Чтение онлайн

Но вместо того, чтобы «взять себя в руки», он чуть не сбил с ног меня. Я на какую-то секунду замешкался, он же резко повернулся и ударил меня по горлу чуть ниже подбородка. Признаться, это заставило меня пару раз сглотнуть, но, каким бы неожиданным ни был этот выпад, я успел нанести встречный удар. Это произошло даже неосознанно, любой, кто хоть как-то знаком с боксом, знает, как это бывает. Удар был легкий, от плеча, вес тела не участвовал, но этого хватило, чтобы на какое-то время удержать его на расстоянии, и я смог перевести дыхание. А потом он бросился на меня, толпа вокруг тут же пришла в возбуждение, окружила нас плотным кольцом. Со всех сторон раздались восторженные вопли, крики «Давай, давай!», «Покажи ему, коротышка!». Люди уже забыли о том, что послужило причиной стычки, они видели лишь то, что мой противник на два дюйма ниже меня ростом. Вот так, дорогой Берти, спустя несколько часов после приезда я, в сползшем на самые уши цилиндре, парадном сюртуке и лайковых перчатках, оказался втянутым в драку с каким-то красномордым здоровяком в самом оживленном месте города посреди беснующейся толпы зрителей, настроенных явно против меня. Ну не злая ли шутка судьбы?!

Каллингворт до моего отъезда говорил мне, что Берчспул – довольно оживленное место. Через несколько минут мне начало казаться, что это самое оживленное место из всех, которые мне когда-либо доводилось видеть. Противник мой был правшой, но он оказался так силен, что следить за ним нужно было очень внимательно. Боковой удар, как ты знаешь, опаснее прямого, если он достигает цели, поскольку угол челюсти, ухо и висок – это три самых слабых места на голове. Разумеется, я в первую очередь следил за тем, чтобы отбить его удары, но мне приходилось думать еще и о том, чтобы не сильно травмировать его. Он пошел в атаку, наклонив голову, и я, как дурак, разбил руку о его непробиваемый череп. Конечно же, теоретически мне следовало либо отступить назад и попытаться подрезать его, либо взять его в захват левой рукой, но должен признаться, что в ту секунду еще не отошел от полученного удара и неожиданности, с которой все это завертелось. Однако я постепенно приходил в себя и наверняка продолжил бы поединок более грамотно, если бы он не завершился самым внезапным и неожиданным образом. И произошло это из-за того, что толпа вокруг нас пришла в слишком сильное возбуждение. Задние ряды зрителей, желая получше рассмотреть, что происходит, стали напирать на передние, пока несколько человек (по-моему, среди них даже была и какая-то женщина) не повалились прямо на нас. Один из них, грубый, похожий на моряка парень в вязаном свитере оказался между нами, и мой противник, ослепнув от ярости, ударил его свингом в ухо {182} . «Что? Ах ты …!» – взревел моряк и в ту же секунду с воодушевлением принялся молотить обеими руками моего красавца. Подняв свою трость, которая валялась под ногами, я стал пробиваться сквозь толпу. Конечно, вид у меня был довольно растрепанный, но в целом я был рад, что отделался так дешево. По тем крикам, которые я все еще слышал, когда дошел до своего дома, я понял, что свалка продолжается.

Как видишь, только благодаря счастливому случаю мое первое знакомство со своими будущими клиентами в Берчспуле не закончилось в полицейском участке. Здесь поручиться за меня некому, так что, если бы меня арестовали, я бы оказался в одинаковом положении со своим противником. Уверен, ты думаешь, что я повел себя глупо, но скажи на милость, как я мог поступить в той ситуации иначе? Сейчас я не чувствую ничего, кроме одиночества. Ты счастливый человек, потому что у тебя есть жена и ребенок!

Я все больше и больше начинаю убеждаться в том, что и мужчины, и женщины, до тех пор пока они одиноки, остаются неполными, несовершенными, увечными существами. Как бы они ни старались убедить себя, что счастливы в таком положении, их все равно преследует смутное ощущение беспокойства, неясное и плохо определимое чувство неудовлетворенности, их мысли и поступки начинают сводиться к заботе исключительно о себе. Одинокий человек – существо половинчатое, естество которого требует соединения со второй половиной. Соединившись, они образуют полное и симметричное целое, дополняют друг друга там, где у каждой из половинок есть какая-то слабина. Я часто думаю, что, если после смерти наши души не умирают (в чем я уверен, хотя основания для моей уверенности коренным образом отличаются от твоих), то каждая мужская душа соединяется или сливается с женской душой, чтобы принять совершенную форму. Так же считал и старик мормон {183} , если помнишь, и идею эту он использовал для привлечения новых сторонников в свою веру. «Железнодорожные акции на тот свет вы с собой не возьмете, – говорил он. – Но жены и дети наши помогут нам начать новую жизнь».

