Чтение онлайн

Тесно связанный со школой "истории религий" (ставившей под сомнение специфику христианства в свете изучения других религий)и находясь под глубоким влиянием историзма Дильтея, Трёльч исследовал вопросы, возникшие в ходе применения научноисторическо-го метода. Он рассматривал современное историческое сознание как ключ к пониманию западной культуры. Тем не менее хаотические и противоречивые исторические сдвиги вступали в конфликт с требованиями определенности, единства и мира, к-рые выдвигались религиозным сознанием. Трёльч заключил, что все мировые религии уникальны и соотносимы с той или иной данной исторической ситуацией; всякое вероисповедание имеет право на существование. Вместе с тем, хотя и считая, что ни одна религия не может в историческом плане считаться абсолютной и окончательной, Трёльч оставался христианским теологом. Он придерживался гегельянской трактовки истории как развития духа, к-рый стремится обратно к Богу. Он видел в религии отражение и черты высшей божественной реальности: с рациональной точки зрения христианство правомочно, поскольку его этические ценности оформлены живым опытом христиан в исторических рамках западной культуры.

Интерес Трёльча к социальным и политическим вопросам побудил его заняться социологическим исследованием христианской истории. Работа "Социальное учение христианских церквей" (1912)- наиболее известная из трудов Трёльча. В ней исследуются семейные отношения, экономика, политика, образование и богооткровенная христианская религия в свете двух противоположных, но и дополняющих друг друга тенденций- компромиссной и бескомпромиссной. Ритм приспособления и протеста выражается в трех типах религиозных институтов: Церкви, заключающей компромисс с обществом и культурой; секте, края отвергает все земные компромиссы; индивидуальной религиозной непосредственности, находящей выражение в мистицизме. Каждый тип, в свою очередь, обусловлен социальнокультурной спецификой.

R. V. Pierard (пер. Ю.Т.)

Библиография: Troeltsch, The Absoluteness of Christianity and the History of Religions, Protestantism and Progress: A Historical Study of the Religion of Protestantism to the Modern World; and The Social Teaching of the Christian Churches; R, Morgan and M. Rye, eds., Ernst Troeltsch: Writings on Theology and Religion; T. Ogletree, Christian Faith and History; A Critical Comparison of Ernst Troeltsch and Karl Barth; B. A. Rust, Toward a Theology of Involvement: The Thought of Ernst Troeltsch; W. Pauck, Harnack and Troeltsch: Two Historical Theologians; T.F. O'Dea, "Ernst Troeltsch", International Encyclopedia of the Social Sciences, XVI, 151-55.

(Trent, Council of, 1545-1563). Официальный ответ Католической церкви на лютеранскую Реформацию. Собор состоялся только через 25 лет после того, как Мартин Лютер совершил символический акт отрицания папской власти- сжег папскую буллу, в крой осуждалось его учение (Exsurge Domine, 1520). Это судьбоносное промедление позволило протестантизму консолидироваться; собору пришлось вырабатывать вероучительные положения, противодействующие уже существовавшим протестантским учениям. Хотя нек-рые протестанты присутствовали на соборе, большинство участниковкатоликов стремилось скорее спорить с протестантами, чем примириться с ними. Даже католические историки, к-рые подчеркивают преемственность тридентских определений по отношению к традиционной католической теологии, приходят к выводу, что собор не столько восстановил равновесие средневекового образца, сколько создал новую систему, сочетавшую в себе католическую традицию с требованиями изменившейся исторической ситуации. Новая система была исключительно жесткой и бескомпромиссной, но обладала богатым и живым содержанием, делая упор на духовном и теологическом возрождении, характерном для Контрреформации.

Собор периодически откладывался, гл. обр. (хотя и не исключительно) по политическим причинам. Даже папа Павел III (1534-49), избранный с рассчетом на то, что он созовет собор, и сам понимавший настоятельную необходимость его проведения, был вынужден откладывать отк-рытие, поскольку все больше осознавал сложность существующих проблем. Повестка была столь насыщенной и многообразной, что собор растянулся на 18 лет; за это время успели смениться пять пап. Одни заседания заняли больше четырех лет; огромный свод соборных установлений превысил общее количество установлений всех предыдущих восемнадцати вселенских соборов, признаваемых Католической церковью.

Исторически собор можно разделить на три этапа:

1. Сессии 1-10(13 дек. 1545-2 июня 154 7), при понтификате Павла III.

