Темные изумрудные волны
Шрифт:
Во второй половине декабря Андрей приехал в Москву для участия в отчете о продажах на «Дэва Фарм». Коммерческий директор был недоволен результатами его работы. Тем не менее, Копейкин вытребовал для Андрея премию, мотивируя, что сотрудник деловой, перспективный, начал работу с нуля, и поощрительная премия ему просто необходима. Получив в бухгалтерии деньги, Андрей добросовестно отсчитал половину своему непосредственному руководителю.
Вечером, в холле гостиницы, проходя мимо стенда с бесплатной прессой, Андрей взял свежий номер «Moscow News». Сидя в баре с кружкой пива, он стал просматривать газету, и в рубрике «Classifieds» увидел объявление, которое его заинтересовало. Американская компания «Эльсинор Фармасьютикалз» ищет представителей в Волгограде, Краснодаре, и Самаре. Специализация компании – офтальмология; производство и продажа оборудования, расходных материалов и препаратов для нужд глазных клиник. Допив пиво, Андрей пошёл в бизнес-центр, напечатал резюме, и отправил его факсом по телефону, указанному в объявлении. В резюме было указано, что соискатель имеет высшее медицинское образование, прошёл специализацию по офтальмологии, опыт активных продаж – четыре года, в настоящее время трудится в компании «Фармбизнес».
«Пусть будет, – подумал он. – Чем больше фирм удастся зацепить, тем лучше. Кто там будет проверять, начальство в Москве, я в Волгограде предоставлен сам себе. Москвичам не везёт – их проверяют каждый день».
Так проходили дни, наполненные деловой суетой: звонки, переговоры, встречи, отчёты, поездки.
А по ночам он вспоминал Катю. Память мучительно ловила прошедшее, Андрей видел зияющую пропасть, в своей руке чувствовал напряженную Катину руку, перед глазами мелькали спутанные леса, бурлящая горная речка, водопад.
Он извёл Людмилу Николаевну своими уговорами, и та, в конце концов, сдалась, и сообщила адрес Сергея Владимировича. Андрей тотчас написал письмо и отнёс на почтамт – оттуда оно дойдёт до адресата пусть ненамного, но быстрее.
Глава 77
Катенька, куда же ты, любовь моя, пропала?
Я всё сделал так, как мы договорились: завершил свои дела и приготовился к отъезду. Ждал неделю, другую… Ты не позвонила. Мне пришлось оставить перспективное дело, сулившее большие доходы. Сейчас устроился менеджером на фирму. Зарплата смешная – жалкие триста долларов. Возможностей выдвинуться никаких – надо мной региональный менеджер, проживающий в Краснодаре, он подчиняется Москве, и ему не улыбается продвигать своих подчинённых, в том числе меня.
А я всё жду твоего звонка. Что случилось?
Я полюбил тебя, привязался к тебе, я не могу жить без тебя. Вспомни наше лето – мы вместе наслаждались, и это блаженство не выразишь словами. Ты не можешь отказаться от этого. Ещё три месяца назад ты лучшего и не желала. Ты была для меня всё. Я был всем для тебя. Бывали минуты, когда мы уже и не знали, кто из нас – ты, кто – я, и вот ты уезжаешь, я слышу непонятные обвинения в свой адрес. Я теряюсь в догадках: что произошло, и что мне делать? Ты хочешь, чтоб я забыл тебя? Ну, много же ты захотела! Не надейся, что сможешь так спокойно выпутаться!
Знай, что я не переменился, остался тот, каким был. Позвони мне, и я к тебе приеду. Ты убедишься в правоте моих слов, и сама почувствуешь, что любишь меня так же, как и прежде.
Глава 78
Приветики!
Андрюша, солнышко моё, узнаю тебя – своей настойчивостью ты сломил сопротивление бабушки, и она, вопреки запретам, дала тебе мой адрес.
