Чтение онлайн

– У меня нет пока такого желания.

Румпель недоумевающе смотрит на Круэллу. Та, что еще несколько минут назад буквально сгорала от страстного желания уничтожить его, сейчас с отрешенным видом сидит в ветхом кресле и смотрит в крохотное окошко, расположенное в самом верху комнаты.

У него не просто затекли руки и ноги, но еще и очень болит спина. Холодные прутья решетки, к которой он прикован, больно вонзаются в кожу даже сквозь пиджак.

– Послушай, Круэлла! Ничего толкового из всего, что вы задумали, не выйдет. Отпустите меня, я ничем не могу быть вам полезен.

Она вздрогнула, будто очнувшись ото сна и не понимающе взглянула на своего пленника. Было видно, что на мгновение Де Виль унеслась куда-то в своих мыслях.

И пока холодный синий взгляд не понимающе смотрит на него, бывший Темный не оставляет попыток освободиться:

– Послушай, Тьма разъела твою душу до невозможности и я знаю, как тяжело с этим совладать. Я веками был Темным, дорогуша, а это пострашнее любой злодейки, даже той, что убила свою мать. Но однажды это надоедает. Ты пытаешься убежать от этого – но не можешь. Потому что твое время, когда можно было повернуть все вспять, ушло. Я очень долго думал, что для меня все потеряно. Но если даже в жизни такого чудовища, каким был когда-то я, случилось что-то светлое, то и для тебя не поздно, Круэлла! Не уничтожай последние остатки света в себе еще больше, чем ты уже это сделала!

На губах злодейки вновь мелькает та самая издевательская ухмылка. Она склонила голову набок и с прищуром наблюдает за ним, униженным и беспомощным, несколько секунд:

– Так-так – наконец, изрекла Круэлла после долгого молчания. – Бывший Темный стал сестрой милосердия, монашкой, читающей проповеди? Оставь их, Голд. Я уже говорила тебе однажды, я не слишком-то религиозна, дорогой.

Голд не сдается. Он знает – у него нет шансов выиграть в поединке со Свон. У Темного – да, но не у жалкого трусливого калеки.

– Тогда скажи, чего ты хочешь, я выполню любое твое желание, и мы разойдемся.

– Боюсь, от ее желаний ты умрешь, Голд!

Низкий грудной голос Свон пронесся по подвалу, как раскат грома.

Голд отшатнулся: бой был проигран окончательно.

– О, наконец-то, Темная, века прошли, пока ты вернулась! – недовольно изрекла Круэлла.

– Да, да, по тебе заметно, ты постарела на сотни миллионов лет – пренебрежительно бросила Эмма сквозь зубы.

Круэлла в возмущении открыла было рот, собираясь возразить, но потом передумала:

– Да ну вас к черту, клуб по интересам! Пойду-ка я лучше джину выпью.

– Даже не поприсутствуешь при нашем разговоре?

Круэлла пристально смотрит сначала на Румпеля, потом на Свон:

– У тебя свой интерес в Румпеле, у меня свой. Не скучайте.

И она уходит, громко стуча каблуками.

Свон, кажется, мгновенно забывает о злодейке. Теперь ее взгляд полностью сосредоточен на гладкой стали Эскалибура.

Румпель слышит ее сосредоточенное дыхание.

– Отпусти меня, Темная! – не оставляет попыток освободиться мужчина. – Я не тот, кто тебе нужен!

– Твое второе я, Крокодил, прямо сейчас утверждает, что я все делаю правильно.

– Это Тьма, Эмма Свон. Не слушай уверения Тьмы, рискуешь уничтожить свое сердце, как я – свое.

– И что, не хочешь даже выслушать, зачем ты понадобился мне, Румпель? – она резко обернулась и сверлит его жестким взглядом хищницы.

– Не хочу, но, боюсь, у меня нет другого выбора.

– Ты прав, прядильщик.

Эмма осторожно трогает клинок меча, лаская его пальцами.

– У меня к тебе очень важное дело.

– Ты так и не оставила меч в покое?

– Ты знаешь, что я этого не сделаю.

– Ты должна, Свон. Если ты вытащишь его, то убьешь весь свет и в себе и в этом мире. Это смертельное орудие, оставь его! Темная предупреждающе поднимает руку:

– Не нужно нравоучений, Румпель! Я уничтожу Свет. Он мне больше не нужен. Но есть одна незадача – Темные не могут вытаскивать эту штуку. Если бы я могла, то сделала бы это сама, но…

– Но у тебя нет такой возможности – понимающе кивает узник. – Поэтому ты хочешь, чтобы это сделал я. Боюсь, дорогуша, я не смогу выполнить это твое столь страстное желание.

Как и несколькими минутами ранее Круэлла, Эмма так же подходит к нему, правда, оставляя между ними большее расстояние.

Ее холодные глаза сверлят его лицо, ровно как несколько мгновений назад сверлила синева глаз Де Виль. Поджатые в решительности губы размыкаются:

– Это не желание, Румпель, и не просьба. Это приказ. Я приказываю тебе вытащить меч из камня!

========== Глава 13. Первые подозрения ==========

Эмма налила немного вина в бокал и залпом его осушила. Подняв глаза, она встретила ироничный, слегка сочувствующий взгляд товарки, насколько сочувствия вообще можно ожидать от Круэллы.

Де Виль прикусила губу и лукаво смотрит на нее:

– Вот так это и начинается, Темная.

– Что начинается? – вскинулась Свон и ее глаза разгорелись жарким пламенем. Круэлла увидела, как она ломает пальцы. Из груди ее вырвался вздох:

– Боль. Одиночество. Пьянство. Тебе скучно. Ты подсознательно ищешь, как развеять эту скуку. И в конце концов, приходишь к выпивке. Она дает тебе маленькую сатисфакцию. Кажется, что все вдруг играет яркими красками. А потом ты просто не можешь от этого отказаться, как не старайся. И – здравствуй, наркологическая клиника!

Все это она говорит, уже наливая вино в бокал. Вкус напитка богов на женщину должного впечатления не производит и она морщится:

– Какую гадость ты пьешь, Темная!

– У тебя есть варианты получше? Это коллекционное французское вино.

– Подделка это, дорогая – бескомпромиссно отвечает Де Виль. – Французские вина слаще, а вкус у этого пойла очень напоминает зелье, которое однажды пытался меня научить варить Румпель.

И снова Круэлла удивляет Свон, смотря прямо туда, где расположился еще один Темный и помахав ему рукой.

– Крокодил в восторге – мрачно бубнит Свон.

– Еще бы! – с ноткой самоуверенности в голосе говорит злодейка.

Эмма не смогла сдержать тяжелый вздох.

– Перестань вздыхать, дорогая. Вздохи приведут тебя к алкоголизму.

– Я не алкоголичка, ясно! – рявкнула Темная, краснея в очередном приступе злости.

– Это легко поправить.

Круэлла поднялась и, набросив на плечи манто, уверенно пошла к дверям.

– Ты куда пошла, собачница?

Де Виль обернулась: