Чтение онлайн

Определение событий или стрессоров, приведших к нарушению эмоционального равновесия семьи, – это четвертый компонент семейного диагноза. После выявления конкретных событий дается качественная оценка общего уровня стресса в семье. Говоря о стрессе, указывают на событие, а не на реакцию семьи на это событие. Но при этом эмоционально «перегруженная» последовательность реакций, начавшаяся в ответ на событие и обусловившая определенные «подвижки» в системе семейных взаимоотношений, зачастую является намного большим и интенсивным источником стресса, чем само это событие. Этот четвертый компонент семейного диагноза ограничивается, однако, описанием самих стрессогенных событий.

Стрессорами могут быть текущие события или события, происходившие в прошлом в ядерной и расширенной семейных системах. Часто стрессорами в ядерной семейной системе являются такие события, как брак, беременность, рождение ребенка, раздельное проживание супругов, расторжение брака, отъезд или уход ребенка из дома, переезд в семью для совместного проживания бабушки, дедушки или какого-либо родственника одного из супругов, серьезное заболевание или травма, существенное изменение профессионального статуса, финансовая нестабильность и перемена места жительства семьи. Такие события, происходящие в расширенной семейной системе, как смерть родителя, развод брата или сестры, серьезное заболевание, травма или травмирующее событие, а также переезд родственников, также являются потенциальными стрессорами для ядерной семьи. Важность событий, их количество и временные интервалы между ними, как правило, определяют уровень стресса в семье. Уровень стресса можно описывать либо в баллах – «от 0 до 4», «от 1 до 10», либо качественно – «умеренный – тяжелый».

Оценка уровня хронической тревоги или эмоциональной реактивности в ядерной семье основывается на ряде показателей: количестве симптомов в семье, степени снижения уровня функционирования, связанного с этими симптомами, увеличении отдаленности и/или количества конфликтов в семейных взаимоотношениях, а также уровне тревоги и реактивности у членов семьи. Тревога и реактивность могут проявляться настолько по-разному, что оценка их уровня у отдельных членов семьи может оказаться достаточно трудным делом. Один супруг может проявлять внешнее спокойствие, поскольку он убежден, что именно другой супруг виноват в случившемся. Его убежденность – это форма проявления реактивности. Родитель может сохранять спокойствие, так как не может допустить мысль, что его сын или дочь имеют проблемы. Отказ родителя признать наличие проблемы – это форма реактивности. С другой стороны, супруг может выглядеть весьма реактивным, пытаясь послать окружающим многочисленные сигналы о своей тревоге. Но для него самого подобные сигналы могут быть просто способом сохранения внутреннего равновесия и спокойствия. Поскольку не существует никакого прибора для измерения тревоги или реактивности, клиницист обычно оценивает конкретную семью по сравнению с другими семьями [37] . Для количественной оценки впечатлений об уровне тревоги или эмоциональной реактивности в проблемной семье можно использовать обычные шкалы, например «от 1 до 10» [38] .

Адаптивность основной семьи оценивается путем сравнения уровня эмоциональной реактивности семьи с уровнем переживаемого стресса. Высокий уровень эмоциональной реактивности в ответ на низкий уровень стресса связывают с низким уровнем адаптивности. Низкий уровень эмоциональной реактивности в ответ на высокий уровень стресса связывают с высоким уровнем адаптивности. Итак, этот шестой компонент семейного диагноза основан главным образом на сравнении оценок, сделанных в отношении четвертого и пятого компонентов. Уровень адаптивности подобен уровню дифференциации.

Степень адаптивности ядерной семьи наиболее точно оценивается при помощи анализа всей истории семьи, а не только последних событий и реакций на них. В истории семьи может быть ряд периодов, когда стрессогенные события накладывались друг на друга или когда симптомы проявлялись более заметно. Оценка функционирования семьи в периоды повышенного уровня стресса и оценка уровня стресса в семье в периоды необычно интенсивного проявления симптомов дают возможность составить представление об общей адаптивности семьи. Впечатление, сформированное на основе оценки нескольких периодов семейной истории, более надежно, чем впечатление, складывающееся только на основе последнего периода жизни семьи.

В дополнение к уровню тревоги или эмоциональной реактивности и уровню стресса, при оценке адаптивности терапевт должен также учитывать и рассматривать способы, при помощи которых семья регулирует свою тревожность. Использование конкретных приемов регулирования тревоги может на много лет предохранить семью от появления клинических симптомов. Внешне семья может демонстрировать довольно хорошую адаптивность, но это впечатление иногда оказывается обманчивым. Семья может в течение длительного периода функционировать без всяких симптомов, но когда они внезапно возникают, то бывают исключительно серьезными. Эту мысль иллюстрирует следующий клинический случай.