2. Сессии 11-16(1 мая 1551-28 апр. 1552), при понтификате Юлия III.

3. Сессии 17-25 (17 янв. 1562-4дек. 1563), при понтификате Пия IV.

С самого начала было решено одновременно обсуждать дисциплинарные реформы Церкви (приоритет к-рым отдавал император Св. Римской империи КарлУ) и догматические вопросы (на приоритете к-рых настаивал папа Павел III). Раскаявшийся епископат признал, что причиной лютеровского бунта стали "непомерные амбиции, алчность и корысть" епископов. Соответственно, собор осудил плюрализм (одновременное владение несколькими бенефициями) и абсентеизм епископов и священников. Духовенству предписывалось "не допускать даже малейших промахов, которые, с учетом их положения, становятся значительными". Епископату предписывали основывать в каждом диоцезе семинарии для подготовки духовенства. Ничто так ярко не свидетельствует о тогдашнем страхе католицизма перед протестантизмом, как решение собора придать учебным планам в новых семинариях скорее схоластическую, чем библейскую направленность. Что касается индульгенций, вызвавших протест Лютера, то собор запретил торговать ими и постановил, что благотворительность никогда не была необходимым условием прощения.

Вопрос об оправдании считался самым трудным из всех вероучительных вопросов, отчасти потому, что его не рассматривали на предыдущих соборах. Мнения протестантов об оправдании осуждаются в 33 канонах. Большинство из этих мнений принадлежало протестантским экстремистам;однако епископы ясно понимали, что фактически они осуждают лютеровское учение, согласно крому праведность Христова - нечто внешнее по отношению к оправданному и только вменяется ему. Тридентское учение об оправдании изложено в 16 главах. В гл. 1-9 говорится о том, что человек не может спастись самостоятельно, но подтверждается, что необходимо его соучастие в спасении через проявление свободной человеческой воли, включая желание принять крещение и начать новую жизнь. Оправдание выражается не только в прощении грехов, но и в "освящении и возрождении целокупного человека ". Гл. 10-13 утверждают, что спасающая благодать возрастает через повиновение заповедям, и отрицают, что о предопределении к спасению можно знать достоверно. В гл. 14-16 говорится о том, что благодать утрачивается, когда человек совершает тяжкий грех (а не только тогда, когда он не верит в Бога), и ее нужно восстановить через таинство покаяния. Спасение дается оправданному и как награда, и как дар, поскольку, пребывая в единстве со Христом, оправданный исполнял заповеди Божьи, совершая добрые дела с помощью благодати.

Полагая, что лютеранская ересь основывается на непонимании таинств, собор посвятил им больше времени, чем всем другим вопросам. Соборное определение подтвердило, что существуют семь таинств, учрежденных Христом (крещение, миропомазание, евхаристия, покаяние, соборование, священство, брак), и осудило тех, кто не считал таинства необходимыми для спасения и полагал возможным оправдание только верой, без таинств. Таинства несут в себе благодать, крую являют и сообщают ех opere operate, безотносительно личных качеств и достоинств человека, совершающего или принимающего таинство. Собор подтвердил положение о пресуществлении: субстанция хлеба и вина превращается в тело и кровь Христову, а внешняя форма хлеба и вина остается неизменной. Подверглись осуждению учение Лютера, символистское учение Цвингли, Карлштадта и Эколампадия, а также промежуточная позиция Кальвина, считавшего присутствие тела и крови Христовых в евхаристии реальным, но духовным. Осуждались и те, кто отрицал полноту принятия Христа через причастие одним лишь хлебом. Согласно соборному определению, в ходе мессы, края должна звучать на латинском языке, Сын каждый раз заново приносится в жертву Отцу. Эта жертва умилостивляет Бога и оказывается действенной по отношению к живым и к мертвым.

В статье, посвященной Св. Писанию, собор вновь отверг лютеранское учение. Предание объявлялось равно авторитет -ным со Св. Писанием; право на верную интерпретацию Библии закреплялось исключительно за Католической церковью; при публичных чтениях и в вероучительных комментариях к обязательному использованию предназначалась Вульгата.

Тридентские установления пользовались огромным авторитетом и определяли жизнь Католической церкви в течение четырех столетий.

