Чтение онлайн

— Ты очнулся.

Голос Рагана. Глухой, ровный, без эмоций. Я повернул голову — движение далось тяжело, будто шею сдавили тисками.

Отец стоял у койки, опираясь на спинку деревянного стула. Лицо было как всегда — холодная маска, но в уголках глаз пряталась усталость, а пальцы слегка постукивали по спинке.

— Почти неделю, — сказал он. — Врачи говорили, что если сегодня не очнешься — уже вряд ли очнешься в принципе.

Я попытался приподняться. Мышцы живота дрогнули, но не подчинились. Руки дрожали, как у старика.

— Какие новости?

Раган усмехнулся. Невесело.

— Мне, конечно, нравится, что ты так ответственно подходишь к делу, но отдых тоже важен. Без тебя мир не остановится.

— Значит, какие-то новости есть? — хмыкнул я.

— Есть, — кивнул он после недолгого молчания. — Благодаря информации Шейзана мы наконец-то узнали что-то реально полезное.

— Не тяни, — поморщился я. — Какой смысл?

— Заброшенный форт в пятидесяти километрах от столицы. Через одиннадцать дней там будет встреча. Сумраки и кто-то еще. Клиенты. Кто именно не знаем, но явно крупные шишки, раз Теневое Сообщество посылает на переговоры аж Сумраков.

В Теневом Сообществе были приняты условные обозначения членов по уровню их важности и влиятельности в организации. От низшего к высшему: Скрытый, Туман, Мираж, Сумрак и Тень.

Последние были абсолютными лидерами, так что вряд ли хоть когда-то участвовали в деятельности Сообщества лично. Так что отец был прав. Наличие на переговорах Сумрака, причем не одного, означало крайнюю важность этой встречи.

— Я участвую, — сказал я.

Раган нахмурился. Его пальцы сжали спинку стула так, что костяшки побелели, а древесина заскрипела.

— Ты еле жив.

— Через одиннадцать дней восстановлюсь.

— Ты не понимаешь. — Он сделал шаг вперед, и тень от его фигуры накрыла меня. — Ты не чувствуешь себя. Ты не видел, как выглядишь. Кожа — как пергамент, губы потрескались, глаза… — Он резко оборвал себя.

Я поднял руку — тонкую, с проступающими венами. Да, я был слаб. Но…

— Они пытались убить меня. Даргана. Я их не отпущу просто так. Я должен быть там.

Раган замер. Его глаза — холодные, как лезвия — впились в меня. Затем он вдруг тяжело вздохнул и кивнул.

— Во время ритуала… — Он говорил медленно, будто каждое слово давалось с трудом. — Когда ты кричал… Я понял кое-что.

Я не отвечал.

— Настоящая сложность родительства — не смотреть, как дети растут. А отступать в сторону, когда они выросли.

В его голосе не было ни гнева, ни сожаления. Только факт.

Я закрыл глаза. Внутри меня что-то дрогнуло.

— Значит, рейд через одиннадцать дней, — пробормотал я.

— Если будешь готов.

Я открыл глаза.

— Я буду.

Тишина.

Потом Раган еще раз кивнул, на этот раз резко и уверенно, и вышел, оставив меня наедине с мыслями, болью и новой надеждой.

###

Лунный свет струился сквозь редкие облака, окрашивая тренировочный плац в серебристо-голубые тона. Я ступил на утрамбованный песок, ощущая, как крошечные камешки скрипят под металлическими пластинами ортезов.

Ноги я начал чувствовать только частично, да и они пока что были слишком слабыми, чтобы опираться только на них. Так что от этих железяк отказываться пока что было рано.

Прохладный ночной воздух обжигал легкие после душной палаты. Вдалеке мерцали огни столицы, но здесь, на этом квадрате размером сто на сто метров, царила почти медитативная тишина, нарушаемая лишь шелестом ночных насекомых в окружающих плац кустах.

Ананси шевельнулся у меня за спиной, его обновленное сорокасантиметровое тело, теперь напоминающее изящную, но смертоносную черную, или, вернее, белую вдову, излучало едва уловимую вибрацию. Длинные лапы с зазубренными кончиками непроизвольно постукивали по моей спине в ритме моего дыхания.

— Ну что, старина, — прошептал я, ощущая знакомый холодок энергии в основании черепа, — покажем этим снобам из главной ветви, на что способен настоящий паук?

В ответ по нашей связи пробежала волна одобрения, смешанная с хищным предвкушением. Это был первый и самый примечательный, как по мне, эффект прорыва.

Ананси обрел самосознание. Оно не было полноценно человеческим, он не мог думать как я и общаться осмысленными конструктами, но его интеллект был заметно выше, чем у любого животного, а благодаря нашей связи, теперь перманентно находившейся на уровне частичной синхронизации, он мог понимать суть моих и чужих слов и вообще всего происходящего на очень высоком уровне.

Но на тренировочный плац я пришел не для того, чтобы восхищаться разумностью своего проводника.

Первый тест — полет. Я сосредоточился, представляя, как энергия конденсируется под ступнями. Ортезы слегка затрещали под давлением, когда сгусток Потока начал формироваться. Энергия распределилась идеально ровно, как будто кто-то вылил под меня жидкий металл, принимающий нужную форму.

Я оттолкнулся — сначала осторожно, потом сильнее. Воздух подо мной зашипел, и я взмыл вверх, как на невидимой платформе.

Пять метров… десять… пятнадцать. Выше башенных часов центра. Ветер свистел в ушах, но равновесие не терялось ни на мгновение. Я сделал сальто назад, бочку, мертвую петлю…

— Гладко, — пробормотал я, опускаясь обратно к земле, уже запыхавшись, ощущая, как уголки губ сами собой растянулись в улыбке. — Теперь скорость.

Я рванул вперед, и плац подо мной превратился в размытую полосу. Двадцать метров пролетел за секунду, резко затормозив у противоположного края. Песок взметнулся вихрем, образуя миниатюрный песчаный смерч.

В груди приятно горело — не от усталости, а от возбуждения. Это был эффект чистой энергии, а с использованием нитей я смог бы ускориться еще минимум вдвое.

Следующий тест, уже посложнее. Я сжал кулаки, и нити взметнулись вверх, словно тысячи серебристых змей.

Они сплетались, перекручивались, формируя каркас. Через три секунды передо мной стоял энергетический двойник Ананси — трехметровый паучий кошмар, каждая лапа которого заканчивалась изогнутым, как ятаган, когтем. Его брюшко переливалось тем же металлическим блеском, что и нити, а восемь глаз светились холодным синим пламенем.