Чтение онлайн

Он оставляет меня в темной больничной палате наедине с мыслями, которые роятся в моей голове.

Я крепко обнимаю своего отца, лелея надежду, что он скоро очнётся, и этот кошмар закончится. Мне нужно поговорить с Гвидо, но я оставила телефон Вито в машине. Ещё несколько минут, и я вернусь за ним.

Я тихонько напеваю ему песни, которые мы бы пели вместе, если бы были дома. Мы часто пели и танцевали на кухне, когда были вместе. Мой отец был отличным поваром и хотел передать мне все рецепты, которые когда-то узнал от своей матери. Но у меня, к сожалению, не очень хорошо получалось.

— Папа, пожалуйста, не оставляй меня здесь одну в таком состоянии, — шепчу я ему. — Мне ещё так многому нужно у тебя научиться, ты не закончил со мной. Я не умею готовить.

Вдруг дверь открывается, и яркий свет из коридора ослепляет меня. Прежде чем мои глаза привыкают к темноте, кто-то входит в комнату.

— Мисс Кальдероне, — приветствует меня высокий врач в белом халате и начищенных ботинках. — Вам не следует находиться здесь или на кровати вашего отца. — Я сажусь и свесив ноги с кровати, собираюсь встать.

— Я знаю, мне просто необходимо было быть рядом с ним. Я очень переживаю. — Этот врач не Сэм и не тот, к кому я обращалась, когда мы приехали сюда. Возможно, он тот самый специалист, который будет оперировать моего отца. — С ним всё в порядке? Каков план операции и когда она будет проведена? — Задаю я вопросы, как только он заходит в палату и закрывает за собой дверь.

— Я уверен, что с ним всё будет хорошо, но организму потребуется время, чтобы восстановиться после такой травмы, — отвечает врач, беря карту и ставя на стол небольшой поднос с медикаментами. — Он пережил самое худшее, поэтому нам просто нужно набраться терпения.

— Как долго? — Спрашиваю я. — Как вы думаете, сколько времени пройдёт, прежде чем он сможет вернуться домой? На Сицилию? — Я не хочу возвращаться в тюрьму, которая является моим домом, пока я нахожусь в Америке. У меня есть настоящий дом, на Сицилии.

Аккуратно раскладывая шприцы, марлю, пластыри и другие принадлежности на металлическом столе, врач смотрит сначала на меня, а затем на моего отца.

— Пройдёт некоторое время, прежде чем он сможет путешествовать на такое расстояние. Перелёт сопряжён со слишком многими рисками. После операции риск свёртывания крови высок, и есть вероятность инсульта. Нет, ему придётся остаться здесь на некоторое время. — Моё сердце замирает, я просто хочу домой. Доктор, кажется, просто бездельничает, ничего не делая с вещами, которые он принёс.

— Вам нужно, чтобы я вышла? — Спрашиваю я. Возможно, мне не стоит здесь находиться, если они что-то делают с папой.

Он улыбается мне и тихо говорит:

— Мне нужно проверить его катетер и сменить капельницу. Я не думаю, что ты хочешь видеть своего отца таким. — Я тоже так не думаю.

— Эм, нет, спасибо. Есть вещи, о которых дочери знать необязательно, — хихикаю я при мысли об этом и выхожу за дверь. Мне это было нужно, мне нужно было выбраться из этого ядовитого дома и увидеть его. Сегодняшний день был ужасен, и у меня такое чувство, что будет ещё хуже, прежде чем станет лучше.

Я прислоняюсь к стене рядом с дверью и жду. Спустя несколько минут меня охватывает предчувствие. Интуиция — это бесценное качество, которым женщины обладают в большей степени, чем мужчины. Сейчас мой разум буквально кричит мне, что с доктором в этой палате что-то не так. Я встаю и замираю, пытаясь прислушаться, но не могу уловить ни звука.

Через стеклянное окошко в двери я замечаю, как он собирается ввести что-то моему отцу в капельницу, и тут же врываюсь внутрь, чтобы остановить его.

— Что ты делаешь? — Требую я ответа. — Что это?

Он замирает, и я бросаюсь к нему, чтобы выхватить шприц. В этот момент он бьёт меня кулаком прямо в лицо, и я чувствую, как в глазах вспыхивают звезды, а тело обмякает, словно мешок с картошкой.

Это было ошибкой. Мне следовало прислушаться к предостережениям. Выходить из дома одной было опасно. Сэм ушёл, и они пришли за моим отцом. А что будет со мной? Возможно, мне тоже стоит опасаться. Иногда я бываю настолько упряма, что не могу мыслить разумно.

Вито будет очень расстроен, и его отец выместит свою злость на нём. Он потерпел неудачу, и в этом есть и моя вина. Я была слишком занудной, как и предполагал Гвидо. Я не могла вынести их отношения ко мне, нежелания слушать, и они оттолкнули меня.

Я лежу несколько секунд, ожидая его действий. В моей руке всё ещё шприц. Надеюсь, он не причинил вреда моему отцу.

Я наблюдаю за его блестящими ботинками из-под кровати, пока он медленно обходит вокруг, приближаясь ко мне. Когда он оказывается рядом, я встаю, готовая бороться за свою жизнь и жизнь моего отца. Но у меня нет времени и возможности сопротивляться, потому что он закрывает мне рот рукой, и мир начинает расплываться перед глазами.

Я узнаю этот запах — хлороформ. Я сама им пользовалась. Как же я могла быть такой глупой, как я могла позволить им добраться до меня? Я пытаюсь бороться, но моё тело словно налито свинцом, тяжёлое и безжизненное. Я не могу поднять руки, чтобы убрать его ладонь.

Я задерживаю дыхание, надеясь, что больше не буду вдыхать, что смогу оставаться в сознании. Но его рука давит сильнее, и он не отпускает меня. Мне нужно вдохнуть. Мои лёгкие горят, и когда я делаю этот вдох, весь мой мир погружается во тьму.

ВИТО

Эта женщина сводит меня с ума. За всю свою жизнь я сталкивался с самыми разными людьми, но никто из них не доводил меня до такого состояния! Куда она исчезла? Сначала она плакала, а я не выношу слёз, затем уснула в моей постели, а теперь её нет. Это не вызывает умиления, это вызывает ярость.

Она находится в чужой стране, и мы даже не знаем, есть ли у неё водительские права. Возможно, она бродит где-то поблизости, распространяя информацию о своём похищении. Её могут убить, и не обязательно мужчины. Она может совершить самоубийство или сделать какую-то глупость.

Твою мать!

Я даже не могу испугаться по-настоящему. Если мой отец узнает, что она не заперта в доме, он сойдёт с ума и, возможно, даже убьёт меня. Я всего лишь его второй ребёнок, он не дрогнет и глазом не моргнёт. Но её нигде нет, дверь по-прежнему заперта, а Элоди исчезла. Я проверил и уверен, что она не прячется. Она не настолько наивна, она умна, расчётлива и хитра.

Она покинула этот дом.

Я тщательно анализирую события, произошедшие перед тем, как лечь спать, и внезапно меня осеняет: меня разыграли, как последнего идиота.