Темное сияние
Шрифт:
«Если это не помешательство, то я не знаю, как еще это назвать», — подумала Кассандра, чувствуя, как горят огнем ее щеки.
— У меня такое чувство, будто ты от меня все время убегаешь, — заметил Теодор, подплыв к ней, когда она отдыхала, держась рукой за стеклянный бортик. — Неужели ты меня настолько боишься?
— Не тебя, — вздохнув, неохотно ответила она. — Глупостей, которые могу натворить. Наверное, мне не следовало сюда приезжать…
— Зачем все усложнять? — тихо спросил он. Опустил ладони на край бортика по обе стороны от ее плеч, отрезая ей пути к отступлению, мягко коснулся губами ее виска, затем щеки, уголка рта. — Нас ведь влечет друг к другу, Кэсси… Рядом с тобой я теряю все свое самообладание. И схожу с ума от желания…
— Я тоже, — прошептала Кассандра. Их лица разделяли считаные миллиметры, но на этот раз Теодор медлил, словно предоставляя ей право выбора. И тогда она сама потянулась к демону и поцеловала его.
Мокрые, упругие, жадные губы, горячие руки на ее теле, твердые мышцы его груди под ее ладонями… Кассандре казалось, что мир вокруг поплыл, погас, исчез, и все, что осталось — они двое да окружающая их вода. Теодор рывком приподнял ее за бедра, так, чтобы она обхватила ногами его торс, и принялся кое-как стягивать с нее намокшую футболку — но Кассандра легонько оттолкнула его, замотала головой.
— Не здесь, Тео…
И вскрикнула от неожиданности, когда их обоих вдруг словно выдернуло из бассейна и пронесло по воздуху в сторону лифта.
— Так быстрее, — хрипло пояснил демон, в чьих глазах еще клубилась первозданная тьма.
— Черт, ты бы хоть предупреждал! — она едва могла перевести дух.
Они продолжили целоваться в лифте, и целовались по пути в квартиру Теодора, и в самой квартире, пока почти наощупь пробирались в его спальню, освещенную лишь скупым ночным светом. И уже там, больше не сдерживаясь, демон рывком сорвал с Кассандры затрещавшую по швам футболку и нетерпеливо освободился от собственных плавок.
— Ты прекрасна, — выдохнул он, потратив несколько секунд на то, чтобы окинуть Кассандру восхищенным взглядом.
— Иди сюда, — ответила она, притягивая его к себе.
Они буквально упали на кровать, огромную, с потрясающе упругим матрасом; Теодор навис над Кассандрой, покрывая ее поцелуями, и она вцепилась пальцами в его короткие густые волосы, все еще влажные от воды. Ей было хорошо, как никогда в жизни, и тело ее горело от желания так, что на миг она всерьез испугалась опалить Теодора.
— Я боюсь загореться, — шепнула она, схватив его за плечо. — Я… я… себя совсем не контролирую…
— И не нужно, — он усмехнулся, и его горячее дыхание защекотало ее живот. — Ты мне не навредишь, не переживай.
И Кассандра закрыла глаза, отпуская себя, целиком отдаваясь страсти, дикой, неукротимой, такой, какая возможна лишь между двумя демонами, в венах которых течет Темное сияние. Жизнь так быстротечна, говорил Олаф, и нельзя терять времени даром… Вслед за воспоминанием о Целителе пришла мысль о Даре, отозвавшаяся в глубине ее сердца легким уколом вины, но тут же растворилась без следа: эта ночь принадлежала только им, Кассандре и Теодору, и ни вчерашний, ни завтрашний день не имели над ней власти.
А дальше — будь что будет.
4 Слова из песни Элвиса Пресли Always on my mind (перевод автора)
Глава 15. Разбитые сердца
Утром, часов в восемь, их разбудило назойливое треньканье мобильника Теодора, оставленного где-то в гостиной. Зевая и чертыхаясь, демон выбрался из смятой постели и, немало не смущаясь своей наготы, скрылся за дверью. До Кассандры донесся его негромкий голос, поначалу раздраженный, а затем — явно обеспокоенный; быстро завершив разговор, он вернулся в спальню и с задумчивым видом присел на край кровати.
