Чтение онлайн

Сергеевич, какое в нём сочетание мощи и

изящества!

Но Бердяеву было не до рысаков. В партере

он заметил филера, приставленного на сегодня к

объекту «Курносая». Потом увидел молодую

стройную шатенку. По описаниям он признал в

ней

телеграфистку

Елену

Митрофанову,

двоюродную

сестру

исчезнувшего

кассира

Московского учётного банка. Она стояла в

обществе мужчины средних лет в вицмундире

телеграфного

ведомства;

модно

одетого,

сравнительно

молодого,

но

уже

изрядно

потасканного господина и мордастого толстяка,

судя по наружности и одежде, из охотнорядских

торговцев. А кто это рядом с ними? Так...

господин Лавровский, собственной персоной...

Вот и Малинин подошёл... В случайности

ротмистр Бердяев не верил. Тем более сам

нередко назначал встречи агентам на бегах или

скачках.

– Отвлекитесь на минутку, Александр

Спиридонович.

Хочу

предложить

вашему

вниманию нечто более интересное чем Витязь.

Трое подозреваемых в одном месте.

Скандраков взглянул и помрачнел. Похоже

помощник оказался прав.

230

Вечером

начальник

Московского

губернского жандармского управления генерал-

майор Середа подписал поручение о проведении

проверки

политической

благонадёжности

Малинина и утвердил постановление о его

задержании. Вручая документы подполковнику

Гагману, сказал:

– Тщательнейшим образом изучите сведения

собранные этими господами из охранного. Я.

право слово, не очень им доверяю, Николай

Густавович. Особенно Бердяеву. Представляете,

он в открытую заявил мне, что может изготовить

любые донесения от агентов, дающие повод для

задержание второго подозреваемого.

Гагман служил в Отдельном корпусе

жандармов тридцать лет. Удивить его чем-либо

было трудно:

– Зря вы так, Николай Акимович. Ротмистр

Бердяев весьма способный молодой человек.

Можно сказать, талант. А что касается его

методов сыска, так это веяние времени. Как пишет

один из кумиров современной молодёжи Карл

Маркс «Бытиё определяет сознание». Кстати,

господа революционеры с нами тоже не в белых

перчатках

воюют.

Несколько

лет

назад

заподозрили они одного бедолагу в том, что он

мой агент. Даже разбираться не стали, просто

взяли и облили его серной кислотой.

231

– Я слышал об этой ужасной истории. Так

этот несчастный, действительно, не был вашим

секретным сотрудником?

– До того, как его изуродовали, мне не

удалось получить от него никаких полезных

сведений. Зато потом он заговорил, понял с

какими нелюдями связался... Впрочем, чутьё

подсказывает мне, что сейчас мы столкнулись не с

революционерами, а с уголовниками.

– Почему вы так считаете?

– Больно уж мудрёная схема: изготовить

поддельные деньги в Германии, переправить их в

Россию, организовать обмен на настоящие...

Слишком много времени на всё это требуется... Я

лично знаком со многими авторитетными

народовольцами и чёрнопередельцами, знаю их

методы. Когда возникает потребность в средствах,

они начинают доить богатеньких либералов. Даже

Иван Сергеевич Тургенев, гордость нашей

литературы, их подкармливал. А в последнее

время, входят у них в моду экспроприации, а

попросту говоря - обыкновенные грабежи.

Помните ограбление Херсонского казначейства?

Больше чем полтора миллиона рублей они тогда

взяли. Попались же чисто случайно... Извините,

ваше превосходительство, разболтался я сегодня.

– Какая помощь вам потребуется от меня,

Николай Густавович?

– Прошу выделить в моё распоряжение двух

унтеров.

232

– Может быть больше, и кого-нибудь из

офицеров резерва?

– Это ни к чему.

– Где хотите обосноваться на время

проверки?

– В охранном. У них, в Гнездниковском,

условия по сравнению с нашими роскошные! У

каждого отдельный кабинет. Даже несколько

камер имеется для временного содержания

задержанных. А вот от нескольких, заранее

утвержденных вами, бланков постановлений о

проведении задержаний и обысков не откажусь. Я

собираюсь основательно потрудиться сегодня

ночью, не хотелось бы вас беспокоить.

– Но ведь это не положено, - начал было

генерал. А потом махнул рукой. - Ладно.

Надеюсь, вы меня под монастырь не подведёте.

Приезжий, впервые оказавшийся поздним

вечером в Гнездниковском переулке, невольно

обращал внимание на невзрачное двухэтажное

здание зеленоватого цвета с несколькими ярко

освещенными окнами. Вот, дескать, чудаки, весь

чиновный люд из присутственных мест в шесть

часов разбегается, а тут до ночи сидят, да ещё в

выходной день. Переставал удивляться, только

узнав, что в этом доме находится «Отделение по

охранению порядка и общественной безопасности

города Москвы» или, как попросту именовали его

москвичи, «охранка».

233

Действительно, хоть в будни хоть в

праздники работа в «охранке» заканчивалась

поздно. Только ближе к полуночи возвращались