Чтение онлайн

— Ведёшь к тому, что он прибудет в город через главные ворота?

— С фанфарами и глашатаями впереди себя. Конечно же образно выражаясь, однако, если так прикинуть, то он вполне себе может позволить нечто подобное, ведь он возвращается в свои владения, где никто кроме нас двоих, забившихся в щели клопов, не подозревает о его истинной сущности. Почему бы разок не потешить самолюбие, если есть такая возможность?

— И что мы будем делать?

— Ну, я, — на последнем слове Янс сделал сильный акцент, — примерю на себя привычную роль бродяги, попрошайки или ещё какого отребья, на которых принято не обращать внимания, если те тихо сидят себе в углу и не портят настроение почётным господам своим жалким видом или многолетней вонью, и буду околачиваться возле главных городских ворот, пока не получим результат или пока часы снова не пробьют полночь. Может он и ночью захочет прибыть, но круглые сутки я там находиться не смогу. Рано или поздно начну вызывать подозрения или же раздражение у стражей. Ну, а ты, — убийца снова сделал интонационное ударение, — посидишь тут или в иной комнатушке, которую я для тебя сниму, и не пытайся мне сейчас предлагать надёжные места, все они — фуфло. Нам нужны хозяева, которые не станут трепаться о твоём присутствии не только стражам, но и бандитам, которые непременно тобой заинтересуются. Этот кастрат, который заправляет этим прелестным местом, как раз из таких. Видимо он очень боится, что за неосторожное слово ему отрежут язык точно также, как некогда поступили с его мужским достоинством. Я ему сейчас заплатил на день вперёд, включая три приёма пищи, ну а вместе с этим идут в придачу две девки. Хочешь — пользуйся ими в своё удовольствие, хочешь — сиди в грустном одиночестве, мне вообще без разницы. Хотя… какой вообще от тебя будет толк для нашего дела, если ты только и будешь делать, что по борделям сидеть и девок тискать?

— Так это же ты меня сюда притащил!

— Не сбивай с мысли. Чтобы не быть совсем уж бесполезным, тебе необходимо научиться скрытному перемещению. Сделать это можно только на практике, так что я тебе сейчас где-нибудь прикуплю плащ с капюшоном, не новый, а хорошенько заношенный, потёртый и дырявый, чтобы он хоть как-то да прикрыл твою известную доброй половине города харю, и можешь идти гулять по улицам.

— Ты уже перестал бояться, что меня сцапают демоны?

— Ну так, их на весь город всего несколько десятков, так что шансы случайного с ними столкновения не слишком уж и велики. Поначалу не уходи далеко от хаты, быстро возвращайся и старайся не попадаться на глаза стражам, так и приобретёшь желанное мастерство. А если нет… то и пёс с тобой. В третий раз я спасать тебя уже не стану, ты ведь не принцесса какая, а боец. Постарайся впредь не быть столь бестолковой обузой.

— Уж поверь мне, я не горю желанием снова оказаться в их руках. И всё-таки, ты до сих пор не рассказал, как же тебе удалось меня спасти.

— Да дело то в общем не хитрое. Ты не явился на нашу встречу, и я сразу же заподозрил худшее, всё же я тебя предупреждал, что в Крепости тебя наверняка будут поджидать одержимые. Немного походил по улочкам и пивнушкам, послушал о чём толкуют люди и узнал, что по городу пронёсся слушок о том, что посреди белого дня на главной дороге при целой толпе честного народа был арестован, ну или же похищен какой-то молодой мужчина. Всякий рассказывал эту историю по-своему, и порой версии очень сильно расходились между собой, но основной мотив всё же был единым. Я подумал, что тебя вряд ли бы повезли назад в Крепость, так что решил наведаться к логову демонов и разузнать, не видел кто что интересного.

Ещё в первый свой визит я заплатил нескольким старикам и малолетним беспризорникам, чтобы они поглядывали за домом. Собственно, это они мне и рассказали о том, как тебя привезли и затащили внутрь. Благо один из пареньков смог запомнить одежду, что была на закованным в цепи человеке, и благодаря этому мне удалось точно тебя опознать, хотя дублет, как я погляжу, ты прежде успел сменить. Ну а затем… как бы это сказать помягче... хотя к чёрту. Я вообще не думал о твоём спасении.

