Чтение онлайн

— Мой король. Я…

— Лучше не сейчас, лорд Ясон. — Говард сказал это совсем не строго, а даже, как показалось Тиамат, по-дружески. Она и подумать не могла, что есть на свете те, с кем он может говорить так.

— Ваше величество, — Ясон начал говорить чуточку громче прежнего, — лучше сейчас. Поверьте мне.

Тиамат сейчас думала о трех вещах. Во-первых, она впервые увидела то, как кто-то посмел оспорить решение Говарда. Во-вторых, она была более чем уверена, что разговор их пойдет о том, о чем она знает немало. И третьим было, то, что беспокоило ее со вчерашнего дня. Она никак не могла решить, как ей поступить дальше. Стоит ли ей и далее притворяться Тиамат, или же нужно рассказать правду. А, быть может, и вовсе следует сбежать по-тихому, вернувшись к своей жизни и навсегда позабыв о том, что когда-то она позволила себе назваться именем принцессы, а после и перенять ее внешность. "Не могу же я просто украсть ее жизнь", — говорила она себе, когда пыталась убедить себя в том, что пора становиться Мэйт. Но это оказалось не легче чем сдвинуть каменную скалу. Ведь именно так, подобно тяжеленной скале, в ее голове твердо засела уверенность в том, что Тиамат еще нужна этому миру. Что от нее зависит очень многое.

— Угроза, — вдруг выдала она, обратив на себя взгляды как Говарда, так и Ясона. — Угроза из Медвежьего Леса. Вы хотите говорить об этом?

— Тебе что-то известно? — Торопливо и малость озадаченно вопросил Ясон. Сердитый взгляд Говарда ждать себя не заставил, а потому Ясон, виновато кивнув, переспросил:

— Простите. Я хотел сказать, вам что-то об этом известно, принцесса?

— Мне многое известно. Они…

— Не здесь, — тихо выдал король, поднимаясь со стола. — Ясон, Тиамат. Свежий воздух нам не помешает.

— Хотите уйти посреди празднования? — Вклинился ранее помалкивающий Дол, сидящий слева от отца.

— Совсем ненадолго, сын. — Говард легонько хлопнул того по горбатой спине. Ладонь почувствовала позвоночник, сильно выпирающий и натягивающий кожу… — Наше отсутствие никто не заметит.

— Как скажешь, отец. — Дол измученно улыбнулся и снова погрузил ложку в сливочный суп.

Когда они вышли во внутренний двор замка, Тиа невольно посмотрела в сторону кузницы. Она знала, что сегодня ее отца там нет. Во время королевских пиров любая работа здешних построек прекращается. Кроме кухни. В кухне, напротив, работы становится больше, намного больше.

— Ну так что же тебе известно, Тиамат? — Спросил Говард, глядя на нее. Тие вдруг показалось, что в его взгляде зародилось подозрение. В какой-то миг она даже подумала, что иллюзия сломалась. Но быстро успокилась, когда поняла, что заклинание действует, и действует хорошо.

"Он не хочет, чтобы его дочь была замешана в чем-то, связанным с войной. Но я уже замешана. Да так, что уже не отвертеться".

— В Медвежьем Лесу творится страшное, папа. Очень-очень страшное.

— Мы знаем, — сунулся Ясон. — Я там был. И обо всем доложил королю.

Король кивнул, подтверждая свою осведомленность.

— И вы не станете ничего делать? — Удивилась Тиа.

— Мы уже сделали, — сказал Говард, коснувшись ее плеча. — Мы спасли тебя. И это главное. Что до королевства Террор, то оно будет захвачено. Я пойду на них войной.

— А как же чудовища? — Заволновалась она. — Они существуют. Они всех убьют.

— Их мы тоже уничтожим. Медвежий Лес будет очищен. Но после захвата Террора.

Тиамат не считала себя умной. Никогда не считала. Однако сейчас ей вдруг показалось, что она умнее их обоих. И Ясона, и даже самого Говарда.

— Это же глупо. То есть…простите. Это неправильно. Почему не сделать наоборот? Сперва справиться с чудовищами, совместно с силами Террора. А после уже думать о захвате Террора.

— У нас не получится сражаться заодно с Террором. После того, что они сделали, у меня нет никакого желания это делать. Независимо от целей. Более того, мы убили многих чародеев. Захватили самое важное их пристанище. Башня Света наполнилась их кровью. Такое никто не забудет. Никогда.

