Чтение онлайн

Я встретил его взгляд без колебаний:

— Тогда я умру. Скорее всего. Либо что похуже.

Тишина повисла в подвале, густая и тяжёлая, как смола. Даже дыхание старейшин стало неслышным. Йораниан первым нарушил молчание:

— Мы начинаем. — Он поднял руку, и его пальцы вспыхнули голубым пламенем. — Занимайте позиции.

Старейшины двинулись, занимая места согласно начерченному на полу узору. Я направлял их, говоря сдвинутся на полшага или четвертьшага, чтобы все в итоге сработало идеально.

Отец остановился прямо передо мной, его глаза в этот момент казались почти… обеспокоенными?

— Ты уверен? — спросил он одними губами, так, чтобы другие не услышали.

Я лишь кивнул, он кивнул в ответ. Ананси заполз мне на голову.

— Когда мой проводник вспыхнет Потоком, начинайте вливать в него энергию, — проинструктировал я. — Не жалейте, поддерживайте настолько мощный напор, насколько можете, но во главу угла ставьте стабильность. Незначительные плавные изменения интенсивности ни на что не повлияют, но резкие скачки могут все сломать.

— Это все инструкции? — переспросил один из старейшин после паузы.

— К счастью или к сожалению, но да, — кивнул я. — От вас мало что будет зависеть, всю самую тяжелую работу предстоит сделать мне.

В ответ на эту реплику больше половины старейшин недовольно фыркнуло, но предупредительный «Кхем!» Йораниана заставил их замолчать.

Я тем временем закрыл глаза, глубоко вдохнул и выдохнул несколько раз, максимально расслабил тело, откинувшись на спинку кресла…

Сдвиг Тверди. Прорыв!

Тельце Ана вспыхнуло мощной энергией от раскрывшего свои недра Ледника и в ту же секунду воздух в подвале затрещал, как лёд под ногами, когда Поток от десяти мастеров Сдвига тверди устремился к нему и хлынул в хрупкое тельце проводинка.

Его тело сразу же начало меняться — раздуваться, покрываться трещинами света. Ледник Ананси не просто светился — он взрывался, как сверхновая, выбрасывая волны энергии, которые бились о границы нашего соединения. Это был не поток, а целый океан, бурлящий, неукротимый, готовый разорвать нас обоих.

Первая волна энергии ударила по связи. Я сглотнул, почувствовав, как мои вены наливаются свинцом. Формула подо мной вспыхнула ярче, вытягивая избыточную энергию, но её было слишком много. Слишком…

Ананси извивался в агонии. Его тело растягивалось, сжималось, трескалось и снова срасталось. Ледник внутри него светился чисто-белым светом, ослепительным и болезненным.

И если в первую секунду я имел возможность просто наблюдать за его конвульсиями, то затем муки настигли уже меня самого.

Я этого не видел, но сейчас рунические формулы подо мной должны были начать светиться кроваво-красным, их линии пульсировали в такт моему сердцу. Формула на спинке кресла — сложный узор из переплетающихся линий, выгравированных с невероятной точностью, была нужна не для усиления Потока внутри Ананси или чего-то подобного.

Наоборот, она собирала выплескивающуюся наружу избыточную энергию и перенаправляла уже не в проводника, а в мое тело. Для того, кто не проходил уровни Штиля и Полного Штиля, это было невероятно рискованно.

Но без этого все стало бы только хуже. Если бы не руны на кресле, хлынувший по нашей с Аном связи в мое тело поток мощи банально разорвал бы меня на части за пару секунд. А так появлялся своеобразный буфер, тормозящий и рассеивающий разрушительный Поток, хлещущий из связующей нас нити.

Тем не менее, Первый импульс ударил в солнечное сплетение с такой силой, что я непроизвольно выгнулся в кресле. Это было похоже на удар раскалённого клинка, вонзаемого между рёбер.

Я закусил губу до крови, ощущая, как энергия врывается в моё тело, без труда перекатываясь через хрупкую «стену» из той энергии, что пропитывала плоть и кости.

Губы расползлись в оскале, когда я пытался сдержать крик. Это было… больше чем боль. Это было как будто меня разбирали на молекулы и снова собирали, раз за разом.

— Держись, Лейран, — донёсся голос отца, но звучал он будто из-под воды.

Я не мог ответить — кровь уже подступала к горлу, наполняя рот металлическим привкусом. Часть силы уходила прочь, вытекая сквозь травмированные ноги, но волны Потока продолжали прибывать, все больше и сильнее с каждой секундой.

Каждый новый толчок расширял канал связи. Я буквально чувствовал, как нить между мной и Ананси утолщается, превращаясь в стальной трос. Но цена за такую радость была очевидна: кожа по всему телу начала трескаться, как пересушенная глина, и кровь начала постепенно пропитывать одежду.

Кровь. Её металлический привкус заполнил рот, струйки тёплой жидкости стекали по подбородку, смешиваясь с потом на шее. Каждый вдох обжигал лёгкие, будто я вдыхал раскалённые угли вместо воздуха.

Из носа хлынула тёплая струйка, а в ушах стоял такой звон, будто внутри черепа били в колокол. Давление рвало капилляры — я чувствовал, как крошечные сосуды лопаются в глазах, окрашивая зрение в розоватый оттенок.

— Ещё немного, — прошептал я, но голос захлебнулся в крови, хлынувшей из горла.

Кости затрещали с отвратительным сухим звуком. Правый мизинец неестественно выгнулся — сустав не выдержал давления. Я попытался сжать кулак, но пальцы не слушались, будто принадлежали кому-то другому.

— Слишком… быстро… — выдавил я сквозь стиснутые зубы.

Формула работала исправно, но моё тело — нет. Если так продолжится, энергия разорвёт меня на части раньше, чем Ананси достигнет Сдвига Тверди. Я не видел, но чувствовал как на моих предплечьях появляются кровавые полосы — лопались уже даже крупные сосуды.

Новый импульс энергии ударил в позвоночник с такой силой, что я закричал — тихо, хрипло, потому что голосовые связки тоже были повреждены. Боль была настолько острой, что на мгновение я полностью потерял зрение.

Внутри грудной клетки что-то хрустнуло — вероятно, треснуло ребро. В глазах помутнело, сознание начало уплывать.

— Сосредоточься! — крикнул кто-то, я уже даже не мог понять, кто именно.

Каждая секунда приносила новую волну боли. Кровь теперь текла не только из носа и рта, но и из ушей, смешиваясь с потом на шее.