Я думаю, читая эти строки, ты, имеющий за спиной два года супружеской жизни, улыбаешься. Но пройдет еще немало времени, прежде чем я сам смогу воплотить свои идеи в жизнь.

Что ж, до свидания, мой дорогой друг. Как я сказал в начале письма, мысль о тебе успокаивает меня, и именно сейчас, когда я оказался один в незнакомом городе, без надежды на успех и с тревогой на душе, я это чувствую как никогда. Мы с тобой различаемся, как полюса, и, сколько я тебя помню, всегда были такими. Ты признаешь веру, я – разум; для тебя главное то, во что верили твои родители, для меня – мои собственные мысли; но дружба наша доказывает, что истинная суть человека и его способности сближаться с другими людьми определяются вовсе не его взглядами на отвлеченные вопросы. Могу сказать совершенно искренне, мне бы очень хотелось сейчас видеть тебя перед собой, со старой трубкой из кукурузного початка в зубах на поскрипывающем кресле, обитом американской кожей, с жуткой салфеткой на спинке. Если бы ты все время не повторял, что тебе интересно знать, как я живу, я бы ни за что не осмелился занимать твое внимание рассказами об этом. Сейчас будущее представляется мне очень туманным. Первое, что мне теперь предстоит сделать, это подыскать дом поприличнее, а второе – убедить его хозяина позволить мне его занять без предварительной оплаты. Займусь этим прямо завтра с утра, когда что-то прояснится, сразу же напишу тебе. Между прочим, знаешь, от кого я недавно получил письмо? От Арчи Маклэгана. Конечно же, он просит денег. Ты сам можешь судить, какие мне предстоят расходы, но я, поддавшись душевному порыву, послал ему десять шиллингов, о чем сейчас горько сожалею.

С наилучшими пожеланиями тебе и всем твоим, включая твой город, твой штат и твою великую страну.

Как всегда, искренне твой.

Берчспул – действительно прекрасное место, дорогой Берти. После того как я за последние семь дней добрую сотню миль прошел по его улицам, мне это известно, как никому другому. Его минеральные источники были довольно популярны лет сто назад, и в нем еще сохранились следы аристократического прошлого, которые он несет с гордостью, как французская графиня в изгнании, надевающая увядшее платье, которое когда-то покоряло Версаль. Я забыл про новые шумные пригороды с их растущими заводами и богатеющими обитателями и живу в этом странном благодатном для здоровья старом городе. Эти места давно перестали привлекать к себе аристократическую публику, но наводящие на грустные мысли остатки былой респектабельности еще кое-где заметны. На Хай-стрит на оградах сохранились длинные железные гасители, в которых факельщики гасили огонь, вместо того чтобы затаптывать его или тушить о дорогу, как это было принято в кварталах победнее. На этой улице очень высокие бордюры, которые нужны были для того, чтобы какая-нибудь леди Тизл или миссис Снирвел могла выйти из кареты или паланкина {184} , не запачкав свои изящные атласные туфельки. Меня это наводит на мысли о том, каким изменчивым химическим соединением является человек. Декорации остались теми же, но все актеры, когда-то выступавшие на этой сцене, уже распались на водород, кислород, азот и углерод с примесью железа, кварца и фосфора. Поднос с кучкой химикатов и три ведра воды – вот материал, из которого состояла моя леди в паланкине! Довольно любопытная двойная картинка получается, когда представляешь себе это. С одной стороны, высокородные денди, чопорные леди и коварные придворные, строящие козни, плетущие интриги и подсиживающие друг друга для достижения своих жалких целей. Но вот проходит сто лет. Что это там в углу старого склепа? Жировоск {185} , холестерин {186} , соли угольной и серной кислоты, трупный яд. Мы в отвращении отворачиваемся и уходим, не задумываясь о том, что носим в себе все это каждый день.

Однако не забывай, Берти, что я очень уважаю человеческое тело и считаю, что священники и богословы незаслуженно презирают его. «Бренная оболочка», «оковы плоти» – на мой взгляд, эти выражения скорее богохульны, чем богоугодны. Вряд ли Творца может порадовать подобное отношение к творению рук Его. Какой бы теории или веры мы ни придерживались в отношении души, я полагаю, не может быть сомнения в том, что тело вечно. Вещество, из которого оно состоит, может изменять форму (и в этом случае может быть изменено в обратную сторону), но уничтожить его невозможно. Если наш шарик столкнется с какой-нибудь кометой и развалится на миллиарды частей, которые разнесет по всей солнечной системе, или же если ее огненное дыхание слижет с Земли верхнюю оболочку, сделав ее похожей на чищеный апельсин, все равно и через сотни миллионов лет каждая из мельчайших частиц, составляющих наши тела, будет продолжать существовать… В иной форме, в иных сочетаниях, это верно, но тем не менее это будут те же атомы, из которых состоит указательный палец, которым ты сейчас водишь по этим строчкам. Это похоже на игру ребенка с деревянными кубиками. Он строит из них стену и разваливает ее, потом строит башенку и снова разваливает. Так может продолжаться бесконечно, но кубики-то остаются все те же.