Напрасно думаешь, что я забыла наше лето. Я всё помню, я не разлюбила тебя. Мои воспоминания, твои подарки, наши фотографии, – всё это живое настоящее нашей любви. Я верю тебе, просто мы по-разному понимаем любовь. Для меня это – служить любимому человеку, для тебя – не остаться ночью одному.
Давай по порядку.
Во-первых, хочу покаяться: я обманула тебя, сказав про свадьбу. Нет жениха, и не было никакой свадьбы. Зная тебя, как шалопая, я подумала, что проще будет разжечь твою страсть и соблазнить, сказав, что несвободна. Ты ведь всегда воспринимал меня, как чересчур серьёзную и недоступную. Ты не хотел обязательств, тебе нужно было что-нибудь попроще…
Ведь мужчине нужно что: побаловаться, и сохранить свободу. Несвободная женщина для этого – наилучший объект. Так рассуждала я, выбирая кратчайший путь для достижения своей цели. Надеюсь, ты не станешь меня за это осуждать.
Потом случилось то, что случилось. Я влюбилась, ты тоже. Чтобы избежать ненужных объяснений, я придерживалась этой версии, и «отменила» мнимую свадьбу.
Теперь про Кондаурова. Ничего у меня с ним не было, и не могло быть. Это наш дальний родственник. За последние семь лет мы виделись всего четыре раза. Очевидно, он не считал нужным объяснять своим людям, кто я такая, и они меня приняли за его любовницу.
В тот вечер, когда твой друг Трезор видел меня с Виктором, я пришла к нему, чтобы попросить у него денег. Знаешь ли, у девушек бывают потребности купить себе что-нибудь из одежды, а на это, как известно, нужны средства. Которых часто не хватает. У отца я постеснялась попросить – у него на тот момент были сложности. Папусик испытывал чисто отцовскую ревность, поэтому своё обращение к Виктору я решила скрыть. В своё время он баловал меня подарками, папусик при этом жутко сердился. Теперь ты представляешь его злость, когда он встретил меня в казино, и увидел, как Виктор передаёт мне деньги.
Тебя беспокоили мои страшные тайны, из-за этого ты накручивал себе бог знает что. Ничего тут страшного нет. Год назад папин знакомый, Владимир Быстров, попросил у отца взаймы пятнадцать тысяч долларов. У папусика таких денег не было, и он обратился к Тимофею Трифонову. Они служили вместе, и у них такая солдатская дружба – верят друг другу на слово. У Трифонова была в наличии искомая сумма, он занял отцу, тот передал деньги Быстрову.
Дело закрутилось.
В конце мая подошёл срок возврата денег, а Быстров исчез. Папусик запаниковал, поднял по тревоге множество народу. Он смерчем пронёсся по трём городам – Петербургу, Москве, и Волгограду. Владимира разыскали, оказалось, что вся эта история – буря в стакане воды, нагромождение случайностей и недоразумений. Он вернул деньги, и повёл папусика в это злополучное казино.
Трифонова в этот приезд разыскать не удалось, ему потом перевели деньги из Москвы.
Причина моего нежелания оставаться надолго в Волгограде – отец боялся, что меня начнут подтягивать к делу об убийстве Кондаурова. Я ни в чём не виновата, но этим милиционерам только дай повод. Кроме того, Трифонов. Отец много с кем общался в городе, и выяснил, что его армейский друг чуть ли не уголовник. У папусика появились нехорошие предчувствия в отношении Волгограда, и он решительно потребовал, чтобы я уехала. Мы с ним большие друзья, поэтому я послушалась.
Почему я тебе не рассказывала всё это? Не знаю. Сложно описать предмет под названием «чёрт знает что, и сбоку бантик». А сверху ещё папины запреты.