— Что?!

— Да вот так. Я знал, что ты попал к демонам, а вот что они сделали с тобой после этого я уже знать не мог. Подумал, что ты, вероятнее всего, либо уже мёртв, либо стал одним из них, так что идти на безумный риск и под покровом ночной мглы пробираться в улей неспящих тварей, а потом ещё как-то скрытно вызволять твою тушку, я попросту не мог. Однако не расстраивайся ты так. Я не собирался оставлять всё как есть, а решил за тебя отомстить, сделать ответный ход и, немного поколдовав со смолой и сивухой, которые я… позаимствовал в ближайших лавочках, сделал зажигательные горшки и забросал ими дом.

— Это ты устроил тот пожар?

— Ну, да. А кто же ещё? Неужели ты думал, что это они не уследили за какой-нибудь догорающей свечкой, а потом терпеливо ждали пока пламя расползётся по дому и его больше нельзя будет спасти? Вообще удивлён, что среди них не оказалась ни одного мага огня, который мог бы укротить пожар. По всей видимости мне в этой жизни везёт куда больше, чем тебе, а я ведь тот ещё пропащий человек. Как ты вообще до своих лет то дожить сумел?

— Ты же не только дом демонов поджёг. Там теперь пол квартала охвачено пламенем. Несколько десятков людей точно умерли, или обгорели с головы до пят, и ещё больше осталось без крова и нажитого добра. У них и так мало что было, а теперь они лишились вообще всего.

— Парень, мы тут как бы на войне, закулисной и незаметной, но самой что ни на есть настоящей войне. А на войне всегда погибают люди. Наши с тобой враги — исчадия Преисподней, у них нет моральных принципов, лишь ярость и голод. У них руки ни чем не связаны и они не перед чем не остановятся, и, если ты будешь боятся жертвовать кем-то кроме себя самого, то проиграешь, потому что они непременно воспользуются этой твоей слабостью и припрут тебя к стенке, сковав тебя твоими же высокими принципами.

— Я не питаю подобных иллюзий, но поджог города — это явно перебор. Если так пойдёт дальше, то мы убьём людей больше, чем спасём.

— Ладно-ладно, можешь пойти к демонам и извиниться перед ними от моего лица. Уверен, что они будут очень тебе признательны.

Хромос и Янс примолкли, чувствуя, как между ними пробежал холодок. У бывшего императорского душегуба, над которым довлели старые привычки, и взращённого на сказках о благородных героях стража очень уж сильно разнилось понимание ценности человеческой жизни, однако оба почувствовали сомнения в надёжности и пригодности своего соратника.

Подходящего настроя для житейской болтовни или задушевных бесед у них не было, а потому, обговорив всё необходимое, они распрощались. Но перед уходом Янс всё же не поскупился и оставил на столе небольшой мешочек, в котором было где-то два-три десятка золотых крон на всякие расходы. Ещё до того, как убийца покинул квартал Страстей, он сумел восполнить эту сумму в полном объёме из карманов встречных горожан.

