Тернистая звезда
Шрифт:
Но ещё приятнее было видеть ярость, ненадолго разбавлявшую апатичность Джегга. Легионеры боялись к нему близко подходить. И Рейвзу приятно было воображать, что чёрный священник при этом испытывал. Приятно было его опекать. Ведь Джегг в самом деле не лишён обаяния. И за ту лёгкость, с которой тот каждый раз уступал, Рейвз невольно проникся к чёрному искренней симпатией. Один из немногих, с кем сводила его жизнь, Джегг никогда с ним не соперничал. Не пытался унизить. Не пытался предать.
Он просто старался быть хорошим, этот смешной Джегг. Ути-путеньки. Но это так мило!
Жирдяй Урдо таким безобидным котёнком не выглядит. Единственный мятежный ученик Стила Миротворца себе на уме. И не чужд мирских удовольствий, как о нём говорят.
Так что, когда тот потащил Энну в галерею, Рейвхз напрягся. Он давно привык считать аббатису своей собственностью. Не хватало ещё, чтоб жирный боров ей хламиду задрал. Рейвз наводил справки о его вкусах – послушница молоденькая, свежая, как весенний цветок. Другой тип внешности, правда, чем у Энны, но всё равно, если придётся разбираться…
Не пришлось. Жирдяй оказался благоразумен и на кусок хозяина Бхара не зарился. Напротив! Подыграл ему так, будто заранее всё с Рейвзом обсудил.
Урдо подтвердил ровно ту версию, которую Глава Миссии изложил своему конклаву: Джегг жив, невредим и покинул колонию по собственному желанию.
Всё-таки, не зря на Сирении Урдо зовут Наимудрейшим. Не так он глуп, как кажется на первый взгляд. Но даже, если и так! Как же чёрными священниками легко управлять!
***
Если бы Астер спросили, что она ненавидит больше всего, на ум ей пришли бы сразу две вещи: стандартный комплексный обед номер десять и тот момент, когда острая фаза столкновения заканчивается, адреналин перестаёт выбрасываться в кровь, и наваливается отложенная усталость. Усталость особенно досадная из-за того, что именно сейчас предстоит самое сложное: разгребать последствия.
Свет продолжал мигать, не давая сосредоточиться, а подумать было о чём.
В первую очередь, кому подыгрывает сейчас Джегг? Аборигенам или колонистам? Нападающим или осаждённым? Что привело его сюда? Очередная священная миссия? Или… дружеские чувства? А, может, и то, и другое? Мучает ли его конфликт интересов? Сопровождают ли его верхогляды? А городской легион?
– Я сейчас сниму напряжение с дверей, – обратилась инженер к Ямике, потирая гудящие виски. – И пойду с ним поговорю. А ты пока удали записи с камер. На случай, если дойдёт до суда – валите всё на меня. Горячее масло, кислоту, и… прочее.
При виде того, как хозяйка массажного салона решительно поджала губы, Астер чуть поморщилась и постаралась сымитировать бархатистый убедительный тон Джегга:
– Не надо детям жизнь судимостью портить. А мне не в первый раз. К тому же, у меня хороший адвокат.
– Кто там? За дверью, – спросила Ямика, демонстративно игнорируя наставления.
– Бхариец, – коротко бросила Астер, не оборачиваясь: она уже отключила приводной двигатель роллета, и теперь отсоединяла провода от металлического полотна.
– Уверена? – в голосе Ямики звучало недоверие пополам с надеждой. Мужчина, сопровождавший Астер при первом визите, произвёл на проницательную женщину неизгладимое впечатление.
– Уверена, – со вздохом отозвалась Астер. – Кому ещё придёт в голову использовать фильтр высших гармоник, чтобы собрать генератор помех для управления стартерами светильников? Я готова спорить на свой корабль, что на этой планете только один такой грёба… кхм… – инженер покосилась на навостривших уши Алекса с Майей, – гениальный импровизатор. Да и сам код…
Этот самый код Астер использовала, отстучав по гулкой стали: «Можешь отогнать грузовик?»
Довольно долго Джегг не отвечал. Как только индикатор перестал показывать наличие напряжения, он подозвал легионеров и поручил им заботу о мертвецах.
Тела унесли. Трибун уже собирался возглавить штурм, но чёрный священник такой план не одобрил.
– Я сказал, что сам разберусь, – любая возможность возражений разбивалась о мягкую уверенность его тона. – Вызовите лучше тягач. У этой махины, – Джегг кивнул на грузовик, слившийся с дверью в страстном поцелуе, – плата управления выгорела. И… медицинская вертушка, пожалуй, тоже не повредит.
Трибун кивнул и взялся за рацию. Не перечил даже Арг. Покорно отошёл назад, к служебному мобилю, чтоб наблюдать за подопечным с дозволенного расстояния.
Тот вёл себя странно: прижался лбом к покорёженной двери, прямо рядом с бампером. И стучал по ней костяшками пальцев.
«Пока этот выход блокирован. Извини».
Астер, симметрично прижавшаяся лбом к противоположной стороне покорёженной двери, отстучала: «Вход со стороны бутика. Справа от витрины».
Джегг обогнул здание и вошёл в знакомое помещение. Вот застеленное ковром возвышение. Они с Аади сидели тут, поджав под себя ноги. Гостеприимный хозяин угощал покупателя лимонной водой и сладкими шариками из плодов гуайя, пока Тернистая Звезда примеряла наряды на женской половине.
Теперь узор на ковре не разобрать – ворс опалён. Манекены валяются с проломленными головами и отбитыми конечностями – жутковатая пародия на побоище у противоположного фасада. Да и Астер за целомудренно замаскированной дверью на женскую половину вряд ли прихорашивается.
Джегг попытался отогнать настойчиво лезущие невесёлые мысли. И страх. По крайней мере, свет его очей и смысл его жизни жива. И, кажется, даже не ранена. Но до чего же холодный отклик улавливался при их перестукивании! Та металлическая дверь не такая уж и толстая, а после контакта с грузовым мобилем сильно деформировалась – можно было и голосом попробовать пообщаться.
Вот только голос чёрному священнику отказал. В его воображении встреча с любимой посреди разгула насилия выглядела иначе: он бы заключил её в объятия и осыпал поцелуями, а она бы, она… хотя бы не отталкивала.
Каждый шаг сопровождается хрустом битого стекла.
Всё не так. Неправильно. Астер узнала его. Но не обрадовалась. Напротив. По ту сторону двери он уловил раздражение, усталость. И бездну недоверия. Как она его теперь встретит? И в чём на этот раз обвинит? И станет ли выслушивать оправдания? И… окажутся ли у него наготове оправдания?
Он замер, не решаясь сделать ещё один шаг и завернуть за ширму, скрывающую заветную дверь.
– Джегг?
Голос Астер прозвучал так напряжённо, что сомнения и страх растаяли мгновенно – он должен объясниться с ней немедленно! Не важно, чем это грозит.
***
Астер подпирала спиной запертую дверь, прислушиваясь к шагам чёрного священника. Старалась предугадать, чего ожидать от этой встречи. И так и не пришла к определённому прогнозу. Хорошо, что он жив и невредим. В разговоре с Ямикой она сама себя старалась убедить: Джегг не даст себя в обиду. Однако его пытались убить. И не один раз. И довольно замысловатыми способами. Криокапсула эта… память услужливо подсунула осунувшееся мужское лицо с запавшими глазами и печатью страдания.