Чтение онлайн

Темная душа словно не слышала меня. Она смотрела на цыганку, продолжая сжимать ее сердце. Мала будто упивалась своей силой. Наслаждалась способностью вершить чью-то судьбу.

Мальчишки, игравшие неподалеку, заметили, что со старухой что-то не так. Названный Алмазом бросился было к бабушке, но его перехватил Вронцев. Ребенок забрыкался, завизжал, но некромант произнес несколько слов на непонятном языке и Алмаз затих. Остальные мальчишки побежали вглубь табора, на бегу выкрикивая на своем языке слова о помощи.

Я поняла, что скоро здесь соберутся все цыгане. Только они могут не успеть. Мала убьет несчастную старуху и тем самым продлит свои мучения в загробном мире, куда, несомненно, попадет, едва выполнит неоконченные дела на этом свете.

Рядом что-то произнес Шуйский. Я не успела и глазом моргнуть, когда аллесианец вытащил из кармана прозрачный флакон, раскрыл его и, высыпав на ладонь порошок серебряного цвета, бросил его в скрючившуюся старуху.

Я не успела удержать руку Анатоля. Хотела, потому что верила: Мала найдет в себе силы остановиться! Но Шуйский действовал слишком быстро.

Порошок превратился в подобие дыма, и фигура темной души стала видна остальным агентам, правда, всего на несколько секунд. Но этого хватило, чтобы Анатоль увидел ее и нанес удар.

— Не надо! – В последний момент я успела ударить Шуйского по руке, потому что на этот раз была готова. И все же его магия успела сорваться с пальцев аллесианца и рикошетом ударило по Мале.

— Нельзя ей позволить убивать! – ответил Анатоль. Он не сказал мне ни слова упрека за то, что остановила его. А Малу все же настиг удар благодатного света. Темную душу оторвало от несчастной цыганки и откинуло назад.

Удивленная, Мала приподнялась, оказавшись на земле. Ее глаза стали прежними, а когти втянулись под кожу. Она снова стала сама собой.

— Зачем? – прорычала темная.

— Не делай хуже, чем уже есть, — ответил ей Шуйский.

Я поспешила к старухе, осевшей на столе. Она продолжала держаться за сердце, еще не понимая, что опасность отступила.

— Как вы? – спросила у цыганки, помогая ей перебраться со стола на скамью.

Женщина вырвалась из моих рук, поглядела гневно.

— Кто вы такие? И как связаны с Малой?

Она зачем-то протянула руку и вцепилась в свои карты, словно они могли спасти ее от беды.

Ничего не ответив цыганке, я подняла взор и посмотрела на Малу. Темная душа взлетела над землей и приблизилась, поглядывая на Шуйского.

— Даже не думай, — предупредил он, ощутив колебания холода и сообразив, что Мала ближе, чем кажется.

— Эта тварь Зара видела того, кто убил меня, — прошелестел голос темной. – Она виновна так же, как и мой убийца. Но вы правы. Ее трогать не стану. Она не заслуживает этого. Теперь, когда Зара почувствовала, что такое страх, она будет постоянно жить в нем. А что может быть лучше, чем знать, что месть продлится на долгие годы?

Я посмотрела на Малу. Призрак застыл поблизости от Зары, но больше не делал попыток убить старую цыганку.

— Мала здесь. – Я опустила взор на Зару и заметила, как гадалка побледнела.

— Врешь! – прошипела она.

Стараясь не замечать, как к нам со всех сторон бегут цыгане, я сосредоточилась на собеседнице.

— Не вру. Она пришла отомстить. – Я увидела, как после прозвучавшей фразы, в глазах Зары вспыхнул страх. Всего на долю секунды, а затем он отступил. Старуха отлично держала себя в руках.

— Кто ее убил? – спросила я. – Он здесь?

Зара настороженно огляделась. Она видела своих людей, но видела еще и то, что маг, от которого шел яркий свет, с помощью своей силы не позволяет никому из табора подойти ближе. Между Зарой и ее людьми будто выросла незримая стена.

— Как же мне жаль, что она меня не слышит, – проговорила Мала. Она подплыла ближе. Зависла рядом со мной, бросив Шуйскому: — Не бойся, аллесианец. Я уже поняла, что ты не позволишь мне прикончить эту каргу. Возможно, ты и прав. Она не виновата. Не она занесла нож. Не она ударила. Но она видела, как меня убили, а затем промолчала, и убийца остался безнаказанным. Мое же тело выбросили в канаву, даже не потрудившись о погребении. Разве это справедливо?

Анатоль покачал головой.

— Сотворив месть, ты сделаешь хуже только себе. Души тех, кто виновен, уже полны тьмы, и там, за пределами этой жизни, их не ждет ничего хорошего. А у тебя еще есть шанс все исправить, — сказал он.

Зара удивленно моргнула, слушая странные речи мага.

— Вы похожи на сумасшедших, — проговорила она.

— Душа Малы здесь, и она взывает к отмщению. – Я поглядела на гадалку.

Зара выдержала мой взгляд. Но было заметно – цыганка нервничает.

— Кто тот человек, убивший Малу? – спросил Шуйский, пристально глядя на старуху.

— Он где-то здесь, — прошипела Мала. – Должен быть. Но я его не чувствую! И все же, найду.

Зара на миг опустила взгляд, будто размышляя. Затем посмотрела на аллесианца.

— Я не буду ничего говорить. Это дела табора. А вы здесь всего лишь чужаки и не имеете права вмешиваться в нашу жизнь!

Анатоль наклонился к гадалке.

— Я могу позволить душе Малы разобраться с обидчиками, раз вы говорите, что это дело табора. А Мала – одна из вас, даже теперь, после смерти. Значит, она в своем праве, не так ли?

Зара завращала глазами. Она отчаянно глядела на цыган, которые пришли ей на помощь, но не смогли преодолеть магический заслон, установленный Шуйским. Кажется, старуха начала осознавать, что не в ее положении диктовать условия. Но стоило отдать ей должное: она была храброй и прятала свой страх под напускной наглостью.

— Вы лжете! Малы здесь нет.

Я покосилась на темную душу, которая от такого заявления гадалки, сразу почернела и начала меняться. Ее руки украсились опасными когтями, способными в один удар вспороть живот Заре, или перерезать горло.

Старая гадалка не понимала, что играет с огнем.

— Где твой брат, Зара? – прошипела темная, качнувшись к старухе. Та поежилась от потока ледяного воздуха – почувствовала опасность, хотя и не могла ее видеть.

— Что это? – пробормотала Зара.

— Мала хочет узнать, где ваш брат, — проговорила я, уже понимая, кто стоит за смертью моей темной спутницы. Узнать бы еще, за что убили Малу?

— Мой брат? – Брови Зары сошлись на переносице. Она оттопырила верхнюю губу, став похожей на волчицу, но миг спустя заставила себя успокоиться. – Нет его больше. Умер.