В Петербурге мне нашли работу в редакции журнала. Это как раз то, о чём я мечтала. Но тут позвонила Рита и сказала, что встретила Машу, и та в разговоре постоянно твердила, что целыми днями занимается твоим освобождением. Свою квартиру превратила в базу для тюремно-прокурорских хлопот, и с её слов выходило, что она – единственный человек на свете, который старается для тебя. Рита шутливо спросила, уж не возобновила ли Маша свой роман. На что та ответила: «Наш роман никогда не прекращался».
Я не очень-то поверила этим словам, хотя и были разные мысли. Добил меня другой звонок. Позвонил следователь Сташин. Он меня о чём-то там спрашивал, я что-то ему отвечала. Потом он сказал, что Маша подтвердила твоё алиби, сообщив следствию, что провела с тобой три дня в гостинице «Волгоград». Это было как раз после моего отъезда. Следователь проверил эту информацию. Работники гостиницы показали, что указанная парочка действительно провела три ночи в номере.
Дальше я не могла слушать, и бросила трубку. Бешеная ревность захлестнула меня, я бросила всё, и уехала во Владивосток.
Позже до меня дошло, что надо было сначала поговорить с тобой. Не нужно было уезжать из Питера – столько усилий потрачено, чтобы устроить меня на работу, всё это оказалось перечеркнутым. Но я не смогла ничего поделать с собой. Мне хотелось уехать так далеко, чтобы ты меня не нашёл. Я знала: стоит мне услышать твой голос, а тем более увидеть, ты переубедишь меня, заставишь поверить в то, что всё услышанное мною – бред. А через некоторое время ты бы мне снова изменил.
Не хотелось уезжать, но… надо. Мне нужно было забыться, и это почти получилось. Знаю, что долго не смогу без тебя, и обязательно вернусь. Когда – не знаю. Если ты изменишься, будешь верен мне всё это время, мы снова будем вместе. Верю, что будет именно так. Настоящей любви – той, о которой я мечтаю – время и расстояние не преграда. Не собираюсь за тобой следить, и слушать сплетни. Когда мы встретимся, я всё пойму без лишних слов. Сердце любящей женщины невозможно обмануть.
А пока… боюсь звонить, потому что знаю: одно твоё слово заставит изменить моё решение. А это решение – единственно правильное в нашей ситуации. Нам нужно побыть порознь, чтобы осмыслить наши отношения, понять, что мы значим друг для друга.
Теперь ты знаешь всё. Всё в твоей власти, всё будет так, как ты захочешь. За это попрошу об одном одолжении – дождись меня. И если всё, о чём ты написал – правда, уверена: ты станешь самым счастливым мужчиной на свете!
Если нет – ты простишься со мной, как со странницей, которая уходит бог весть куда, и которой грустно.
Глава 79
Катюша, привет!
Это полный абзац. Ты пишешь: «Маша сказала», «следователь сказал»… Не берусь анализировать Машу. Нас всю жизнь будут окружать Маши, Даши, Ксюши, и прочие кликуши. Все они будут что-то говорить, портить воздух зловонными словами. Вникать в это, разбираться, искать смысл – всё равно, что разгребать каловые завалы.
Опять же, Сташин, долбаный пукальщик, добытчик лжи. Он был пристрастен с самого начала, а когда меня вызволил Рубайлов, и у него начались неприятности из-за этого дела, патологические пристрастия обострились. Откуда я знаю, что сподвигло его позвонить тебе и что-то там проблеять.
Но дело не в этом. Если стоит вопрос доверия, можешь попросить того, кому доверяешь, проверить гостиницу «Волгоград». Ты убедишься, что меня там не было ни в указанные дни, ни в какие-либо другие. Сделай это, чтобы в другой раз у тебя не возникало желания подрываться по звонку какого-нибудь чертобеса.
Тут другой вопрос начинается: как долго будет продолжаться твоя беготня по длинным дистанциям. Длительное отсутствие чувственных удовольствий, это, знаешь ли, здорово угнетает. Не знаю, как там у тебя, а все мои части тела скучают по твоим. Давай ты как-нибудь по-другому будешь меня испытывать, а то как-то негуманно получается, не по-людски.
