Чтение онлайн

В ходе этого Последнего суда "начальства и силы" будут окончательно низвергнуты. Тем самым завершится дело Христа, Который, "отняв силы у начальств и властей, властно подверг их позору, восторжествовав над ними Собою" (Кол 2:15). Вавилон - обиталище Сатаны, городблудница, и блудница эта осуждена за то, что она позволила обогащаться купцам всей земли, за гордыню и властолюбие, за то, что она преследовала святых, пророков и апостолов, торговала телами и душами, бесчинствовала и проливала кровь. Новый Иерусалим - это город, где обитает Бог, где нет ни смерти, ни слез, ни страданий, нет позора и обмана, нет голода и жажды. Врата Нового Иерусалима отк-рыты для всех народов. Помня об особой эсхатологической направленности библейской социальной этики, христиане серьезно воепринимают этот апокалиптический "сценарий" и помнят о нем, когда дают нравственную оценку различным явлениям социальной жизни.

Стратегия и реализация этики. Итак, первая задача христианской социальной этики - анализ и оценка социального блага и зла; при этом за основу берутся социальная история, социальные науки и, что особенно важно, библейская социальная этика. Вторая задача состоит в том, чтобы осмыслить соотношение между Христом и культурой, т.е. между этическими велениями Бога и социальной ситуацией. Это - проблема стратегии и реализации этики.

Традиционные воззрения. Современные взгляды на то, как христианские (и вообще религиозные) убеждения соотносятся с общественной жизнью, сложились в значительной степени под влиянием социальной истории и социальных наук. К. Маркс, Э. Дюркгейм и другие мыслители тоже внесли свою лепту, но особую роль сыграли новаторские труды М. Вебера, Э. Трёльча и РичардаНибура. Вебер исследовал профетические и харизматические явления и выделил четыре типа религиозных групп в зависимости от их отношения к миру (аскетизм в миру и в уединении, мистицизм в миру и в уединении). Классическая его работа "Протестантская этика и дух капитализма" до сих пор во многом формирует взгляды людей на стратегию и реализацию христианской социальной этики.

В книгеЭ.Трёльча "Социальноеучение христианских церквей" предложена и исторически проиллюстрирована тройственная типология (церковь, секта и мистическое сообщество). Ричард Нибур развил и модифицировал эту типологию, выделив пять подходов, на к-рые часто ссылаются участники современных дискуссий. Первый из этих подходов - сектантский, анабаптистский подход: "Христос против культуры". Второй - приспособление, характерное, в частности, для Ритчля: "Христос принадлежит культуре". Третий - синтетический поход, свойственный Фоме Аквинскому: "Христос над культурой". Четвертый - лютеровский, дуалистический подход: "Взаимоотношения Христа и культуры парадоксальны". Пятый подход - августиновский, трансформистский: "Христос преобразует культуру".

Однако не все традиции можно описать на основе типологий, предложенных социальной наукой и социальной историей. Кроме того, такие типологии не в полной мере учитывают "конфессиональный" и "светский" характер современного общества. Категории и классификации XVI и даже XIX в. нельзя напрямую применить к реалиям кон. XX в. Однако те, кто разрабатывает стратегию и реализацию этики, очень много потеряют, если не будут учитывать эти традиционные воззрения.

Молитва и проповедь. С точки зрения библейской социальной этики никак нельзя недооценивать роль молитвы и проповеди в осуществлении социальных перемен. Иудеохристианское мировоззрение предполагает, что вмешательство Бога в человеческую историю - по крайней мере, отчасти - ответ на наши молитвы. Молитвы, прошения и благодарения надо возносить за всех, в т.ч. и за тех, кто облечен властью (1 Тим 2:12). Т.о., молитва, кроме прочего, - это и важное социальнополитическое действие.

Для христиан исключительно важно и проповедовать Евангелие, чтобы люди признали Христа своим Спасителем, Господом и Богом. Социальная этика занимается в первую очередь оценкой корпоративных, структурированных феноменов, и потому следует отметить, что на корпоративную реальность можно влиять через отдельных людей, делающих свой нравственный выбор. Проповедь, в частности, помогает добиться социальных перемен, воздействуя на отдельного человека, ибо каждый человек - это субъект социальной морали.

Альтернативные сообщества. Создание альтернативных христианских сообществ ни в коей мере не уводит от социальной ответственности. Напротив, это очень помогает социальноэтическим изменениям. Главное из таких сообществ - Церковь (и Вселенская Церковь, и приходы). Другие орудия этой стратегии - христианские предприятия, школы и т.д.

Социальная значимость христианских альтернативных сообществ складывается из пяти элементов. Вопервых, такое сообщество представляет собою среду, благоприятную для моральных размышлений и оценок. Различные дарования и способности членов сообщества позволяют им вырабатывать оптимальные подходы к сложным проблемам современности. Вовторых, само существование сообществ, преданных Христу, помогает создать здоровое и отк-рытое общество, препятствует развитию тоталитарных, монистических тенденций. Втретьих, христианская община показывает пример "иного решения" таких социальных проблем, как лидерство, предпринимательство и т. д. Вчетвертых, подобное сообщество может стать лабораторией, где разрабатываются и реализуются самые различные реформы. Впятых, оно готовит людей к участию в работе различных общественных структур и помогает своим членам справиться с любой ситуацией. Этот потенциал важен не только для моральной оценки, но и для социального действия.

Участие в деятельности общественных институтов. Как показывает пример Моисея, Даниила, ап. Павла и других библейских героев, осуществлять этику в социальной сфере можно и через прямое участие в работе политических структур и других общественных институтов. Когда христиан вместе с другими гражданами приглашают к участию в политической и социальной деятельности, они должны рассматривать это как шанс реализовать свои нравственные убеждения. Выборы, реформа законодательства, бизнес, профессиональная деятельность, образование - вот сферы, в к-рых возможно такое участие. Однако здесь есть два важных ограничения. Вопервых, христианин ни при каких обстоятельствах не имеет права нарушать Божьи заповеди; в конфликтных ситуациях мы должны "повиноваться больше Богу, нежели человекам" (Деян 5:29). Вовторых, ни отдельный христианин, ни группа христиан не имеет права навязывать миру моральные стандарты Царства Божьего.

Христиане должны быть солью земли, светом миру, овцами среди волков - они призваны к участию и воздействию, но не к насилию и господству.

Цели и средства. Христианскую социальную этику, основанную на Библии и направленную как на моральную оценку, так и на реализацию, нельзя однозначно определить ни как деонтологическую ("делай то, что должно, не думая о последствиях "), ни как телеологическую ("цель оправдывает средства"). Однако особенно противоречит библейскому учению телеологический подход. Дурные средства нельзя оправдывать и применять ни при каких обстоятельствах (Рим 6). Христианин призван "побеждать зло добром" (Рим 12:21). Поскольку избранные средства определяют и характер цели, доброй цели можно достигнуть лишь добрыми средствами. Справедливость достигается только справедливыми средствами, мир - мирными, свобода- свободными. Определяя, как осуществить свой этический выбор, христиане ни в коем случае не должны забывать о неразрывной взаимосвязи между целью и средствами.

D.W.Gill (пер. А. Г.) Библиография: P.C.Cotham, ed.. Christian Social Ethics: C.F. Η. Henry, Aspects of Christian Social Ethics; S. C. Mott, Biblical Ethics and Social Change; H. R. Niebuhr, Christ and Culture; G. Winter, ed., Social Ethics; J. H. Yoder, The Politics of Jesus.

См. также: Аборт; Этическиесистемы, христианские; Библейская этика; Ситуативная этика.

Термин "социальноеЕвангелие", к-рый отождествляется сейчас с либеральным протестантизмом, стремящимся к умеренным социальным реформам, вошел в употребление ок. 1900 г. Тогда им обозначали то движение в протестантизме, крое стремилось применить библейские принципы к проблемам Америки, переживавшей в годы между Гражданской войной и Первой мировой войной бурную урбанизацию и индустриализацию.

"Социальное Евангелие" принято считать чисто американским теологическим течением, однако оно продолжает богатую иудеохристианскую традицию, ориентированную на внимание к человеческим нуждам и бедам. Эта традиция, имеющая корни в ВЗ и НЗ, так или иначе проявлялась на каждом этапе церковной истории. Ближайшими предшественниками "социального Евангелия " были теологи и церковные деятели Англии и континентальной Европы (в особенности Ч. Кингсли и Дж.Ф. Д. Морис), создавшие социально значимые программы. В Соединенных Штатах предшественниками " социального Евангелия" были такие священники XIX в., как С.Колуэлл, чья книга "Новые темы для протестантского священства" (New Themes for the Protestant Clergy) была опубликованав 1851 г.,атакжеблаговестники, история к-рых рассказанаТ. JI. Смитом в книге "Ривайвелизм и социальные реформы в Америке середины XIX в." (Revivalism and Social Reform in MidNineteenth Century America).

Уникальность "социального Евангелия " - не в принципиальной новизне, а в умении применять христианские принципы к сложным и важным проблемам, возникшим на критическом, переходном этапе американской социальной истории.

Главная трудность, с крой столкнулось "социальное Евангелие", - сопротивление апологетов индивидуализма, столь характерного для девятнадцатого столетия. В ходе этой борьбы сторонники социальных реформ несколько ожесточились. Если XIX в. известен своим индивидуализмом, то особенностью XX в. стало тенденциозное подчеркивание социальных проблем.