Чтение онлайн

– Как зовут, не помнишь?

– Не знаю, я его сегодня на похоронах только и увидела в первый раз. Вот... и Алла вдруг сказала ему, чтобы он ушел, потому что девчонка дома, разболтает, и подумают невесть что. И не пускала его в прихожую. А он тогда начал кричать, мол, впусти, только на пять минут, поговорить надо. Но она стала его выталкивать. И тут он как крикнет ей: «Я знаю, кто ему горло перерезал, я его видел, и револьвер у него в руке видел!» Вы меня слушаете?

– Продолжай Танюша, очень интересно.

– Короче, она его тогда впустила в дом, поднялись они в дедушкин кабинет и заперлись там. Я собаку успокоила, ушла к себе, хотела заснуть, только не спалось, и Смершик все волновался... Я вышла в коридор и вижу... словом, они уже в спальню дедушки перешли, и замок за ними щелкнул. Мне так противно стало и так страшно... – Она опять тихо всхлипнула, и я опять погладил ее по плечу. – Уж лучше бы я сразу собаку на него спустила! Это дедушкина кровать, его дом, только сегодня его похоронили! Такая грязь! Я не могла с ними в одном доме оставаться.

– Ты все правильно сделала, Танюша. Что еще слышала про убийство?

– Только это – мол, я убийцу видел, и револьвер у него в руке... и еще, что тебя, Алла, это касается. Как это все страшно...

– Ты бы его узнала?

– Узнала. Вы тоже его видели, он в церкви у гроба стоял.

– Многие у гроба стояли. Я постараюсь достать его фотографию, – надо будет опознать. Отдыхай теперь, ни о чем не думай. Договорились?

Вернулся я домой на рассвете, но заснуть мне долго не удавалось. Вот она, настоящая и единственная зацепка, тонкая ниточка, и потянуть за нее надо очень осторожно, иначе оборвется, и тогда конец, полная темень, и опять кабинет Шарова.

Выспаться мне так и не удалось. В восемь меня разбудил телефонный звонок.

– С вами говорит супруга покойного Ивана Петровича... его вдова, Алла Софронова. Вы меня помните?

– Разумеется. Алла...э-э...

– Просто Алла. Я вас не разбудила?

– Нет, нет.

– Мне нужна ваша помощь.

– Э-э... опять пропала Таня?

– Другое. Вы могли бы ко мне подъехать?

– Сегодня? – Я взглянул на окно: веселое солнце заливало комнату. Удача, похоже, тоже прорывалась ко мне, кончик нитки из клубка сам просился в руку. – Когда удобнее?

– Приезжайте скорей. Одной так страшно в этом доме.

Через полчаса я уже ехал к ней. Ровный рокот двигателя под коленями возбуждал и настраивал на победу. Подкатил к воротам, и охранник элитного поселка, сверившись сначала со своим журналом, почтительно поднял перед моим мотоциклом шлагбаум.

Не успел я оторвать палец от кнопки звонка, как из-за дверей меня приветствовал злой собачий лай: Смерш ждал свою молодую хозяйку или старого хозяина и не желал видеть в доме никого чужого. Затем из-за двери послышались не очень уверенные команды, возня, дальний стук дверей, и наконец дверь распахнулась, на пороге стояла Алла. На ней было светлое короткое платье с тонким зеленым рисунком, темные длинные волосы оттеняли слегка бледное лицо и серые широко расставленные глаза. Она была сейчас поразительно привлекательна. В одно мгновение ее лицо осветилось милой улыбкой, одновременно грустной и радостной.

– Я так рада... Вы так быстро приехали, Николай... Проходите, я увела собаку. С этим Смершем столько проблем! Проходите, проходите в холл. Гулять с ним некому, слушаться никого не хочет, а Тани вечно нет дома...

Тихо, прохладно и траурно: зеркало занавешено, на серванте – большой портрет покойного, под ним на полу хвойный венок и много букетов белых цветов.

– Нам удобнее разговаривать в кабинете. Пожалуйста, сюда, по лестнице.

Она поднималась первой, я отставал от нее на три ступени, и ее широкие полные бедра мерно раскачивались перед моими глазами.

Кабинет был обставлен с тяжеловесной роскошью: широкий письменный стол, кожаные кресла, диван. На стенах – несколько безвкусных, но дорогих пейзажей. Моим вниманием сразу завладел встроенный в стену сейф, с блестящей рукоятью и циферблатом замка.

– Присаживайтесь. – Алла показала мне рукой на кресло у окна, сама выбрала диван и села, скрестив красивые ноги.

– Я вам сочувствую, Алла, смерть мужа – горькая утрата и такая трагическая... Примите мои искренние соболезнования... – Я говорил очень искренне.

– Да-да, благодарю. Вы так защитили меня вчера... спасибо. Я чувствую себя совершенно беззащитной, столько сразу проблем навалилось, и обратиться не к кому... Вам первому позвонила. Не знаю, с чего начинать... Ну, вот, первое... За что его убили? Полиция молчит.

– Из его заводского сейфа пропали крупные деньги.

– Да, муж упоминал о каких-то деньгах, но только мельком, и я не вникала... Кто-то должен был их передать в счет оплаты завода или что-то в этом роде.

– Вы никому об этом не говорили? – Раз уж я сюда приехал, и она от меня чего-то хотела, спрашивать я собирался о многом, и не стесняясь.

– Я? Конечно, нет, боже упаси! Просто муж упомянул, что завтра трудный день, подписание договора, и должны передать деньги в уплату... назвал даже сумму, двести тысяч долларов. Я не вникала особенно – разве это не нормально, деньги получить, если он завод продает? Полиции я все рассказала.

– В его заводском сейфе денег не оказалось. На нем тоже. Хотя и должны были быть – до подписания договора оставалось... ничего уже не оставалось. Вы с кем-нибудь из заводских коллег мужа общаетесь? Из руководства, я имею в виду?

– В каком смысле? – Легкая улыбка слетела с ее лица, она не ожидала от меня такого напора вопросов.

– Алла, вы меня извините... Чтобы узнать – я всех и обо всем расспрашиваю. Поэтому либо вы со мной делитесь, либо... извините меня.

– После его смерти я разговаривала с Леонидом Кузьмичом... с Глотовым, он давний наш знакомый, старый друг мужа. Об этих деньгах он сам впервые услышал от полиции. А с сыном мужа, вы сами видели, какие у нас отношения, и знаете, наверное, почему.

– Почему?

– Ах, это так скучно! Но мы с мужем сами в этом виноваты. Никому не сказали, что оформили брак, никакой свадьбы не было, просто расписались. Муж так решил, и я, конечно, не возражала. Он не хотел лишних разговоров на заводе, но, скорее всего, чего-то опасался из-за тех гнусных угроз. Я не знаю...

– Вы давно расписались?

– Два месяца назад. И сразу отправились в свадебное путешествие. В круиз по Балтике. Швеция, Норвегия, белые ночи, море – такая сказка была... Говорим, говорим мы с вами, Николай, и все не о том. Я вообще-то не для этого просила вас приехать.