Чтение онлайн

— Нет, Мэйт, только не сегодня, — строго отрезал Сирин. Пожалуй, даже слишком строго, что смотрелось неествественно при его постоянно веселом покрытом щетиной лице. Шел тридцать шестой год его жизни, а он по-прежнему обладал ребяческим оптимизмом, который часто раздражал окружающих.

— Почему-у? — Расстроенно вопросила она.

— Потому что сегодня мне понадобится твоя помощь. Мы ведь с тобой договорились еще давно. Уговор ведь нужно соблюдать, разве нет?

Желание есть полностью пропало. И каким бы вкусным она не считала мамин пирог — а его она считала вкуснейшей в мире едой — она со злобой отодвинула от себя деревянную тарелку.

— Не понравилось? — Обеспокоенно спросила Селена, мать Мэйт.

— Понравилось, — тихо буркнула девочка. — Но доедать не хочу.

— Послушай, Мэйт… — ее отец значительно сбавил тон. — Разве это последний день, когда ты сможешь поиграть с подругой? Побудешь с ней завтра. А сегодня ты должна будешь быть в кузнице. Привезут новые материалы, и мне нужно, чтобы ты приняла их. Сам я не смогу, ты знаешь это.

Она знала. Знала о том, что у лучшего друга отца недавно случилось несчастье: кто-то своровал его лошадей. И сегодня ему удалось выйти на след грабителя. И для того, чтобы точно убедиться в виновности подозреваемого, прежде чем доносить на него королевским гвардейцам, защитникам городского порядка, пострадавшему понадобилась помощь друга. Что именно они намеревались сделать, ни Мэйт, ни Селена так и не узнали. Но глава семьи, пусть и потратив на это немало времени и нервов, смог уверить и дочь, и жену в том, что ничего его жизни угрожать не будет. "Мы просто кое-что проверим и кое с кем поговорим. Ничего опасного в этом нет, не волнуйтесь", — не раз повторял он им изо дня в день.

— Ты мог бы и сам отложить свои дела на потом, — все еще недовольно ответила Мэйт.

— Нет, не могу. Мой друг нуждаются в моей помощи. А друзьям ведь нужно помогать. Вот ты бы помогла своей подруге, окажись она в беде?

— Помогла бы, — со вздохом выдала она и сразу же поняла, что дальнейший спор бесполезен. — Ладно. Я буду в кузнице, отец.

— Ты молодец. — Он одобрительно кивнул, грустно улыбнувшись.

Мясной пирог из оленины источал аромат, что заполнил весь дом. Но Мэйт его так и не доела. Настроение было испорчено, и аппетит не желал возвращаться к ней.

— Я сама уберусь, — мягко сказала Селена, заметив, как Мэйт принялась собирать тарелки со стола.

Посмотрев на свою мать, Мэйт уже не в первый раз с досадой убедилась, что та выглядит гораздо старше своих тридцати. Когда-то черные волосы уже сейчас начали проявлять намеки на легкую седину, а на лице все отчетливее проглядывались морщинки. И лишь глаза, серо-зеленые, хранящие во взгляде нежность и любовь, оставались неизменными.

— Спасибо, мам, — виновато ответила Мэйт, потаращившись в сторону двери. — Тогда я пойду? Отец сказал, чтобы я была в кузнице.

— И ты правильно поступаешь, дочка. Он рассчитывает на тебя. — Мать по-доброму улыбнулась.

В кузницу Мэйт пошла, хоть и нехотя. Потребовалось немало усилий для того, чтобы перебороть в себе желание повернуть в сад, именно туда, где они договорились встретиться с Тиамат. Однако чувство долга перед отцом оказалось, пусть и ненамного, но все же сильнее собственных желаний. Когда она потянула за деревянную дверь и вошла внутрь, то ощутила необъяснимое облегчение. Здесь, внутри отцовской кузни, она всегда замечала внезапное повышение собственного настроения, даже когда причин для радостей было немного. А ведь их в ее жизни действительно было, как ей часто казалось, совсем мало. Ей вдруг вспомнилось то время, когда она познакомилась с той, кого позже посчитала лучшей подругой. Тиамат Ран Айрелл, принцесса, пожалуй, самого могущественного королевства в мире. Пред Тиамат были открыты все дороги. Не было совсем ничего, чего она могла желать, но не могла получить. Именно так казалось Мэйт. Поначалу было трудно дружить с той, кому приходилось постоянно завидовать. Но с каждым годом взросления Мэйт все больше понимала, что она искренне любит свою подругу, и зависть постепенно сменялась крепкой дружбой. Взирая на сухие угли в печке, расположенной в углу крохтной кузни, она могла еще долго погружаться в приятные и грустные воспоминания, если бы не внезапный стук в дверь, от которого она пугливо вздрогнула.