У 18-летнего юноши, покинувшего свой дом для учебы в колледже, спустя два месяца проявилась острая психотическая реакция. Молодой человек был на длительный период помещен в психиатрическую клинику и больше не вернулся к учебе. Он превратился в хронического инвалида, полностью зависящего от своих родителей. Родители сообщили, что в семье было несколько случаев проявления симптомов до того, как развилась полная декомпенсация сына. Функционирование обоих родителей и двух старших детей было нормальным. Теоретически ситуацию в этой семье можно интерпретировать следующим образом: в период взросления сына семья находилась в эмоциональном равновесии. Недифференцированность семьи регулировалась главным образом заостренностью внимания семьи на младшем сыне. Он был очень слабо дифференцированной личностью, но его состояние стабилизировалось за счет эмоциональной поддержки родителей, пока он жил вместе с ними. В результате никаких серьезных симптомов не проявлялось. Однако когда треугольник был разрушен вполне тривиальным событием – ребенок покинул родительский кров, – внезапно выявились очень серьезные симптомы. Если сопоставить тяжесть симптома и соответствующее нарушение функционирования из-за незначительного стресса, то можно заключить, что на самом деле адаптивность семьи была достаточно низкой. Отсутствие серьезных симптомов в прошлом было связано не с адаптивностью семьи, а с конкретным механизмом регулирования тревоги в семейной системе.

В другой семье уровень адаптивности был таким же, как в только что описанной. Но способы регулирования тревоги во второй семье были совершенно иными. В истории этой семьи было больше периодов, когда проявлялись различные симптомы, но не один из них не достигал такой степени выраженности, как в предыдущем примере. Оба сына в семье употребляли наркотики и имели довольно серьезные поведенческие проблемы, когда они были молодыми людьми. Их функционирование улучшилось, когда они покинули родительский дом. У отца были хронические проблемы с позвоночником, он дважды перенес серьезные операции. Проблемы со здоровьем серьезно отразились на его профессиональной карьере. Мать была склонна к частым состояниям депрессии. В эти периоды ее функционирование было умеренно нарушенным, и она три раза проходила курс психотерапии и лечение антидепрессантами. Никто из членов этой семьи не имел симптомов и нарушений функционирования, сравнимых с хронической шизофренией. Но у многих членов семьи проявлялись симптомы, интенсивность которых варьировала от умеренной и до умеренно серьезной. Средний уровень стресса, который пережила эта семья, не отличался от среднего уровня стресса предыдущей семьи [39] . Поэтому одна семья жила двадцать лет без каких-либо серьезных симптомов, а другая – много лет с разными симптомами, но уровень адаптивности семей был одинаковым.

Адаптивность можно описать обычными шкалами. Попытка приписать конкретный уровень дифференциации ядерной семье, такой, например, как «38» или «46», часто оказывается весьма непродуктивной, потому что существует слишком много переменных, которые трудно учесть [40] . Оценки на шкале «от 1 до 10» делать намного легче. Чем богаче практический опыт клинициста в оценивании семьи, тем легче ему даются разграничения между уровнями адаптивности семьи. При оценке уровня адаптивности семьи именно практический опыт терапевта всегда подталкивает его к тому, что нужно учитывать также степень стресса, уровень эмоциональной реактивности и способы снижения тревоги в семейной системе. Ошибочная оценка одной из этих трех переменных может привести к ошибочным представлениям об изучаемой семье.

Седьмым компонентом семейного диагноза является оценка стабильности и целостности расширенной семейной системы каждого из супругов. Стабильность соотносят с усредненным уровнем функционирования членов расширенной семьи. Целостность связывают с вопросом о том, кто из членов расширенной системы жив и доступен для взаимодействия. Эти параметры подобны, но не эквивалентны базовому уровню дифференциации.

Стабильность и целостность расширенной семьи каждого из супругов оценивается отдельно. Для количественной оценки можно использовать шкалу «от 1 до 5». Оценку «5» можно было бы поставить такой расширенной семейной системе, в которой усредненный уровень функционирования бабушек, дедушек, тетей, дядей, двоюродных братьев и сестер, родителей, родных братьев и сестер является стабильным по большинству параметров. В семье могут быть какие-то проблемы, но они не являются основными. Кроме этого, оценка «5» ставится и такой семейной системе, в которой достаточное число родственников являются живыми и доступными для оцениваемой ядерной семьи. Оценку «1» можно было бы поставить такой расширенной семье, в которой средний уровень функционирования бабушек, дедушек, тетей, дядей, двоюродных братьев и сестер, родителей, родных братьев и сестер является нестабильным по многим аспектам. Влияние симптоматической личности простирается почти на всю систему, а сами симптомы оказываются зачастую весьма тяжелыми. В этой расширенной семье могут оказаться люди, функционирование которых более или менее стабильно, но они в явном меньшинстве. Кроме этого, расширенной системе можно было бы дать оценку «1», если многие важные ее члены умерли или недоступны для оцениваемой семьи. Это очень фрагментированная семейная система.

По большому счету, при постановке семейного диагноза в рамках теории семейных систем основное значение оценки стабильности и целостности расширенной семьи может состоять просто в том, что эта оценка подчеркивает важность расширенной семейной системы в эмоциональной жизни ядерной семьи. Ядерную семью невозможно адекватно понять, если рассматривать ее как закрытую систему. Она является частью эмоциональной матрицы, состоящей из многих поколений. Поэтому невозможность или неспособность увидеть и понять природу этой матрицы сужает взгляд клинициста на проблемы изучаемой семьи. Ядерная семья с явно нестабильной и фрагментарной расширенной системой находится в абсолютно ином положении по сравнению с ядерной семьей с явно стабильной и жизнеспособной расширенной семейной системой.