Чтение онлайн

Уильям Фаулер был с ними тремя в офисе «Эри» рано утром 11-го числа. «Исполнительный комитет правления „Эри“, — писал он, — устраивал высокий праздник по поводу своих триумфов в офисе компании…Гофрированная физиономия дяди Дэниела была настроена на хроническую усмешку, финансовый глаз Джея Гулда сиял и блестел, а белокурая фигура Джеймса Фиска-младшего была неуловимо похожа на шутку». Но настроение в зале резко изменилось, когда прибыли посыльные с известием о том, что адвокаты Вандербильта были заняты. Не кто иной, как сам судья Барнард, вспоминал Фаулер, издал «судебный приказ», чтобы «наказать их за неуважение к его предписаниям». Приказ Барнарда об аресте Дрю, Фиска и Гулда «вскоре будет передан в руки губошлепов высокого шерифа». [219]

Вскоре после этого, по словам репортера «Геральд», полицейский, проходя по Дуэйн-стрит, заметил «отряд прилично одетых, но испуганных мужчин, нагруженных пачками гринбеков, бухгалтерскими книгами, пачками бумаг, перевязанных красной лентой, [выходящих] в спешке и беспорядке из здания „Эри“. Подумав, что, возможно, здесь происходит что-то незаконное, и эти люди могут быть грабителями, играющими в дерзкую игру при свете дня, он подошел к ним, но вскоре убедился в своей ошибке. Это был всего лишь исполнительный комитет компании „Эри“, напуганный гневом коммодора и нагруженный добычей, полученной в ходе недавней кампании». [220]

Никого из этих людей не привлекала перспектива тюремного заключения. Кроме того, они понимали, что оказаться за решеткой — значит потерять возможность манипулировать событиями, деньгами и акциями. Поэтому они сразу же решили, что должны выбраться из-под контроля нью-йоркских маршалов. Запаниковавший Дрю на ближайшем пароме переправился через Гудзон в Джерси-Сити, захватив с собой множество ключевых файлов и записей корпорации. Гулд и Фиск тем временем остались на Манхэттене, чтобы уладить кое-какие детали с брокерами и банкирами перед бегством. Хотя они отправили Дрю с документами, сами они придержали 7 миллионов долларов из хранилища Эри. («Такая сумма, — рассказывал позже Фиск своему другу Роберту Фуллеру, — была в гораздо большей безопасности у меня и Джея, чем если бы она оказалась в руках дяди Дэниела». [221] )

В тот вечер Гулд и Фиск достаточно расслабились, чтобы поужинать в любимом ресторане Фиска, Delmonico's, с охраной снаружи, наблюдавшей за маршалами. Они были на полпути к трапезе, когда их люди предупредили их о приближении сотрудников суда. Выбежав из ресторана в переулок, Гулд, тащивший в большом ранце 7 миллионов долларов в гринбеках, поймал такси, чтобы отвезти их на набережную. Там они наняли двух моряков с парохода «Сент-Джон», чтобы те переправили их в Джерси-Сити в одной из спасательных шлюпок парохода.

Поездка, как позже описал ее Фиск одному из репортеров, была просто захватывающей. В середине марта воды нью-йоркской гавани все еще были очень холодными; погружение в них дольше, чем на несколько минут, означало смерть. Океанские приливы и отливы, проникающие на север в устье Гудзона, еще больше усложняли работу, когда люди с «Сент-Джона» пытались грести по прямой линии с востока на запад через канал. К этому добавлялись безлунная ночь, густой гороховый туман и множество больших быстроходных пароходов и грузовых судов, которые быстро появлялись и исчезали из виду без предупреждения, их ходовые огни были затушены, а рулевые пугающе не замечали маленькую группу гребцов. В один из моментов большой паром внезапно налетел на лодку, «и только энергичное использование легких» позволило гребцам уйти с пути парома, прежде чем они были сбиты. После второго эпизода, очень похожего на первый, участники «решили получить какую-нибудь помощь» и вызвали паром, идущий в Джерси, но «не получили никакого ответа». В отчаянии Фиск протянул руку и «ухватился» за кожух, закрывавший гигантские, вращающиеся лопасти парома, в результате чего их «притянуло так близко к колесу, что всю группу чуть не смыло из лодки». Однако они спасли лодку от затопления и взобрались на борт, прибыв вскоре после этого в Джерси-Сити, целые и невредимые, но «основательно промокшие». [222]

Гулд, Фиск и Дрю — вместе с Элдриджем и несколькими другими более мелкими игроками — разместили свою штаб-квартиру в отеле «Тейлорс», расположенном прямо на набережной Джерси-Сити. Отель находился в двух шагах от терминала «Эри», примыкавшего к городской Длинной пристани. Заняв целый этаж номеров, клика «Эри» устроила в женском салоне отеля приемную для удобства многочисленных репортеров, которые незамедлительно последовали за ними в изгнание. Старый вермонтский друг Фиска Фуллер — теперь один из журналистов, прикрепленных к путешествующему цирку Эри, — вспоминал, что Фиск предоставил ему достаточное количество сигар, спиртного и еды. Фиск также выполнял большую часть работы по приветствию и общению с прессой, которую Гулд — большинство людей, включая Вандербильта, медленно осознавали, что он начал вытеснять Дрю в качестве главного тактика клики — с удовольствием делегировал.