— Кто это? — Вопросила она, полностью придя в себя и отбросив неуместный страх.

— Это я, дурочка. Давай открывай! — Послышался звонкий голос друга.

С ним она познакомилась годом позже, чем с Тиамат. Мальчишку звали Конор, он сын одного из местных охотников. Семья его была еще менее обеспеченной, чем семья Мэйт. А ведь родители Мэйт, как она отлично знала, очень сильно ограничивали себя, ибо денег, которые получал ее отец, едва хватало на жизнь. У отца Конора, кормильца своей семьи, дела были и того хуже. Выслеживать дичь в ближайшем лесу становилось сложнее из-за большй конкуренции, а уходить дальше было опасно, ибо там, на востоке, водились твари, которые брали роль охотников уже на себя. Лесные тролли, толстокожие многозубы, бронеголовые кабаны, все они были гораздо опаснее, чем о них говорили. А говорили о них вещи страшные. Очень страшные.

— Чего тебе? — Крикнула в ответ Мэйт, не открывая дверь.

— Мы с Тией ждем тебя уже целый час, дуреха!

— Вот и сидите сами! — Обиженно выкрикнула она.

— Что это с тобой? — Удивился мальчишка, стоящий за дверью. — Открой мне.

Она сдвинула шпингалет и отворила тяжелую дверь.

— Я не смогу пойти с вами… — чуть ли не плача, проговорила она и отодвинулась в сторону, освобождая Конору проход.

Однако он внутрь не вошел, продолжив стоять снаружи.

— Почему это? — Малость разгневался он. — Без тебя же ей будет скучно!

— Знаю. — Девчонка виновато вздохнула. — Но я должна сидеть тут. Отец велел принять товар.

— А сам он что, не может?

— Он занят. У него важные дела.

— А что если… — начал Конор, но затем задумчиво смолчал.

— Что? — С надеждой вопрошала Мэйт. — Ты что-то придумал?

Она привыкла доверять его идеям. Нередко затеи мальчишки помогали им провернуть что-то интересное, и в большинстве случаев заканчивалось это успешно.

— Да, — не слишком уверенно выдал он. — Но…

— Что? Говори уже!

— В общем, я поговорю с твоим отцом. Сам. А ты иди к Тие, она уже ждет тебя. Я скоро подойду к вам.

Нет, это была совсем не та идея, которую она надеялась от него услышать. В успех того, что только что предложил он, она верила слабо. Более того, ей казалось, что отец лишь только разозлится оттого, что Конор будет просить за нее.

— Плохо ты придумал. С отцом мне лучше говорить самой.

— И ты поговоришь с ним? — Он усмехнулся.

— Нет… — призналась она. — Не поговорю. Я обещала ему помочь. И должна помочь.

— Вот видишь. А я знаю, что ему сказать. Поверь мне, все будет хорошо. Если не смогу уговорить его, то я сам приду сюда и дождусь товара. Хорошо?

Теперь девчонка заметно повеселела, что явно отражалось в ее таких же как у матери больших серо-зеленых глазах.

— Хорошо!

Плотно заперев за собой дверь, Мэйт, уже уверенная в правильности решения и в том, что ничего плохого случиться уже не может, в припрыжку от радости помчалась в сторону сада. Вымощенная камнем тропинка, ведущая на задний двор, была совсем новой, ведь только недавно на ней меняли плитку. Тем не менее, на ней уже проявились первые трещинки: солдаты в тяжелых стальных сапогах нередко прохаживаются здесь.

А пока переполненная радостью девочка спешила к подруге, Конор направился к крохотному домику на окраине города. Туда, где со своими родителями жила Мэйт. Бежать ему пришлось далеко, и Конор удивился собственной выносливости, когда осознал, что не подвергся отдышки после остановки. Отца Мэйт он увидел тогда, когда тот как раз входил в дом.

— Господин Сирин! — Закричал Конор, но не был услышан: дверь захлопнулась, скрыв Сирина из виду.

Снова перейдя на бег, Конор быстро добрался до крыльца и, поднявшись по сухим, шатающимся древесным ступенькам, стряхнув при этом с них немало песка, он постучал в дверь. Ответа не последовало. Мальчишка постучал сильнее, но результат не изменился: тишина. Тогда Конор обошел дом сзади и с надеждой заглянул в оба окна. Увиденное сильно удивило его. В этом крохотном доме не было никого. "Как же так?", — удивился Конор, снова взглядываясь то в одно окно, то в другое, полагая, что вот-вот из-за угла покажется отец Мэйт. Но чем дольше мальчик наблюдал, тем больше удостоверивался в том, что в домике действительно никого нет. "Ладно уж, придется идти назад", — наконец заключил Конор, утратив надежду застать отца Мэйт, и все так же спешно двинулся к заднему двору замка. Туда, где тянется длинный зеленый сад.