Чтение онлайн

— Как дела? — спросил он.

— О, не волнуйтесь, не волнуйтесь! — Беззаботно сказал Заика. — Все в полном порядке. — Он выхватил у Лесоруба металлическую завитушку и рявкнул Всполоху. — Держись подальше от незаменимой катушки индуктивности! Он не должен быть намагничен!

Лунитари наконец-то преподнесла Всполоху свой «подарок»; он был очень магнитным. Кусочки железа и стали начали прилипать к нему.

Всполох покорно отошел от незаменимой катушки индуктивности.

— Мы пытаемся выяснить, какие детали были повреждены ударом молнии, — продолжал Заика, — чтобы их тоже можно было починить.

— Продолжайте в том же духе, — сказал Стурм, стараясь не улыбаться. Он знал, что гномы найдут какой-нибудь ответ — в конце концов.

Китиару он нашел в рулевой рубке, она сидела в кресле Заики. Закинув ногу на подлокотник кресла, она пила из высокой глиняной кружки.

— Драконий эль? — спросил Стурм.

— Ммм. Хочешь немного? Нет, конечно, нет — Она отпила еще немного. — Тогда тем больше для меня.

— Гномы работают не покладая рук, — сказал он. — Через день или два мы сможем вернуться домой.

— Для меня это не может быть слишком рано, — ответила она.

— Ой? У тебя есть планы?

Китиара держала кружку на коленях.

— Ты действительно хочешь знать? Я чувствую себя немного бесполезной. Гномы работают, Миконы работают, а мы ничего не делаем.

Она откинула голову назад и еще ниже ссутулилась на маленьком стуле.

— Я думала о том, как бы мне хотелось собрать собственную армию и больше не быть наемником. У меня были свои войска, верные мне.

— А что бы ты сделала со своей собственной армией?

— Создам себе королевство. Захвачу существующее в ослабленном состоянии или выделю его из более крупной страны. — Китиара посмотрела Стурму в глаза. — Что ты думаешь об этом?

Он почувствовал, что она дразнит его. Он просто ответил:

— Ты думаешь, что сможешь командовать целой армией?

Она сжала кулаки.

— Я сама по себе почти армия. С моей новой силой и моим старым опытом, да, я справлюсь. Хочешь поступить в мою гвардию? Ты неплохо владеешь мечом. Если бы я могла отучить тебя от твоих глупых представлений о чести, ты стал бы еще лучше.

— Нет, спасибо, Кит, — серьезно ответил он. — У меня есть долг перед своим наследием. Я знаю, что однажды в моей жизни Рыцари Соламнии оправятся от своего позора. Я буду там, когда они это сделают. — Он отвернулся к широким окнам. — И у меня есть другие обязательства. Мне еще нужно найти моего отца. