рассветом. Подбрасывая в огонь мелкие веточки, чтоб чем-то занять руки, я в задумчивости не сразу поняла, что мне мешает какой-то посторонний непрекращающийся звук, идущий, казалось бы, отовсюду. Закрутив головой во все стороны, попыталась найти источник, одновременно решая, будить уже лагерь или еще подождать. Мой взгляд зацепился за какую-то неправильность на озере. Что-то серое и длинное явно подплывало к нашему лагерю. «Этого еще не хватало», — подумала я. И поняла, что именно это «что-то» и издавало звук, похожий на тихое порыкивание. Нет, все, надо будить ребят.

Орать «Рота, подъем!» я не стала, а просто тихо пробежалась по палаткам с сообщением о странном чуде-юде на озере. Наши так же тихо встали, оделись и затаились в окружающих кустах со всей пневматикой, которая у нас была. Чудовище, судя по звуку, приближалось.

— Чего-то смахивает на лодку, идущую на малых оборотах, — пробормотал Мишаня. — Но высовываться не будем, посмотрим, что за гости.

Звук был уже где-то рядом и вдруг стих. Потом послышалась возня, и какой-то человек неспешно направился к нашей стоянке.

— Нет, ну вот люди, а. У них уже лодки с продовольствием сперли, а они так и не научились дежурных на ночь выставлять. Как дети малые, право. И хоть бы проснулись, их ведь тут как зайцев перестрелять можно.

Егерь. Это точно был он, походил по лагерю. И, подойдя к одной из палаток, стал расстегивать молнию.

— Ой, это же наш егерь, — запищала Ленка.

— Во-о-от ты дурра, — протянул Мишаня, — у него же ружье, а не наши пукалки. Ну всё, можно выходить.

Мы стали выбираться из окружающих стоянку кустов на поляну.

— Фьють, — присвистнул егерь, — молодцы! А я уж думал, что совсем лошарики. Лодки я ваши пригнал. Там же и рюкзаки. — Поглядев на наши ничего не понимающие физиономии, усмехнулся и пояснил: — Я в обход ходил, по заповеднику, а Агмар начал беспокоиться — пес это мой. Ну я и повернул назад. А пошел-то я в сторону Ловозера. Обратно иду — слышу крики на речке. Подхожу — глядь, ваши лодки, а в них мелюзга эта, которая тут до вас стояла. Одну лодку уже на камень выбросило, в ней пацан без движения, а в двух остальных тоже что-то неладно. Я уж когда дошел — увидел, что ребята-то в лодках все переломанные. Ну и вызвал МЧС, а они, пока вертолет санитарный ждали, повинились, что лодки и еду у вас сперли — дескать, испугались, что за ними местные не придут. А как до Сейдъявриока, что Сейдозеро и Ловозеро соединяет, дошли, так поняли, что волоком придется лодки тащить — прохода-то не знают! Вот тут и закрутило их да об камни побило сильно. Лодки ваши я подлатал, рюкзаки выловил. Только мокрое там все — сушить надо. Ну вот, как-то так уверен был, что дождетесь меня. — Егерь уже широко улыбнулся. — Ну, не буду спрашивать, покормите чем или нет, и так знаю, что голодные. Потерпите немного, я сейчас до избушки добегу и принесу вам жратвы, только кого-нибудь со мной надо бы отправить, чтоб помог.

Мишка потоптался и немного смущенно проговорил:

— Дак, это. вроде и не надо нам. У нас вон еще похлебка из зайца, и жареный зайчик, и еще чего-то там есть. Только хлеба нет.

— За-аяц! — протянул егерь. — Это как же вы его словить-то умудрились?

Мишка теперь уже с гордостью посмотрел на меня и ответил:

— А это не мы. Это вон Танюша у нас на силки мастерицей оказалась. Зайцев и еще кого-то мелкого поймала.

— Не мелкого, а белок. Вы из них суп сегодня трескали так, что за ушами пищало.

Ой, зря я это сказала. Лица ребят как-то сразу нехорошо вытянулись, и руки потянулись в мою сторону.

— Белок?.. — просипел Кит. — Ты сказала, что мы вчера жрали белок? Это таких хорошеньких, с мохнатыми хвостиками, бегающих по деревьям крыс?

Нет, Кита не помчался в кусты, он помчался ко мне, и я тут же спряталась за егеря. Меня пытались достать, но я крепко схватилась за егереву куртку, и отодрать меня мог бы только паровоз на всей тяге.

— Ну белок, ну и что? Они же вкусные! — отбивалась я.

— Да чего вы, правда, — встал на мою защиту егерь, — я сам белок ловлю и ем. Вкусные они, а из шкурок одеяло красивое. Вы бы лучше спасибо сказали, что животы полные, а не от голода тут маетесь. Небось, сами-то только на ягодах-грибах смогли бы продержаться пару дней.

Все глянули на меня уже виновато, а я обиделась, села на чурбачок и закурила.

Вскоре мы помирились и сидели вокруг костра, раскладывая и развешивая на просушку все, что было в рюкзаках. Да, придется задержаться еще на день, чтоб привести все это в порядок.

Пока все разбирали, успели поведать егерю и о пещере.

— Эвон как, непростые вы ребята. Сам Барченко к этому лазу подойти не смог, а вы так вот запросто звезды днем увидели! Увидели ведь?

— Ага, до сих пор в себя прийти не можем.

— Я тоже иногда этот лаз нахожу и спускаюсь. — Лесник вздохнул. — Красиво.

— А почему «иногда нахожу»? — недоуменно отозвался Юлик. — Мы там сегодня уже два раза были.

— Да блуждающая она какая-то, пещера эта. Не в смысле, что перемещается, а идешь вот на поляну и не видишь лаза, а в другой раз заглянешь — и вот он, тут как тут. Некоторые бегут от этого места как от чумы, даже в ужасе. Немало было случаев, когда люди погибали там по непонятным причинам, и на лицах у них — маска ужаса застывшая. Сам таких за время службы тут видел человек десять, а той поболе. Но некоторым и помогает. Вот вам, видите, лодки вернулись, чтоб вы свой путь продолжить смогли. Теперь-то куда?

— На Ловозеро, — сказала я, — на остров Колдун. Читали мы, что там тоже весьма непростое местечко, а у нас ведь экспедиция как раз по темным и непонятным местам России.

В общем, весь день мы обменивались с егерем байками и историями, которые с нами происходили, а к вечеру он принес нам еще одну оленью ногу, на сей раз закопченную.

— Вот, возьмите в дорогу, пригодится. Я вам еще проволоки принес для вашей охотницы, на силки. Держи, Танюш, не отказывайся, у меня еще много.

Наутро мы на лодках — в первой сидел егерь — благополучно прошли Сейдъявриок и вышли в Ловозеро. Перед прощанием егерь посоветовал нам внимательно осматривать места, где мы планируем встать на ночевку. На наши вопросы коротко пояснил, что у местных охотников за военными трофеями, черных следопытов, иногда водится «милая» привычка минировать кострища. Чтобы «конкурентов» отвадить. Поэтому, если поблизости видны следы свежего раскопа, примерно одно-двухлетней давности, от ночевки на таком месте тоже лучше отказаться. «И еще, — добавил он, — если у вас есть какие-то особые вещи или амулеты, расставьте палатки так, чтобы они образовали треугольник. Тогда вы все увидите, услышите, но не пострадаете».

Периодически приставая к берегу то в одном, то в другом месте, мы к вечеру добрались наконец до острова Колдун. День был очень хорошим, ясным и довольно-таки теплым.

Мы планировали остаться на острове на пару дней и обязательно осмотреть сейд «Старуха», который, по преданию, спас когда-то лопарей от нашествия чужеземцев свеев. А дело было так.

Пришел на Ловозеро со своей дружиной чудский начальник Чудэ-Чуэрив, все они были некрещеные и начали грабить лопарей. Лопари бежали от них на остров на озере, где стоит каменная фигура «Старуха», которой приносят гостинцы, когда идут на охоту. Чудь заметила, куда бежали лопари, села на карбасы и отправилась за ними в погоню. Тогда один лопарь стал бить в бубен и просить, чтобы «Старуха» сделала «погоду». «Старуха» услышала его и сделала такую бурю, что вся чудь, гнавшаяся за лопарями, потонула в озере.

По саамским поверьям, остров этот оттого и называется Колдун, что сюда приезжали шаманы для совершения своих таинств. А поверья на пустом месте не возникают. Не иначе как место силы здесь. И самое интересное, что в местных легендах вкраплены рассказы об этом удивительном острове, как о сущем рае на земле. Если путешественнику или охотнику выпадет попасть на этот остров волею судьбы или по умыслу, то остров отнесется к такому гостю очень благодушно. Здесь всегда в достатке вода, пища, укрытия от непогоды. Пользоваться всем можно очень продолжительное время. Но не дай бог, попробует человек взять с собой с этого острова хоть что-то — кара постигнет его тотчас и будет сурова. Вот такие истории живут в народе про этот остров. В современном Интернете тоже бытует о нем огромное количество историй.