Чтение онлайн

Лишь в XIX в. социальная этика была признана как особая академическая специальность на кафедрах философии, теологии и изучения религий. Впрочем, говоря о христианской социальной этике, следует отметить, что Библия - от Быт до Откр - уделяет очень много внимания этому предмету. На протяжении двух тысячелетий лидеры и наставники христианской Церкви всесторонне обсуждали социальную этику, не употребляя, конечно, такого термина. Христианская социальная этика наших дней должна основываться на Св. Писании - Слове Божьем. Она должна учитывать свидетельство и опыт исторической Церкви. Наконец, как сказано выше, она должна поддерживать плодотворный диалог с социальной историей и социальными науками.

Анализ и оценка. Главная задача христианской социальной этики - это анализ структур и ситуаций и их оценка с точки зрения добра и зла.

Откровение и наблюдение. Христианская социальная этика осуществляет такой анализ на основе диалектического равновесия между откровением (слово Божье, посланное "сверху") и наблюдением (человеческий опыт, формулируемый "снизу"). Социологический peaлизм требует от нас, чтобы мы не ограничивались поверхностными проблемами и стремились к адекватной оценке главных сил и задач нашего общества. Мы должны определить, что представляют собою структуры и тенденции, кроющиеся под поверхностью, на крой различимы лишь текущие события и проблемы. В то же время анализ и оценка должны опираться на библейское откровение, на Слово Божье. И рассказ Быт о том, как Бог вопрошал Адама и Еву, а затем Каина, и евангельский рассказ о том, как Христос задавал вопросы Петру и другим апостолам, - все это корни социальной этики. Бог не только проясняет, подправляет и углубляет наши социальные наблюдения, но и указывает нам на новые проблемы, до сих пор ускользавшие от внимания даже самых проницательных исследователей общества. Христианская социальная этика может принести ощутимую пользу обществу в целом, пытаясь осмыслить Божьи замыслы, связанные с жизнью общества.

Творение. Традиционнотеологичеекая социальная этика много говорила о порядках ("сферах ") творения. Сферы семьи и брака, политики и государства, работы и экономики рассматривались не только в свете библейского откровения, но и с точки зрения здравого смысла, разума и естественного закона. Каждая из этих сфер устремлена к своей, особой цели; каждой соответствует особая этическая система; но все они подчинены верховной власти Бога. Впрочем, критики такой концепции отмечают, что мы живем в падшем мире и все наши схемы, описывающие искаженное мироздание, несомненно, искажены. Крометого, "этику творения" едва ли можно обосновать библейскими текстами.

Независимо от того, справедливо ли разделение социальной этики на "порядки творения", нек-рые элементы библейского откровения о творении всегда будут актуальны для христианской социальной этики (ср. Быт 12). "Добро" определяется волей, словом и делами Бога. Человечество должно стать единым радостным товариществом людей перед лицом Бога ("не хорошо человеку быть одному"). Позитивный взгляд на политику и государство предполагает, что эти феномены обусловлены той социальной природой, крой было наделено сотворенное человечество. Брак, соответственно, задуман как моногамный - и как содружество двух личностей пред Богом. Работа предполагает творчество (подражание Творцу) и управление (обработка земли и власть над нею).

Грехопадение. Для христианской социальной этики откровение о грехопадении столь же важно, как и доктрина о творении. Повествование о грехопадении в Быт 3 показывает нам, что зло происходит от мятежа против Бога и от неповиновения Его велениям. Зло проявляется во взаимных обвинениях, разделении и власти одного человека над другим (Адам и Ева, Каин и Авель). Рассказ о происхождении социального зла завершается тем, что Каин уходит от лица Божьего, чтобы основать свой собственный город и свое общество (Быт 4). Затем еледует откровение о городе (Вавилон, Ниневия и т.д.). Исходя из этого, можно сказать, что социальное зло состоит в гордыне, непокорности Богу, взаимных обвинениях, разделении, господстве, эксплуатации, насилии и властолюбии.