F.S. PlGGIN(nep. Ю.Т.) Библиография: G. Alberigo, "The Council of Trent: New Views on the Occasion of Its Fourth Centenary", Con 7. 1:28-48; J. Delumeau, Catholicism between Luther and Voltaire: A New View of the Counter Reformation; P. Hughes, The Church in Crisis: A History of the General Councils; H. Jedin ,A History of the Council of Trent; H.J. Schroeder, Canons and Decrees of the Council of Trent.

См. также: Контрреформация; Папство.

(Thirty-nine Articles, The, 1563). Имеющий большое историческое значение нормативный вероучительный документ, регулирующий жизнь Англиканской церкви и епископальных церквей всего мира, пребывающих в каноническом единстве с архиепископом Кентерберийским. В документе отразились нек-рые итоги развития английской Реформации XVI в., а говоря точнее - литургический гений Томаса Кранмера, архиепископа Кентерберийского с 1533 по 1556г. В годы правления Генриха VIII, чей развод с Екатериной Арагонской дал толчок английской Реформации, Кранмер и его единомышленники подготовили несколько положений более или менее евангелического характера. Однако только при Эдуарде VI английские реформаторы получили возможность расширить свою деятельность. Незадолго до смерти Эдуарда Кранмер представил вероучительный документ, состоящий из сорока двух положений (статей). Документ увенчал огромный вклад, к-рый Кранмер внес в развитие англиканства. В годы правления католички Марии Тюдор, сменившей на тронеЭдуарда, "Сорок две статьи" были запрещены. Однако позже они составили основу "Тридцати девяти статей", к-рые Елизавета I и парламент утвердили в качестве вероучительной позиции Англиканской церкви. Латинское издание 1563 г. и английское издание 1571г., при подготовке к-рых учитывалось мнение королевы, стали нормативными документами. Елизавета использовала статьи в качестве инструмента государственной политики- (религиозными средствами крепя единство государства) и как теологический via media ("средний путь"), чтобы охватить возможно большее число английских христиан. Со времен Елизаветы о теологическом значении документа много спорили. Еще относительно недавно статьи вызывали огромный интерес у евангеликов и католиков, входящих в англиканскоепис-копальную общину; оба к-рыла общины, хотя и имея различные точки зрения на содержание статей, тем не менее находили их вполне приемлемыми, в отличие от более либеральных (" широких ") групп в англиканстве, для к-рых статьи лишь немногим более значимы, чем просто почтенный исторический документ.

"Тридцать девять статей" справедливо считаются умеренным, легким для восприятия,библейскиориентированным и исчерпывающим исповеданием теологии Реформации. В статьях отвергаются вероучительные положения и практика, к-рые протестанты обычно осуждали в Католической церкви, - напр., идея о сверхдолжных заслугах (XIV), пресуществление (XXVIII), принесение жертвы в ходе евхаристии (XXXI), а также безусловная безгрешность Девы Марии. С другой стороны, в духе реформаторов континентальной Европы, статьи провозглашают Св. Писание конечным авторитетом в деле спасения (VI); в них утверждается, что Адамово грехопадение бросило тень на свободную человеческую волю (X), что оправдание совершается по вере в заслуги Христа (XI), что хлебом и вином необходимо причащать всех участников Вечери Господней (XXX), что духовенство может быть женатым (XXXII). Нек-рые формулировки - прежде всего относящиеся к Троице (I), Церкви (XIX) и таинствам (XXV) - заимствованы из лютеранских исповеданий. Однако положения о крещении (XXVII, "знак возрождения") и Вечере Господней (XXVIII, "тело Христово раздается, принимается и вкушается в ходе Вечери Господней только небесным, духовным образом") скорее напоминают реформатские и кальвинистские установки. Статья XVII о предопределении и избранничестве оказалась наиболее спорной, поскольку "избранничество в жизнь" формулируется здесь в понятиях,напоминающих реформатские исповедания, но вместе с тем - подобно лютеранским определениям - не затрагивает вопроса об осуждении и гибели. "Тридцать девять статей" содержат значительно меньше критики крайних взглядов радикальной Реформации, чем "Сорок две статьи" 1553 г. Так, в "Тридцати девяти статьях ", в отличие от прежнего исповедания, отсутствуют какиелибо опровержения антиномизма, "сна души", хилиазма и универсализма, хотя и сохранены положения об истинности вероисповедного символа (VIII), о необходимости рукоположения духовенства (XXIII), о праве монарха влиять на религиозную жизнь (XXXVII), о праве на частную собственность (XXXVIII), о законности официальных клятв (XXXIX), - положения, к-рые были поставлены под сомнение радикальными реформаторами.