Чтение онлайн

Его шаги отдавались эхом в пустом зале. Сначала поспешные, они всё замедлялись. А Астер продолжала вспоминать. На «Гиблартаре» Джегг менялся. Если подумать, он постоянно был разным. Каждый раз, как она его видела, поворачивался новой стороной. То представал изысканно вежливым, то желчным и резким. То высокомерным, то деликатным. Кажется, он может нацепить любую маску, изобразить принадлежность к любой культуре и социальному слою, подделать нужную эмоцию. Что ж, не удивительно! Работа такая. Она усмехнулась, вспомнив послужной список чёрного священника и череду упомянутых в нём громких женских имён. И его ладони, ласкающими движениями скользящие по её телу. Вот что это было? Случайная прихоть скучающего мужчины или расчёт преданного служителя Священной Миссии? Впрочем, какой прок чёрному священнику очаровывать простого инженера транзитного корабля? Она не рани, открывающая двери в опочивальню какого-нибудь шаха. С другой стороны, этот странный помешанный на родословных мобиль… Очень подозрительный. Какова вероятность, что такая штука случайно оказалась бы у Астер на пути? А что, если всё это подстроено Священной Миссией Большого Пса?

Человек, вбежавший в разгромленный бутик, ступал осторожнее и тише, пока не остановился совсем. Как раз за поворотом к двери. А что, если это вообще не…

– Джегг?

Он появился из-за поворота тотчас же.

Всё-таки Джегг. Белый тюрбан, накидка цвета «сумеречный невидимка» и красивые большие глаза. Выражение лица нацепил то ли растерянное, то ли… испуганное?

– Что случилось?

Простой вопрос, два слова всего. Но что на него может ответить Джегг по прозвищу «Красноречивый»? «Начиная с какого момента перечислять случившееся?» Или, сбиваясь и краснея, объяснять, почему бросил её на пограничном пункте, и куда потом пропал? Попытайся собрать слова в кучку Джегг и объясни, почему потерял дар речи при виде самой восхитительной женщины во Вселенной? Попробуй только, ляпни что-нибудь про то, как любишь Астер любую: в замызганном комбинезоне, в неприступном скафандре, в соблазнительном спортивном костюме или в будоражащем воображение балахоне из тонкой ткани. Или в бальном платье из авалонского шёлка.

Джегг узнал материю с первого взгляда: волшебная, невесомая материя окутывала фигуру, строго подчиняясь задумке модельера, где-то подчёркивая изгиб тела, где-то скрывая, а где-то играя то ли на высоких ассоциациях, то ли на низменных инстинктах. Астер была так прекрасна, что Джегг одновременно хотел сорвать с неё это провокационное платье и овладеть любимой прямо посреди осквернённого бутика, и в то же время считал кощунственной дерзостью даже просто смотреть на эту богиню. Чёрный священник судорожно сглотнул, впервые в жизни признавая резонность традиции прятать женщин от мужских глаз.

– Ты молчать сюда пришёл?

Её тон – полный усталости с вкраплениями разочарования – разбил наваждение. На Джегга одномоментно обрушилось множество деталей, от которых прежде отвлекала внимание чудесная авалонская ткань.

У Астер оплавлены кончики ресниц. Бровям, впрочем, тоже досталось. Наряд, достойный сказочной принцессы, испачкан кровью, копотью и, отчего-то, ржавчиной. Один рукав повис, распоротый до локтя. А предплечье замотано бинтом. Взгляд скользнул ниже, отмечая ссадину на голени. Сбитые носки сандалий.

– Прости меня, – сипло произнёс Джегг.

Сам он этого никогда себе не простит.

Астер болезненно поморщилась. Зажмурилась, потёрла виски и, с отчётливым усилием сохраняя нейтральный тон, уточнила:

– За что мне тебя простить?

– Прости, что меня не было рядом, когда…

– Хватит уже! – рявкнула девушка. Её раздражало страдальческое выражение его лица. И эти патетичные обороты речи. Она устала от его психологических игр и вечной недосказанности! – Что тебе нужно?

– Мне нужно стать мужчиной, которому ты сможешь доверять, – сказал человек, наконец вспомнивший, как складывать между собой слова.

Он подошёл к женщине, которую ценил превыше всего на свете, и прижал к себе. Как и собирался. Лишь мимолётно пожалел о жёстком панцире на груди – минус десять пунктов к интимности.

– Мне нужно, чтобы ты звала меня при любых затруднениях. Будь то не работающий передатчик или гражданская война.

Астер хотела что-то возразить, об отсутствующей интерсети, например. Или о своих сомнениях по поводу общности их целей. Но сразу не подобрала нужных выражений. Возможно, потому, что Джегг уже осыпал её поцелуями. Как и собирался.

Но дальше всё пошло не по плану: девушка пыталась вырваться из непрошенных объятий. И шипела, как змея:

– Пусти! Мне не нужен мужик, чтобы решать мои проблемы. Я вполне в состоянии справиться с ними сама!

Он не отпускал. Хотя прежде достаточно было одного её намёка на неудовольствие, как силы оставляли его, а руки разжимались сами собой.

– Я знаю, – говорил Джегг, ловя взгляд Астер, но та упорно старалась отвести глаза. – Тебе не нужен я. Вообще никто не нужен. Ты привыкла сама заботиться о себе. Потому что так проще.

– Так надёжнее, – буркнула Астер.

– Никаких разочарований, – кивнул Джегг. – И потерь.

О, как он её понимал! В глубине души чёрный священник догадывался, что гибель белого Оле не случайна. Что связана с ним, с Джеггом. И с кем-то другим из Священной Миссии. Но размышлять об этом было настолько мучительно, что молодой человек едва не тронулся рассудком. И новых сильных привязанностей старался избегать. А прежние из памяти вытравить.

Вот только у него плохо получалось. Даже с Рейвзом. Не говоря уж об Энне…

Астер дёрнулась ещё раз в его руках, но уже не так решительно, как прежде. Она заглядывала в его глаза, как в омут – как будто старалась разглядеть что-то, что скрывается на дне. Что же там? Хищное чудовище притаилось, хочет пообедать легкомысленной девчонкой? Или в таинственной глубине мёртвым грузом лежит давно затонувшее сокровище? Только и ждёт, пока кто-то поднимет его из бездны, освободит от многолетней тины?

– Я не нужен тебе. Я знаю. Но ты нужна мне, – говорил между тем Джегг. – Мне нужно знать, что ты в безопасности. Цела. Невредима. И…

– Зачем? – подозрительно перебила его Астер. – На кой тебе сдалась именно я? Вот только не нужно заливать сейчас про великую любовь. Читала я твоё досье. Познавательно.

– Да? – невесело хмыкнул Джегг. – А я вот не читал. Тошнит каждый раз, как вспомню о его существовании. И что же там?

«Для профессионального агента у тебя чересчур нежный вестибулярный аппарат», – подумала Астер и невольно улыбнулась.

– Там сказано, что время от времени ты влюбляешь в себя женщин. Во славу Священной Миссии. А потом…

Джегг, наконец, разжал руки, вернув ей свободу движения. Девушка отбежала в сторону и совсем уже собиралась закончить фразу: «…а потом читаешь проповедь и пытаешься умереть».

Но Астер не договорила. Потому что Джегг на неё больше не смотрел. И, возможно, даже не слушал. Он стоял, согнувшись, как будто не сам отпустил её, а она пнула его в какое-нибудь чувствительное место.

Действительно пнула.

Боль была такой сильной, что в глазах потемнело. Воздух перестал поступать в лёгкие.