Чтение онлайн

экстренные полицейские розыски выделяется

двадцать тысяч рублей в год. Но немалая их часть

тратится на содержание фотографического ателье,

дела, бесспорно, полезного, но очень уж

дорогостоящего. Недёшево обходится и

организация наружного наблюдения, ведь филеры

штатным расписанием не предусмотрены. Да и

получить деньги, даже если они имеется в кассе,

непросто.

Сначала

требуется

обосновать

необходимость запрашиваемых сумм начальнику

счётного

отделения

канцелярии

обер-

полицмейстера, потом согласовать вопрос с

управляющим канцелярией.

80

– Какие вам ещё деньги? - каждый раз

возмущаются чиновники и начинают поучать. -

Любой содержатель меблированных комнат вам

всё, что знает расскажет, если пообещаете глаза

закрыть на нарушения действующих правил о

прописке. А трактирщики? Намекните только, что

не возражаете против незаконной торговли водкой

в их заведениях, так они вам мать родную с

потрохами сдадут.

Трудно объяснить им, что важными

сведениями зачастую располагают не только те, у

кого «рыло в пушку», но и законопослушные

обыватели, которые «за спасибо» сотрудничать с

сыщиками не станут. Но ещё труднее получить

разрешение обер-полицмейстера. Учитывая, что с

занимающим эту должность генералом Козловым

отношения у Муравьёва не сложились, хлопоты

чаще всего оказываются пустыми. В таких

условиях поневоле задумаешься об источниках

финансирования не зависящих от прихоти

начальства.

Малинин знал, что минувшей зимой

Муравьёв взял под свою «опеку» некоторых

букмекеров. Конечно, это «сделка с совестью», но

он не осуждал за неё Константина Гавриловича.

Одно дело закрывать глаза на грабежи , кражи,

скупку краденного и совсем другое - на такое

мелкое правонарушение, как недозволенная игра.

Тем более, что искоренить её полиция всё равно

не в силах...

81

– Похоже для букмекеров завтрашний день

окажется чёрным. В Москве объявилась шайка

петербургских мошенников. Чтобы убедить

публику не играть Витязя они используют все

возможности: рассылают анонимные письма о

сговоре, размещают в газетах соответствующие

прогнозы. А букмекерам сегодня утром ловко

подсунули «вернейшие сведения».

– Понятно. А ты, со своим приятелем, их

ищешь. Расскажи, что разведать удалось. Может и

я чем смогу помочь.

Выслушав рассказ Малинина, полковник

выругался и принялся расхаживать по кабинету.

Это был верный признак того, что он сильно

озадачен.

– Вот и верь после этого людям... Того, кто

назвался полковником Волковым, я хорошо знаю.

Это мой сослуживец по Кавказу Виктор

Дубецкий. А о втором, которого вы метко

окрестили «толстяком с розеткой», наслышан.

Бывший редактор «Петербургского листка»

Зарудный. Зовут не то Алексеем Андреевичем, не

то

Андреем

Алексеевичем.

Оба

они

действительно связаны с петербургской полицией.

– А кем служат?

– Кем могут служить лица, которые когда-то

по суду были лишены всех особенных личных и

по состоянию принадлежащих прав и сосланы в

Сибирь? Даже после отбытия наказания, только

82

внештатными агентами... Признаюсь, Серёжа, в

очень щекотливом положении оказался я сейчас.

... Московские и петербургские сыщики

частенько оказывали друг другу услуги. При том

не всегда законные. Поэтому Муравьёв ничуть не

удивился когда в начале июля на квартиру к нему

явился Дубецкий и передал записку от помощника

начальника

сыскной

части

петербургской

полиции Виноградова с просьбой « проявить

гостеприимство и не слишком рьяно искать

подателя сего письма и его собрата по

несчастью».

– Что случилось, Виктор?
– спросил он.

–

Вышли

мы

с

Зарудным

на

контрабандистов, которые через петербургскую и

рижскую таможни галантереи разной парижской

на сотни тысяч беспошлинно ввозят. А жена

главного подозреваемого подала судебному

следователю жалобу. Бред полнейший! Будто мы

её шантажируем, восемь тысяч требуем, угрожая

разоблачить её любовные шашни. Следователь, в

целях

недопущения

противодействия

предварительному следствию, распорядился нас

взять под арест. Прокурор его поддержал. Сам

знаешь, как нас эти чистоплюи любят... Вот мы и

надумали переждать у вас в Москве, пока

недоразумение выяснится.

Дрязги между судебными следователями,

прокурорским надзором и сыщиками дело

83

привычное. Отказывать в помощи своим в таких

ситуациях непринято.

– Только учти, Виктор, по своим паспортам

вам проживать нельзя, а сдавать на прописку

фальшивые не советую - в миг спалитесь.

– Не беспокойся, Костя. У Зарудного в

Москве с десяток подруг молодости найдётся. У

какой-нибудь и поселимся. Если возникнут

осложнения

с

наружной

полицией

из-за

нарушений правил прописки к тебе за

содействием можно будет обратиться?

– Что за вопрос?! Не будет меня на месте,

подойдёшь к моему помощнику Николасу. Только