В военном ремесле особую роль играют способность военачальников предвидеть ход грядущих сражений и умение измыслить хитрый и доблестный план действий, который непременно приведёт войско к триумфальной победе, заплатив за неё наименьше число отважных душ. Без нужных сведений это сделать весьма затруднительно, непроглядная пелена тумана войны обернёт вдумчивое планирование бестолковым гаданием, однако это дело можно исправить, если ещё в мирные годы начать подготовку к грядущей войне, засылая десятки верных шпионов в чужие земли, дабы они собирали каждый слух или находили недовольных своим богоданным правителем феодалов, клириков и простых чинуш, а затем искусно подбивали их на вероломное и крайне выгодное предательства. Если короли оказались достаточно мудры и предусмотрительны, чтобы предпринять подобные шаги, то они будут способны здраво оценить шансы на успех и наметить лучшие направления для стремительных ударов, проникающих сквозь самые уязвимые места в тыл и приводящих к хаосу и краху вражеских армий. Впрочем, так дело обстоит на просторах карт, где возможно окинуть вором всё и сразу, где ничто не пытается двигаться или скрыться от монаршего взора, но стоит разразиться подлинной войне, то управление войсками превращается в схватку двух картёжников, выбрасывающих закрытые карты на стол, не считаясь с очерёдностью ход, стремясь опередить друг друга, полагаясь уже не сколько на разум, сколько на удачу, потому как гонцам порой требуется несколько дней, чтобы донести весть о приближении врага или о случившейся победе, и далеко не всякий колдун умеет обращаться с таким тонким инструментом, как говорящий камень. От того все подготавливаемые планы обречены на обобщённую грубость, на крупные мазки, предполагающие дальнейшую импровизацию в мелочах, но совсем иначе дело обстоит в деле фортификации. Она уже давно превратилась в полноценную и как следствие дотошную науку, презирающую и отторгающую всякую неточность, недальновидность и смеющуюся в голос над госпожой Фортуной, столь легкомысленной и переменчивой в своей любви и благоволении.

В отличие от многих других городов окружённый цепью скал вперемешку с коварными и гибельными расщелинами Лордэн не испытывал нужды в полноценных крепостных стенах и башнях, но именно поэтому Сенат приложил все силы для того, чтобы надёжно обезопасить единственный полноценный подступ к городу, не считая морских путей, разумеется. Не скупясь на расходы, они созвали лучших гномьих каменщиков и предоставили им солидный бюджет для реализации их самых смелых замыслов, и после десятилетия безостановочных строительных работ они получили поистине несокрушимые и непреступные укрепления, которые во многих технических решениях опередили своё время. По сути, это был ещё один полноценный замок с цитаделью, который вытянулся в длинный прямоугольник по форме ущелья, которое стало его неотъемлемой частью. В горных породах были вырезаны боевые галереи с парой сотен бойниц, предназначенных для перекрёстного обстрела не только подступавшего, но и для прорвавшегося во внутренний двор врага. В двух местах поперёк лощины стояли двойные каменные стены из циклопических гранитных блоков, идеально подогнанных друг к другу и скреплённых особым составом, чей рецепт гномы хранили в секрете от всех прочих рас. Подъёмные решётки ворот, располагались между высокими и смехотворно пузатыми башнями. Миновав первый вход, захватчики не сразу попадали во двор крепости, а вместо этого оказывались в узком, зигзагообразном коридоре, который они должны были полностью преодолеть, в то время как защитники от всей щедрости души скидывали бы им на голову увесистые булыжники или выливали кипящее масло из огромных котлов, ну а на той стороне их поджидали точно такие же кованные железные прутья. Этот закуток мог стать могилой для многих славных воинов, вот только подобраться к самим стенам было той ещё задачей, и дело здесь было не только в том, что защитники встречали недругов ливнем стрел, но и в разрезавшем ущелье широком рве, имевшим глубину не менее двадцати локтей. Через него был построен крепкий и надёжный мост, но, получив от разведчиков донос о приближении вражеской армии, он в считанные минуты будет разрушен магом земли, несущим там постоянное дежурство. Кстати, о магах. Глубокий ров должен был оберегать крепостные стены от адептов земляной стихии, так как для сотворения заклинаний им было необходимо иметь прямой контакт с подчинённым им элементом, особенно если это была искусственная постройка, а не часть почвы.

Прибывавшим в город торговцам приходилось преодолевать все эти укрепления, ощущая на себе недобрые взгляды, находясь под прицелом сотни невероятно тугих арбалетов, а затем, расположившись во дворе крепости, они ожидали придирчивой таможенной проверки от чёрствых, не терпящих любых препирательств и оправданий чиновников и скрепя сердцем отсчитывали вычисленную с явным преувеличением пошлину. Миновав точно такие же двойные ворота на противоположном конце двора, купцы оказывались на не слишком большой полукруглой площади, напоминавшей по форме расправленный веер, через центр которого проходила жирная, чёрная полоса — главная городская улица.