— Чародеи наши враги, — добавил Ясон. — Отныне и до того, как умрет последний из них. Потому что сделанное нами они не простят.

— Как и мы не простим им то, что они посмели пленить тебя. Они с самого начала были в сговоре с Террором. Такого я предвидеть не смог. — Король рассерженно свел брови вместе.

"Точно", — подумала Тиа. "Говард думает, что общество чародеев с самого начала было в союзе с Террором. И что они помогли меня похитить. Точнее, похитить не меня, а ее. Хотя и меня тоже…".

— Согласен, — выдал Ясон. — Чародеи свой выбор сделали. Вмешались в войну, хотя всегда утверждали, что они не суются в распри королей. Ни о каком перемирии теперь речи быть не может. Но я хотел поговорить не совсем об этом, мой король.

— Так о чем же?

— Король Харви обзавелся драконом. Это подтвердили наши шпионы.

— Он снова разбил тарелку. Это уже пятый раз за неделю.

— Осколки собрал? — Строго спросил Ронго.

Стражник утвердительно кивнул.

— Конечно. Как вы и говорили. Ни одной не осталось.

Ронго был взволнован. Он хорошо помнил наставления принцессы Тиамат: "С этим осторожнее. Он опасен. Он словно проникает в голову. Не позволяйте ему запутать вас. Поскорее выпытайте все что нужно и убейте его.". В тот раз мастер пыточных дел, пусть вежливо, но все же отмахнулся от слов девчонки. Куда же ей учить того, кто уже много лет вытягивает правду из бедолаг, оказавшихся в плену. Так он считал. И не без оснований. Ведь Ронго всегда находил правильный подход к каждому из тех, кому не повезло встретиться с ним, будучи связанным. Некоторым он ломал ребра. Другим — выворачивал руки. Кто-то не переносил змей. Кто-то боялся воды. Находились и такие, с кем было достаточно провести устрашающую беседу. Но этот чародей, которого Ронго уже успел невзлюбить сильнее чем своего покойного отца, был совсем иным. К нему был свой подход, в этом мучитель не сомневался. Вот только найти такой подход он пока не мог.

— Ну что, соскучился по мне? Ха-ха! — Ронго ввалился в темное помещение, как всегда, с ярко светящимся факелом в руках.

Кот молчал, но голову поднял.

— Мне тут доложили, что ты плохо ешь. Тарелки бьешь. Нехорошо-о. Ой как нехорошо-о.

Чародей, привязанный к стулу, все еще молчал.

— Думаешь, ты умный? Можешь думаешь обмануть меня? — Ронго подступил ближе, почти вплотную. — Я на все готов, дуралей. Думаешь я не догадался что ты не просто так тарелки ломаешь? Зачем тебе осколки? Думал веревку перерезать? Ха-ха-ха!

Ронго выпрямился, засучил рукав и потянулся рукой к столику с лезвиями.

— Снова порезать тебя, может? — Мастер пыточных дел широко улыбнулся. Толстые губы раздвинулись, между ними повисла тоненькая нить слюны, а за ней показались неровные зубы, отдающие желтизной. — Это уж я могу. О как могу!

Однако лезвие в ход он не пустил. Зато пустил в дело кулак. Это был довольно резкий удар для того толстяка, как отметил Кот. Чародей согнулся, громко кашлянул и выплеснул наружу большую часть холодного супа, который ему принесли этим утром. Почти все из того, что вышло изо рта чародея, угодило на рукав Ронго, и лишь несколько капель добрались до штанов чародея, когда мучитель оттянул свою руку.

— Ах ты уррро-од! — Завопил Ронго, тряхнув обрызганной дланью и запачкав пол. — К черту тебя, псих ненормальный. Хрен с той магичкой. Такое терпеть я не буду. Не-ет, не буду. — Он развернулся и неспешным шагом направился к стальной двери. — Жди меня. Я вернусь очень скоро. И тогда ты умрешь.

Вопреки своим обещаниям, вернулся Ронго спустя не один час. Как сообразил Кот, это время понадобилось мучителю для того, чтобы убедить свое начальство в том, что чародей не заговорит. И что пришло время заканчивать с ним. Кот был в этом уверен. А, как подсказывал ему личный опыт, то, в чем он был уверен, редко оказывалось ложью. Вот и сейчас не оказалось.