Чтение онлайн

Михаил Елисеевич тихо взвыл и обхватил руками голову. На его вой цыкнули, но князь смог успокоиться не сразу. Еще какое-то время он раскачивался туда-сюда, причитая и жалея дочь.

— Да молчи уже, окаянный, — рыкнула на светлую душу Мала, просунув голову в салон. – Княжна еще жива, а ты уже заведомо собрался ее хоронить!

Слова возымели действие. Хрюкнув напоследок, как обычный крестьянин, князь зажал ладонью рот и притих.

Экипаж тем временем ехал дальше за каретой Болотниковой. Вот княжна простилась еще с одной своей подругой, и карета тронулась дальше.

— Всем приготовиться, — проговорил Шуйский, ощутив, как в салоне стало заметно холоднее. Маг понял – темная душа Малы присоединилась к его агентам.

Бакунин снова тихо взвыл, но поймав на себе негодующий взгляд цыганки, быстро присмирел, а Мала шепнула:

— Как же я понимаю коня, который тебя скинул, княже!

Михаил Елисеевич сделал обиженный вид и отвернулся от темной души.

Вот карета Болотниковой свернула в сторону от людных центральных улиц. Отчего—то это совсем не удивило Анатоля.

— Кажется, кучер в сговоре с Никитой Сергеевичем, — высказался Мамаев.

— Скорее всего. Не ошибусь, предположив, что возница – один из людей Болотникова, — кивнул Анатоль.

Мала посмотрела на князя Бакунина и предложила:

— Ну-ка, княже, лети-ка вперед, догони экипаж дочери и глянь, кто там правит лошадьми? – Темная не просила, она почти приказывала и отчего-то Анатоль не удивился, ощутив, что Михаил Елисеевич послушался. В один миг в салоне кареты стало теплее – это душа князя выбралась наружу и полетела, обгоняя скакунов.

— Должен же быть от него хоть какой-то толк, — высказалась цыганка в опустившейся тишине.

Серьга хохотнул и уставившись в пространство мимо Малы, проговорил:

— Жаль, не могу тебя увидеть, темная, но мне нравится твой подход к проблемам. — Харитон покосился на Анатоля и добавил: — Может, оставим ее в агентстве, а? Чудится мне, что нам не будет лишней помощь этого призрака.

— Вот еще, — фыркнула Мала, передернув плечами. – Я не собираюсь задерживаться на этом свете. Вот только разыщу своих обидчиков и тогда…

Закончить она не успела. Ворвавшийся в карету призрак князя истошно завопил:

— Он это! Он! Бедная моя Машенька!

Экипаж подбросило на ухабе и Мала взвилась вверх, вынырнув по пояс из крыши. Глянув вперед, она заметила удаляющееся свечение от магических светильников, висевших на карете княжны. Оглядевшись по сторонам, цыганка нахмурилась, отмечая, что путь их теперь лежал вдали от оживленных улиц. Дома здесь стояли темные и пустые. Чуть дальше виднелся мост и белой кладкой верьенского камня, а за крышами домов острым шпилем поднимался к небу купол храма.

Вернувшись в салон, Мала произнесла:

— Я вперед полечу. Неспокойно мне.

— Хорошо, — ответил цыганке Шуйский, а сам на ходу открыл дверцу кареты и удерживаясь на подножке, громко приказал вознице, — гони!

Кучер вскинул хлыст. Лошади пошли быстрее, оставив позади перекресток с коптившим старым фонарем. Анатоль оказался первым, кто услышал женский крик. Не дожидаясь, когда экипаж остановится, он спрыгнул на ходу и по инерции пробежал несколько шагов вперед, успев увидеть карету Болотниковой, остановившуюся неподалеку. Еще до того, как к Шуйскому присоединились остальные агенты, он успел ударить оглушающей магией в здоровенного детину, тянувшего за ногу княжну Марию. Детина вздрогнул, но так и не отпустив лодыжку Болотниковой, повалился навзничь, увлекая девушку за собой.

— Маша! Машенька! – отчаянно завопил князь Бакунин, бросившись на помощь дочери. Увидев в руке у кучера княжны острый нож, призрак встал между убийцей и дочерью. Да только что могла светлая, бестелесная душа? Нападавший ощутил лишь окутавшую его прохладу и ни малейшего препятствия. Нож с легкостью прошел сквозь призрака, целясь в грудь закричавшей в отчаянии девушки.

Анатоль ударил магией снова, но его опередил огромный, размером с откормленного бычка, пес, выпрыгнувший будто из ниоткуда и вцепившийся в руку кучера.

Еще несколько секунд борьбы и несостоявшийся убийца взвыл, когда анимаг застыл над его горлом, скаля смертоносные клыки.

— Ты вовремя, Степан, — похвалил Волынского Анатоль и тут же огляделся, не понимая, чего ему не хватает в общей картине. Вот стоит экипаж княжны. Сама она уже поднимается на ноги, всхлипывая и почти отчаянно держась за руку некроманта. Вот Мамаев с Харитоном скручивают оглушенного сообщника Болотникова, а Степан продолжает нависать над кучером. У последнего расплывается подозрительное темное пятно на брюках. А рядом призрак Бакунина сидит на ступеньке кареты и тихо плачет от счастья.

И все же чего-то не хватает. Или кого-то?

— А! – крик, полный боли, возвращает Шуйского к действительности.

Мала, понимает он и бросается на повторившийся вопль. Несколько шагов и Анатоль оказался в темном проулке, находившемся как раз напротив места, где было совершено покушение на княжну.

— Помогите! – кричит какой-то мужчина.

Шуйский поднял руку, пробуждая магию света, и тут же увидел Болотникова, собственной персоной. Никита Сергеевич застыл у стены дома. Поза его вызывала подозрения, и Анатоль усмехнулся, заметив, что правое плечо мерзавца окрашено алым.

— Он тут бы, — сказала Мала и посмотрела на аллесианца. Свет его магии ей не нравился. Но отпускать Болотникова темная душа пока не планировала. Она стояла перед князем Никитой Сергеевичем, вонзив в его плечо острые когти, почти пригвоздив Болотникова к стене, так что он не мог вырваться. А если бы и вырвался, то оставил бы часть плеча в когтях темной души.

— Подозреваю, этот идиот решил проследить, как его сообщники будут убивать Марию Михайловну, — процедила Мала. – Так сказать, увидеть собственными руками и убедиться в том, что неожиданно овдовел, — цыганка не отказала себе в удовольствии прокрутить когти в ране Болотникова, отчего князь тут же закричал, едва не потеряв сознание.

— Подержишь его так еще немного? – попросил Анатоль, удивляясь тому, как отлично сегодня удалось сработаться с темной душой. Скажи ему кто еще месяц назад, что в агентстве появится такой помощник, рассмеялся бы…

— Подержу, — согласилась Мала. – Мне это даже приятно! – Она жутко улыбнулась, жалея, что ее оскал не видит ни Анатоль, ни, тем более, пойманный ею преступник.

Вернувшись к экипажу, бывший аллесианец подошел к кучеру.

— Степан, беги к стражам. Сообщи о том, что мы поймали тех, кто грабил экипажи, — велел анимагу Шуйский.