Чтение онлайн

– Что за сказки ты мне предлагаешь? – недоверчиво фыркнул граф Орлов. – Целитель меня месяц назад осматривал. Давал две недели, так что я и так уже сверх того живу. Будто в долг…

– Есть один способ, – я склонился ближе. – Опасный и болезненный, но он есть.

– Если ты мне предложить хочешь то, что Славка мой по указке светляков планировал вытворить, то лучше сразу проваливай на все четыре стороны, – с угрозой в голосе сказал старик. – И забудь про мою дочь. Я сам разорву помолвку, несмотря на все убытки. Пока я жив, Лиана не будет связана с тем, кто саму тьму решил обмануть и вывернуть жизнь наизнанку.

– Надо же, как интересно, – задумчиво протянул я. – Я был уверен, что Мирослав очень тщательно скрывал то, что делал.

– А перед смертником скрываться смысла нет, – скривился Леонид Павлович. – Он же думал, что я со дня на день душу тьме отдам. Вот и приходил хвастаться, сокрушался, что я слишком слаб и не потяну «трансформацию».

Последнее слово он практически выплюнул. Теперь у меня не осталось сомнений, что выбранный мной путь – верный.

– Я не предлагаю вам искажать тьму и отдавать душу в обмен на силу, – сказал я. – То есть технически это немного похоже, но не то. Я предлагаю вам служить тьме и дальше. Стать её верным слугой и её защитником. Стать тем, кто сражается во имя её и до конца своих дней отдаёт тот долг, что вернул силу и жизнь.

– Тьме, говоришь? – прищурился старик. – Не той дряни, что исходит от марионеток тени?

– Изначальной тьме, – кивнул я. – Только ей и во благо её.

– И что же это за способ такой? – недоверчиво спросил граф, в глазах которого блеснула надежда.

– Вам нужно будет умереть рядом с Сердцем Феникса – единственным артефактом, который создала сама тьма.

Леонид Павлович смотрел на меня пару минут, подслеповато щурясь слезящимися глазами. Я видел в его взгляде отчаянное желание поверить мне, но оно сменялось недоверием и даже отвращением.

– Сначала ты убил моего сына, а теперь хочешь и меня прикончить? – выдал он наконец. – А ведь ты ничем не лучше него. Нет таких артефактов, чтобы тьма сама их создавала. Только та дрянь, которую обменяли тёмные на собственную душу. Выметайся из моего дома!

– Вашего сына я убил, это правда, – ничуть не смутился я. – Это может быть больно и обидно слышать, но я бы сделал это снова. Он использовал на моей бабушке артефакты с некротической энергией. И он планировал применить их на Юлиане. Мне пришлось убить одного вашего ребёнка, чтобы спасти другого.

– Складно говоришь, только доказательств у тебя нет, – старик устало закрыл глаза и шумно выдохнул. – Уходи, граф. Уходи, пока мне не пришлось вышвырнуть тебя силой.

– Прежде чем вы окончательно испортите отношения со мной, хочу рассказать вам кое-что, – я понизил голос. – Первое, что вы должны узнать, – я Вестник Тьмы. И я заявил об этом перед всем аристократическим сообществом и лично перед его величеством.

Леонид Павлович распахнул веки и уставился на меня с удивлением.

– Второе, чем я с вами поделюсь, – мой голос налился силой. – Я не только Вестник Тьмы, я её страж и её голос. Я тёмный феникс, способный выжигать проклятья и осквернённую ритуалами энергию. Я могу очистить этот мир не только от некротической энергии, но и от тех, кто её практикует.

– Ты… – голос графа Орлова сорвался на свистящий шёпот.

– И последнее и самое главное, – я не дал ему договорить и склонился ближе, наши глаза оказались на одном уровне. – Тьма выбрала меня для этой миссии. Она вернула меня к жизни и поручила очистить этот мир от мерзости. Я могу пообещать вам, что после ритуала вы станете частью моего войска, станете тем, кто поможет в моей миссии и отомстит всем, кто свернул с пути истины и кто подтолкнул к этому вашего сына.

– Месть… какое сладкое слово, – прошептал старик, разглядывая меня так, будто впервые увидел. – Что ты попросишь взамен, Вестник? Если я соглашусь, что ты отнимешь у меня?

– Ничего не отниму, – я усмехнулся. – У вас будет возможность отомстить или завести детей и заняться восстановлением рода. Вы сможете жить любой жизнью, какой захотите, но я призову вас в тот час, когда тьма потребует расплаты. Вы будете стоять со мной плечом к плечу, будете карать и нести равновесие, если потребуется.

– То есть, вечное служение тебе, – подытожил он мои слова.

– Не мне, а тьме, но я буду её голосом, ведь с вами она говорить не станет, – я отодвинулся и выпрямил спину. – Вам придётся довериться мне. Тьма не терпит лжи, поэтому обмануть её не выйдет. Ритуал убьёт вас и не вернёт к жизни, если в вас будет хотя бы капля сомнений.

– Я впервые тебя вижу, Вестник, – Леонид Павлович скривил губы в жёсткой усмешке. – Ни о каком доверии не может быть и речи.

– Понимаю и принимаю, – я пожал плечами. – Другого ответа я и не ждал.

– Тогда зачем предложил? – с интересом спросил он.

– Я сделал предложение, которое вы вольны принять или отказаться от него, – я встал с кресла и растёр лицо руками. Пока я сидел, усталость стала наваливаться всё сильнее. – Выбор в любом случае за вами. Но помните, что если примете решение в самый последний миг отчаяния, то это ничего не изменит для вас. Перед смертью многие хотят спастись, но тьма не примет такой выбор.

– Я тебя услышал, – прошелестел старик.

– Я задержусь здесь на пару дней, – сказал я и вышел из комнаты.

Не став тратить время на поиски слуг или Юлианы, я вернулся в гостевую комнату и лёг на кровать. Наконец-то можно выспаться и восстановить силы.

Я проснулся от ощущения, что не один в комнате. Открыв глаза, я увидел Юлиану, которая сидела рядом со мной на кровати и смотрела на меня с выражением умиления на лице.

– Что такое? – хриплым со сна голосом спросил я.

– Ты так мило сопишь, – протянула она с улыбкой. – Знаешь, после твоего поцелуя я много думала о нас.

– И решила разбудить меня, чтобы выяснить отношения? – я выгнул бровь и зевнул, прикрыв рот ладонью. – Тебе никто не говорил, что уставший мужчина – не лучший собеседник.

– Я не хотела тебя будить, – она отодвинулась и вздохнула. – И отношения выяснять я тоже не собиралась. Просто мне показалось, что у нас может что-то получиться… но на мне ответственность за род и за моих людей.

– Тогда чего же ты хотела, Юлиана? – спросил я, глядя ей в глаза.

– Не знаю, может быть, я хотела почувствовать себя просто женщиной, желанной и любимой, – она опустила взгляд. – Забыть об ответственности и обязанностях. Пусть ненадолго…

Я молча смотрел на неё. В её глазах читались тоска, стыд и то самое желание забыться, которое я знал куда лучше, чем хотелось бы. Долг – слово, которое отпечаталось в моём мозгу ещё в прошлом мире и продолжало преследовать в этом.

– Чувствовать себя желанной не проблема, – я встал с кровати, и Юлиана непроизвольно отодвинулась. – Но любимой? Любовь – это тоже ответственность. Та самая, от который ты так хочешь сбежать.