Чтение онлайн

– Вот так-то лучше!
– сказал, обращаясь к мокрому и всклокоченному Ковалю в зеркале.
– Так что мы имеем на сегодняшний день, уважаемый Дмитрий Иванович? А кое-что имеем, имеем кое-что. Ну и вид у вас! Не эстетично, не эстетично, гражданин всезнайка! Глазенапы под старость становятся рачьими. Ужас!

Но что это в голову лезет? Какая-то чушь?

Раздевшись, он вошел в комнату, натянул свежую прохладную майку, спортивные брюки и, предвкушая приятное волнение, сказал себе: "Начнем, пожалуй!"

На первом листе синим карандашом написал: "Ограбление", задумался и подошел к тумбочке с телефоном, чтобы позвонить Вегеру.

– А я, Дмитрий Иванович, только что сам собирался вас побеспокоить.

По тону капитана Коваль понял, что новость есть. Подполковнику стало как-то неловко за свой неслужебный вид, но, поняв бессмысленность этого своего соображения (Вегер-то не видит его!), он усмехнулся.

– Есть что-нибудь? С повинной кто-нибудь явился?

– О если бы, Дмитрий Иванович! Но могу доложить: Длинный, то есть Кравцов, действительно выехал шестнадцатого июля, так срочно, что даже не рассчитался со своими долгами. Мои ребята оперативно поработали - сразу в точку попали. Нашли его приятеля по кличке "Кукушка" (им займемся своим чередом), - так вот, этот приятель шестнадцатого вечером заходил к Кравцову - должок получить. Но квартира уже была пустой. Хозяйка дома, где проживал Кравцов, засвидетельствовала, что шестнадцатого тот куда-то подался со спортивной сумкой и до сих пор не возвратился. Впрочем, он и раньше пропадал по нескольку дней, и поэтому она отнеслась к его отсутствию спокойно.

– А второй, второй?

– Второй, очевидно, некий Самсонов, хозяйка знает его, часто видела у Кравцова. Говорит, чудной какой-то, не то чтобы пьяница, а так, пьянчужка, Кравцов называл его Клоуном. Накануне они были вдвоем на танцплощадке, их там видели до десяти вечера. Словесный портрет этого Самсонова-Клоуна готов.

– Раньше они никому не говорили, что собираются уехать? Может быть, хозяйке Кравцов что-нибудь говорил?

– Нет, уехал внезапно, Самсонов тоже исчез неожиданно. Вероятно, вместе с ним.

– Они работали?

– Кравцов на "Водоканале" слесарем, по аварийному ремонту. Но дисциплины там никакой, и никто толком не знает, когда он был на работе, когда не был. Кажется, вообще оформился там только для того, чтобы не привлекать к себе нашего внимания. А шестнадцатого ни с того ни с сего взял расчет. Что касается Самсонова, то сейчас уточняем, работал ли... Его видели в мастерской "Водоканала". Он приходил в гости к Кравцову. Есть данные, что они там делали себе ножи.

– Обыск произвели?

– Да, товарищ подполковник. И это - самое главное. На чердаке дома обнаружено две пары обуви. Одна - резиновые сапоги сорок четвертого размера, на которых своеобразный узор и стертость подошвы и каблуков полностью совпадают с рисунком следов у забора и во дворе Иллеш. Вторая пара - китайские кеды, те самые. Вот оно как! Бросили они свою обувь. А в кладовке валялся пиджак зеленого цвета с бурыми пятнами, очень похожими на засохшую кровь. Все эти вещи передали экспертам.

– Что ж, Василий Иванович, объявим розыск? Всесоюзный. Как думаете?

– Так же, как вы. Овчинка выделки стоит.

– Хорошо. Только надо с товарищами посоветоваться. Давайте решим это завтра утром на оперативном совещании. А перед совещанием обсудим вдвоем то новенькое, что, возможно, появится за ночь. Я буду в милиции к семи.

Они попрощались, и Коваль вернулся к столу. Прочитав на листке написанное им слово "Ограбление", он вывел чуть ниже: "Кравцов и Самсонов". Потом зачеркнул и написал: "Длинный и Клоун". Он обозначил именно клички, а не фамилии, потому что они точнее характеризовали этих людей, а кроме того, своей экзотичностью пробуждали фантазию и давали возможность легче представить себе противника.

И, чего греха таить, так было просто-напросто интереснее. А это тоже имело значение для солидного, седого подполковника Коваля, человека целеустремленного и строгого, но в душе оставшегося (в этом он и себе самому никогда не признался бы) юнцом, влюбленным в тайны и приключения. Несмотря на то, что они усложняли его жизнь. Это помогало ему искренне считать свою бесконечно сложную и трудную работу любимым делом, которое не только притягивает как магнит, но и гипнотизирует.

Коваль поудобнее устроился в кресле и с головою ушел в свою схему.

Шло время. Постепенно лист бумаги покрывался черными и цветными пометками и надписями, жирными вопросительными и восклицательными знаками, рамками и стрелками.

Наконец определились колонки. И получилось так:

О Г Р А Б Л Е Н И Е

Д л и н н ы й и К л о у н

– -----------------------------------------------------------------------

– | + | ? ------------------------------------------------------------------------ 1. Через забор перелезли двое. | 1. Нет прямых | 1. Кому принадлежат

| доказательств. | китайские кеды? 2. Неожиданный отъезд в день | | 2. 44-й размер

после убийства (показание | | резиновых сапог

кассира; два билета до | | (следы). Сапоги

Киева; показания хозяйки | | Длинного?

квартиры). | | 3. Две судимости Длинного. | | 4. Неизвестный источник | |

существования (Длинный и | |

Клоун - одна компания). | |

Клоун - пьянчужка. | | ------------------------------------------------------------------------

В этой не до конца заполненной схеме все, что было против Кравцова и его приятеля, вписывалось в колонку со знаком "-", все, что было за них, против их участия в ограблении и убийстве семьи Иллеш, фиксировалось в колонке со знаком "+". А то, что вызывало сомнение, требовало проверки или уточнения, отмечалось вопросительным знаком. Восклицательные знаки в окончательном, чистовом варианте Коваль убрал.

В тот момент, когда Дмитрий Иванович заполнял последнюю графу, снова позвонил капитан Вегер и сообщил, что найдены свидетели. Парень и девушка, стоявшие той ночью на углу Староминаевской и Безымянного переулка, заявили, что видели каких-то людей в конце улицы около часа ночи. Одного высокого, другого - значительно ниже ростом.

– В показаниях есть расхождения, - сказал капитан.
– Девушка видела двоих, а парень уверяет, что мимо них в конец Староминаевской прошмыгнул один прохожий. Девушка объясняет это тем, что ее спутник стоял спиной к улице и обернулся, когда один из прохожих исчез. Объяснение это представляется логичным, хотя и не совсем доскональным.
– После разговора с капитаном Коваль дополнил свою схему, записав эти сведения в колонку со знаком "минус".

"Ну, вот и все, - решил он, - пока в этот столбец писать больше нечего..."