Чтение онлайн

– Я должен навестить Тиви, - объявил герцог. Он глубоко дышал, наполняя легкие ветром с темнотою и ароматами реки.
– Ты последишь за моим телом, пока меня не будет?

– Можно вас разбудить, если что-нибудь случится?

Дрив покачал головой:

– Ты будешь один, пока я не вернусь. Посматривай в мой Глаз Чарма.

– А если появятся змеедемоны?

Дрив метнул голыш в реку, и тот подпрыгнул несколько раз, пуская круги, пока не исчез из виду.

– Давайте останемся вместе, - попросил Котяра. Страх коснулся его сердца.
– Я вор, я не воин, как вы. Как мне вас защитить?

– Ты сохранил мне жизнь дольше, чем смог мой собственный маршал, грустно заметил Дрив.
– А Лебок был лучший из лучших.

– Тогда послушайтесь меня и не делайте этого.

– Я должен удостовериться, что Тиви еще жива, - ответил герцог. Он шагнул в тростники, тихо постукивавшие друг о друга на илистом берегу, исчерченном следами мышей.
– Я спрячусь здесь. Весь свой Чарм я возьму с собой, не останется ничего, что дало бы искателям меня выследить. Если они вообще меня увидят, решат, что я в Нхэте.

Котяра вздрогнул. Паучий яд все еще действовал.

– А не поищете там моего напарника?

– Бульдога?
– кивнул Дрив.
– Я его найду. Хотя это может быть опасно. Там есть колдун, который обходит лагерь, и если он меня увидит, я могу не вернуться.

– И что тогда?
– спросил Котяра, сияя во мгле зелеными глазами.

– Возьмешь мой меч и ружье, - будничным голосом ответил Дрив.
– Воюй. Если сможешь - освободи Тиви.

– Как я ее найду?

– Меч Таран, - ответил Дрив.
– Я заколдовал в нем образ Тиви. Он покажет, куда идти, если я не вернусь.

– Вы действительно любите, если идете на такой риск.

– Любовь ли это?
– Герцог ушел глубже в тростник и слился с тенями ночи.
– Или что-то большее?

Котяра соскользнул по обрыву к берегу и встал рядом с ним:

– Опять будем говорить о предназначении?

– Наши дни проходят, как лихорадка.
– Дрив нагнулся и поднялся с пучком речных трав в руках.
– Помоги мне привязаться.

– А как же гадюки?

– Буду очень благодарен, если ты станешь их отгонять. Котяра взял водоросли и начал их связывать.

– Вы слишком много просите от незнакомца.

– Ты для меня не незнакомец, Котяра, - уверенно сказал Дрив, обнажая меч.

– Как вы можете так говорить?
– нахмурился вор.
– Я даже для себя незнакомец. Кто я?

– Ты мой союзник. Ты спас мне жизнь, а я спас жизнь тебе.
– Дрив хлопнул ладонью по мохнатому плечу вора.
– Мы друзья.

Котяра принял меч и ружье.

– Вы вернетесь к утру?

– Если не вернусь, тебе придется бросить мое тело здесь.
– Он обвязался связанной травой и лег на подстилку вытоптанного тростника. Помоги мне это привязать.

Вор помог, и когда Дрив был привязан, он схватил его за руку и заглянул в его спокойные глаза:

– Будьте осторожны. Дрив сжал его руку:

– Я вернусь с новостями от Тиви и Бульдога.

Рука его разжалась, глаза закрылись, и тело поднялось, натянув привязь. Герцога здесь уже не было.

Котяра сел и почувствовал, что у него из души рвется крик.

* * *

День врывался в проломы стен заброшенного храма, и Поч смотрел, как Кавал погружается в транс. Казалось, что старый чародей умирает. Плоть его сжалась, будто внезапно сдулась, и похожий на мумию человек сидел прямо в ветреном свете дня.

От воскового тела изошел пряный смолистый аромат. В этом благоухании разворачивались давние воспоминания. Поч вдыхал их и входил в забытое прошлое Кавала, будто заглядывая в собственные закупоренные отростки времени.

Под заиндевелым деревом стоял обнаженный Кавал без бороды, не старше шести с половиной тысяч дней, чуть больше, чем сейчас было Почу. И даже в этом времени жизни, едва оперившись, он обладал уже Чармовой осанкой.

В Доме Убийц Кавал был воспитан как миротворец и проявлял спокойствие и хладнокровную рассудительность, ценимые дипломатическим корпусом. Родственники считали, что его судьбой будет служба при дворе, и Дом уже наводил справки в доминионах, предлагая его на работу как эксперта по договорам и даже как управляющего двора. Но интересы молодого Кавала были далеко от этого.

Вундеркинд в работе с Чармом, он проявил редкий дар - накапливать Чарм в собственном теле без помощи амулетов. В его детских руках колдовской металл и ведьмино стекло двигались как живые, складываясь в стихийно разумные амулеты - яйцеварку, спиночесалку, закрывалку для бутылок. Волшебники приезжали издалека, чтобы получить его совет.

Сестричество предложило Дому втрое больше, чем самый щедрый из доминионов, и Убийцы неохотно отпустили Кавала - на время: он был слишком ценен, чтобы отдавать его ведьмам насовсем за разовую плату, если с воспитанным в нем искусством управленца он мог бы приносить Дому постоянный доход из доминионов.

В конце концов через несколько тысяч дней после начала его службы Сестричеству Дом выкупил Кавала и поставил за приличную плату на службу Арвар Одолу в качестве мастера оружия - неслыханно высокий пост в таком возрасте. Но тогда он был юношей только по виду.

Голый под покрытым инеем деревом - к этому воспоминанию Кавал не возвращался много тысяч дней, и он задумался, какое отношение может иметь столь далекое время к постигшей Ирт беде.

Он начал свой транс с фиксации внимания на внутреннем образе Врэта и поразился, когда это клинообразное лицо расплылось в образ его самого, стоящего столь давно под замерзшим деревом.

Ведьмы ангельской наготы кружили его под свинцовым небом. Голая равнина тусклого стекла кружила их, и все это было невидимо привязано к белому дереву. Они танцевали, заплетая косы безмолвия.

Кавал вспомнил это время своего раннего обучения. Когда исполнялся этот ритуал, называемый Восхождением по Лестнице Ветра, он был в Сестричестве уже полторы тысячи дней. Он к тому времени поразил и себя, и своих наставниц умением обращаться с Чармом, но никто не ожидал того, что случилось потом.

Юноша поднялся на Лестницу Ветра над стеклянной равниной, выше ледяных узоров атмосферы, в холод вакуума между мирами. Обычно неофиты вроде него посещали Немору. Смелые доходили даже до Хеллгейта. Мало кто мог выйти за пределы этих двух миров и вернуться.

Он вспомнил, как висел в мерцающей тьме, где над ним плавали Чармовые миры, блестящие, как морские раковины.

Он задействовал Чарм в сумасшедшем сплетении амулетов, которые смастерил для этого случая, - и исчез с верхней ступени лестницы.