— Морок нашлась, — пояснил он, поймав вопросительный взгляд Кассандры.
— С ней все в порядке?
— Очевидно, нет, учитывая, что обнаружили ее в психиатрической больнице. Деталей я пока сам не знаю, но планирую выяснить в ближайшее время. Мне нужно ехать, Кэсси, — добавил он не без сожаления, наклонившись и нежно коснувшись губами ее обнаженного плеча. — Ты можешь остаться здесь и подождать меня — я постараюсь управиться побыстрее. И все выходные будут наши…
— Звучит заманчиво, — она улыбнулась, с легким смущением поправила съехавшую с груди простыню. — Но я все же пойду, Тео. Эта ночь была чудесной, но чем больше времени я проведу с тобой, тем тяжелее потом будет расставаться…
— Так давай не будем расставаться, — просто ответил Теодор и поцеловал ее, вжав в подушки.
— Мы с тобой уже все обсудили, — Кассандре потребовалась вся ее решимость, чтобы оттолкнуть его. — Ты не мог бы принести мне мою одежду?
Он вздохнул, поднялся с кровати и, выудив из шкафа первые попавшиеся ему штаны с футболкой, молча вышел из комнаты.
Кассандра села, завернувшись в простыню, как гусеница — в кокон, и невидящим взглядом уставилась в огромное окно, за которым давно разгорелся новый день. Одно лишь небо знало, как ей хотелось остаться — сегодня и навсегда — и каких усилий ей стоило побороть это желание. Она могла бы тешить себя иллюзиями, надеясь, что сумеет переубедить Теодора, изменить его, но опыт, который с годами приходит к большинству женщин, говорил ей, что это невозможно. Мужчины не меняются — даже ради любви. По крайней мере, настолько кардинально.
Ей пришлось до боли прикусить нижнюю губу, и без того ноющую после бурной ночи, чтобы удержаться от подступивших к глазам слез. Черта с два я буду плакать из-за тебя, Тео Хаммер, сказала она себе и решительно встала с кровати. В ожидании своей одежды она вполне успеет принять душ и привести себя в порядок.
— Может, хоть позавтракаешь со мной? — спросил Теодор спустя четверть часа, когда она, умытая и полностью одетая, показалась в дверях гостиной. Сам он так и остался в спортивных штанах и простой серой футболке, придающих ему непривычно домашний вид. Странно, но сейчас он показался Кассандре как никогда красивым, желанным и таким… родным.
Сглотнув вставший в горле ком, она отрицательно покачала головой.
— Спасибо за все, Тео. Я пойду.
— Ладно, — спокойно согласился он. — Куда тебя подвезти?
— Я вызвала такси, так что… Спасибо, не нужно.
— Что ж… — он помедлил, затем, чертыхнувшись, подошел к Кассандре и до боли сжал ее плечи. — Я все-таки поцелую тебя на прощание, и мне все равно, что ты по этому поводу думаешь.
И тут же исполнил свою угрозу. Вот только Кассандра и не собиралась сопротивляться. Запрокинув голову, она обвила руками его талию, закрыла глаза, наслаждаясь вкусом его требовательных и одновременно нежных губ, запоминая его запах. Ночь пролетела так быстро, а ей, наверное, и целой жизни бы не хватило, чтобы насытиться ласками демона…
— Последний поцелуй всегда самый сладкий, — пробормотал Теодор, когда они, наконец, оторвались друг от друга. — Хотя я буду надеяться, что еще не раз сумею его повторить.
— Я уеду при первой возможности, — покачала головой Кассандра. Несколько секунд смотрела в его ясные серо-голубые глаза, затем погладила его по слегка колючей щеке, молчаливо прощаясь, и направилась к входной двери с твердым намерением никогда сюда больше не возвращаться.
По дороге домой она включила свой мобильник, увидела несколько пропущенных звонков от Дара, грустно усмехнулась. Несмотря на то, что накануне вечером она отправила ему сообщение, предупреждая, что останется ночевать у подруги (не правду же ему было писать!), он все равно о ней беспокоился. Или его мучило чувство вины за то, что он оставил ее одну, когда она так нуждалась в поддержке? Неважно. Сейчас он ждал ее, и Кассандру это одновременно радовало и печалило.