Но как быть с нашей личностью? Интересно, не несут ли в себе наши атомы какую-то частицу ее… Будет ли пыль от Джонни Манро чем-то похожа на него, будет ли она отличаться от пыли Берти Суонборо? Наверное, мы все-таки оставляем собственный отпечаток на атомах, составляющих наши тела. Есть факты, которые свидетельствуют о том, что каждая из крошечных органических клеток, из которых состоит человек, похоже, несет в своем микрокосме точную копию того существа, частью которого она является. Яйцеклетка, из которой все мы появляемся, как тебе известно, настолько мала, что ее нельзя пронзить кончиком даже самой острой иглы, и все же в этом микроскопическом шарике заложены силы, позволяющие воспроизвести не только внешние черты двух разных людей, но даже их привычки, манеру поведения и мышления. Значит, если одна клетка может вмещать в себя так много, то и молекулы и атомы могут являться чем-то большим, чем мы их считаем.

Тебе когда-нибудь приходилось самому исследовать дермоидную кисту {187} ? Нам с Каллингвортом перед его болезнью выпала такая возможность, и нас обоих это очень взволновало. Мне это показалось чем-то похожим на маленькую щелку, через которую можно подсмотреть за работой природы. В том случае к нам обратился мужчина, работающий в почтовом отделении, с опухолью над бровью. Мы вскрыли ее, посчитав, что это нарыв, и обнаружили внутри волосы и рудиментарную челюсть с зубами. Ты знаешь, что в хирургии такие случаи нередки, и в любом музее анатомии есть подобные экспонаты. Но о чем нам это говорит? Такое необычное явление должно иметь глубокий смысл, и заключается он, как мне кажется, в том, что каждая клетка тела содержит в себе скрытую силу, позволяющую воспроизвести весь организм. И иногда, при определенном стечении обстоятельств, происходит некое возбуждение нервов или сосудов, которое приводит к тому, что механизм включается и один из этих микроскопических элементов конструкции совершает подобную попытку.

Но в какие дебри меня занесло! А ведь все началось с фонарных столбов и бордюрных камней. К тому же я садился за письмо с единственной мыслью рассказать тебе о последних новостях. Впрочем, я разрешаю тебе в ответном письме не сдерживать свои нравоучительные порывы и быть настолько догматичным, насколько ты посчитаешь нужным. Каллингворт говорит, что голова моя напоминает семенную коробочку недотроги {188} , которая при прикосновении взрывается и разбрасывает во все стороны семена. В том числе, боюсь, и дурные. Но некоторые из них все же попадут на благодатную почву и укоренятся… а может, и нет, это уж как распорядится Судьба.

Предыдущее письмо тебе я писал вечером того дня, когда приехал в этот город. На следующее утро я приступил к выполнению данного себе задания. Ты бы удивился (по крайней мере, сам я был очень этим удивлен), узнав, каким деловитым и целеустремленным могу я быть. Первым делом я пошел на почту и потратил шиллинг на большую карту Берчспула. Потом отправился домой и повесил ее над столом в своей комнате. После этого я сел, тщательно изучил ее и распланировал серию пеших прогулок, которые позволят мне обойти все улицы этого города. Если бы я тогда понимал, насколько утомительным будет это занятие, может быть, я бы составил какой-нибудь другой план действий. Я завтракал, выходил из дому часов в десять, до часу ходил по городу, потом обедал (мне вполне достаточно еды, которую можно купить на три пенса), после чего продолжал обход и где-то в четыре возвращался домой и записывал результаты. На своей карте крестиками я отмечал пустующие дома, а кружочками – дома, в которых принимают врачи. В конце концов у меня выстроилась полная картина всего города, и мне стало понятно, где можно обустроить собственную практику и с какой конкуренцией придется там иметь дело.

Тем временем у меня появился неожиданный союзник. На второй день вечером в мою комнату вошла дочь хозяйки и с торжественным видом вручила мне карточку жильца, снимавшего квартиру подо мной. На ней было написано имя: «Капитан Вайтхолл», а пониже в скобках: «Бронированный транспортник». Перевернув карточку, на ее обратной стороне я прочитал: «Капитан Вайтхолл (бронированный транспортник) выражает почтение доктору Манро и приглашает его к себе на ужин в 8.30». Я послал ему ответ: «Доктор Манро выражает почтение капитану Вайтхоллу (бронированный транспортник) и с огромным удовольствием принимает его любезное приглашение». Я понятия не имел, что такое «бронированный транспортник», но решил упомянуть его, поскольку сам капитан Вайтхолл, похоже, придавал этим словам особое значение.