Не прощаюсь, надеюсь, ты поторопишься со встречей.
P.S. Прости за резкий тон. У меня голова идёт кругом, – как ты могла разрушить наши планы? Я люблю тебя. Я принимаю все твои условия и буду ждать столько, сколько нужно.
Глава 80
Глава 81
Все вдруг стали какие-то непредсказуемые. Маша говорила Андрею, что встречается с ним ради хорошей красивой любви, но во время этих встреч, вместо полагавшихся приятных слов, начинала выяснять отношения.
Она обвинила его в двуличности, стремлении усидеть на двух стульях. Он ею пользуется, пока нет рядом Кати. Что и следовало ожидать – всю жизнь так было. А ей не хочется сидеть на скамейке запасных игроков.
«Лучше сидеть на двух стульях, чем на двух кольях», – думал Андрей, и, предъявил свои претензии.
Он обвинил Машу в том, что, успокоившись, она вновь стала смотреть по сторонам, выискивая перспективных женихов. Она объяснила своё поведение просто. Потеряв мужа, решила сойтись с «лучшим из друзей», которого, как оказалось, всегда любила. Будь Андрей цельным человеком с твёрдыми намерениями, то не поступил бы так, как поступил. Он мог бы отказаться от Кати, и сразу сойтись с Машей. Или же честно признаться, что любит Катю. То есть, сделать какой-то выбор. Однако, не высказывая своих мыслей и чувств, он пользовал, по обыкновению, свою институтскую подругу, вынашивая замыслы, о которых ей стало известно из подслушанного телефонного разговора.
Он возразил: если она, как утверждает, любит его, то должна пойти на некоторые жертвы. Ему ведь нужно время на то, чтобы перестроиться, свыкнуться с этим неожиданным открытием – проснувшейся Машиной любовью.
Она ответила, что «сердце тоже свой расчёт имеет», и ей неразумно посвящать молодые годы человеку ненадёжному, находящемуся в перманентных поисках призрачного счастья.
Становилось ясно: дух женской солидарности одержал победу над духом соперничества. Маша не только не скрывала своей неприязни, но ещё невидимыми стрелами тонких насмешек ранила его самолюбие. Видите ли, он неспособен на любовь, а если и может быть чему-то верен, то только своим прихотям. Бедная Катя, – «хороший» ей достался жених!
Так в их отношениях наступил период взаимного недоверия и упрёков.
Глава 82
Этим вечером Игорь Быстров, назначенный заведующим кардиохирургическим отделением Волгоградского областного кардиологического центра, встречался с Михаилом Симоновым, директором петербургской компании «Передовые технологии». Они были знакомы не первый год, фирма зарекомендовала себя как надёжный поставщик, поэтому Игорь рекомендовал её главному врачу для закупки необходимого оборудования для отделений кардиохирургии и реанимации. Немецкая инжиниринговая компания, построившая кардиоцентр, поставила основную массу оборудования, но оказалось, что многого не хватает. Обнаружив это, Быстров связался с Симоновым, и тот приехал в Волгоград. За три дня они подробно обсудили спецификацию, утвердили её у главного врача, а в последний день своего пребывания в городе Симонов пригласил Быстрова в ресторан.
У входа в ресторан «Волгоград» Игорь увидел двух симпатичных девушек, и подошёл к ним.
– Привет, красавицы! Работаете, учитесь?
– Снимаемся, – ответила эффектная блондинка с короткой стрижкой.
Другая, рыжеволосая, хихикнув, отвернулась.
– Отличный съёмный день, – сказал Игорь.
Тут подошёл Михаил, и сообщил, что давно наблюдает за девушками, но природная скромность не позволила ему обратиться к ним. И они почти одновременно пригласили их в ресторан – Михаил многословно и путано, Игорь – коротко и с пояснением, что ресторан будет начальной точкой сегодняшнего вечера.