«[Фиск] мог управлять ими [прессой] лучше, чем Гулд», — писал Фуллер. «Гулд всегда был напряжен и, следовательно, серьезен. Все его мысли были сосредоточены на том проекте, который он случайно держал в руках. Он был более сильным персонажем, чем Джим, потому что был более упорным; но почему-то казалось, что он не так много знает о людях». Фиск, напротив, был непревзойденным продавцом и промоутером. «Коммодор владеет Нью-Йорком», — говорил он репортерам. «Биржа, улицы, железные дороги, и большинство пароходов принадлежат ему. Будучи амбициозными молодыми людьми, мы увидели, что там у нас нет шансов расшириться, и приехали сюда, чтобы расти вместе со страной». Когда один из корреспондентов возразил, что Дрю не слишком молод — по сути, он принадлежит к тому же поколению, что и Вандербильт, — Фиск ответил, что «дядя Дэнл говорит, что он чувствует себя двухлетним ребенком, раз уж решился на такой шаг».

Каковы, по мнению прессы, ближайшие планы «Эри»? Стать корпорацией Нью-Джерси, — ответил Фиск, — а после этого захватить «Эри» для простых людей, чьи интересы не будут соблюдены, если Вандербильту позволят установить монополию на все железные дороги, связывающие Нью-Йорк с Западом. «Коммодор, — говорил Фиск, — никогда не будет счастлив, пока не станет владельцем всех железных дорог и не сможет брать с грузов, идущих в Нью-Йорк, все, что ему заблагорассудится. Его нисколько не волнует, сколько жители этого города платят за бекон и яйца, ни капельки, если только они платят ему. Что ж, ему не удастся завладеть „Эри“ — по крайней мере, до тех пор, пока „Изгнанники Эри“ патрулируют квартердек. Мы знаем, что делать с пиратами, когда видим их!» [223] Фиск был в центре внимания, а общественный интерес к делу был на высоте. Газета «Геральд» отмечала, что процесс импичмента Эндрю Джонсона, проходивший в то время в столице страны, почти полностью затмил в прессе войну за Эри. [224]

В то время как Фиск вел все разговоры, именно Гулд составлял тезисы. Именно ему принадлежит заслуга в том, что он сделал мастерский ход, оформив борьбу с Вандербильтом в популистских терминах: благородная борьба с алчностью, война против монополии. Это также была идея Гулда заказать быстрый отчет главного управляющего Эри, который, чтобы продемонстрировать срочную необходимость в недавно выпущенных облигациях, искренне осуждал ужасное физическое состояние дороги. (За год до этого, пытаясь задобрить федеральных надзирателей, тот же самый суперинтендант написал отчет, в котором описывал Эри как «находящуюся в лучшем состоянии и лучше оснащенную, чем в любой период за последние десять лет». [225] Но, к счастью для Гулда, подвыпившие халтурщики, освещавшие события на «Эри» в «Грили Трибьюн», «Геральд» Джеймса Гордона Беннета-младшего и других нью-йоркских газетах, не были склонны слишком глубоко вникать в противоречивые заявления компании).

Чтобы их антимонопольная кампания выглядела более реальной, Гулд и Фиск вскоре начали тарифную войну против New York Central, снизив цены на перевозку грузов и пассажиров до такой степени, что Erie сразу же стала работать в убыток. В то же время они добились принятия в Трентоне закона, необходимого для превращения Erie в корпорацию Нью-Джерси — юридический статус, который позволил бы клике Erie выпускать еще больше облигаций и акций, независимо от того, какие запреты могли бы быть выдвинуты против них с восточного берега Гудзона. Признание Нью-Джерси также обеспечило значительной нью-йоркской собственности «Эри» определенную защиту от конфискации Вандербильтом через нью-йоркские суды.

Но под угрозой захвата оказалось не только имущество. Учитывая близость к Нью-Йорку, личная безопасность Гулда и его союзников стала проблемой, особенно после того, как Гулд получил информацию о вознаграждении в 50 000 долларов, якобы предложенном Вандербильтом за поимку и возвращение клики Эри под юрисдикцию нью-йоркских судов. Слухи, оказавшиеся ложными, переросли в действия 16 марта, когда вооруженные банды головорезов начали сходить с паромов Pavonia из Нью-Йорка и зловеще собираться у терминала Эри. Но это было событие, к которому Гулд подготовился. Репортер «Геральд» описал, как «пятнадцать отборных людей из полиции Джерси-Сити, вооруженных револьверами и [ночными] палками, под командованием начальника полиции Фаулера» командовали на подступах к месту, которое теперь называлось Форт-Тейлор. Рядом с Фаулером и его людьми стояло несколько меньшее подразделение под командованием инспектора Хью Мастерсона, специального суперинтенданта полиции железной дороги Эри. [226] Несмотря на всю эту огневую мощь, Мастерсону потребовалось несколько часов, чтобы убедить нью-йоркскую орду в бесполезности их затеи. Гулда, Фиска и Дрю не удалось выманить из хорошо защищенного отеля.