Позже иудейская и христианская теологическая мысль стала трактовать грехопадение как противление космических "начальств и властей" замыслам Божьим. Социальные силы и структуры могут иметь демоническую сторону. Зло- это не только индивидуальный феномен; у него есть и корпоративный, структурный аспект. Этическая значимость государства (равно как и работы или денег) двойственна - государство может развивать в людях дух товарищества и сдерживать социальное зло либо, напротив, быть орудием сил, противящихся Богу. Социальная история и социальные науки используют свои термины и применяют свои методы исследования, но в конечном счете подтверждают библейское откровение о двойственной и надличностной природе государства и других социальных институтов.

Закон и справедливость. Всякая социальная этика, в т.ч. и христианская, постоянно обращается к проблеме справедливости, - в частности, справедливости, принявшей форму законов. Соотношение между моральным законом, данным свыше через откровение, и позитивным государственным законом стало предметом размышлений Фомы Аквинского, Жана Кальвина и многих других классиков христианской мысли. Христианская социальная этика должна ориентироваться не только на опыт древней теократии Израиля (здесь прослеживается достаточно четкая связь между Десятью заповедями и всем ВЗ), но и на опыт жизни Израиля в плену и изгнании, т.е. опыт той эпохи, когда народ Книги оказался в неблагоприятной для себя ситуации.

Справедливость (праведность, суд) - одна из важнейших норм христианской социальной этики. "...Я - Господь, творящий милость, суд и правду на земле; ибо только это благоугодно Мне..." (Иер 9:24)." Господь творит правду и суд всем обиженным" (Пс 102:6). Библейская справедливость подразумевает не только равенство и честность, но и возмещение обид, к-рые нанесены беззащитным и угнетенным. Эта справедливость не противоречит любви; напротив, она включает в себя любовь и милосердие. В наши дни, когда справедливость и закон в значительной степени стали количественными, техническими понятиями, христианская социальная этика призвана напоминать о библейском взгляде на справедливость, согласно крому справедливость - понятие качественное, ибо ее сотворил Бог, а люди должны соблюдать.

Царство Божье. Даже те, кто убежден, что социальную этику надо ориентировать на концепцию "сфер творения", признают, что после земного служения Христа и основания Им Церкви в обществе возникла новая "сфера" - сфера искупления. Церковь стала (точнее, призвана стать) прообразом Царства Божьего, противостоящего царству мира сего. Августин выделял в социальной истории два главных феномена - Град Божий и земной град. В Граде Божьем царит любовь к Богу, в граде земном- эгоизм, любовь к себе. Мартин Лютер видел основное различие между двумя этими царствами в том, что Царство Божье относится к области веры, внутренней жизни человека, а гражданекая сфера связана с делами внешними. Конечно, и Августин, и Лютер, и другие мыслители не упрощали проблемы до такой степени и выделяли в ней многие другие аспекты. Однако в целом христианская социальная этика проводит принципиальную грань между сообществом, крое породил Христос, и всем остальным.

Слово Божье наиболее ясно и полно проявилось в Иисусе Христе - ив отношении социальной этики, и во всех остальных отношениях. Социальное Его учение дано в Его "декларации" (Лк 4:1821), в рассказе об искушении (Мф 4), в притчах и Нагорной проповеди (Мф 57), а также в прощальной речи (Ин 1317) и в событиях Его распятия и воекресения. Две великие заповеди (о любви к Богу и к ближнему), призыв к служению и самопожертвованию, "золотое правило", призыв к простоте и запрет служить мамоне - основные компоненты Его социальной этики. Однако христианская социальная этика должна учитывать не только традиционное понимание Его учения о Царстве Божьем и заповедей о любви, но и то, как толковали и применяли это францисканцы, анабаптисты, квакеры и другие сообщества людей, формировавшие свою социальную этику на основе Евангелия.

Эсхатология. Христианская социальная этика по природе своей эсхатологична. Это значит, что она смотрит в будущее и ожидает Последнего суда. В отношении этики НЗ устремлен не столько к первым дням творения, сколько к новому творению. Царство Божье уже присутствует среди нас, но полностью оно проявится только в конце времен. Иисус Христос - Второй Адам. Действие Духа Святого - это не просто отголосок шести дней творения, но и зарница будущего. История движется вперед, к Новому Иерусалиму, а не назад, к эдемским временам. Поэтому особое социальноэтическое значение имеет Апокалипсис. Тексты о Вавилоне (Откр 18) и Новом Иерусалиме (Откр 21) посвящены окончательному нравственному суду Бога над человеческим обществом.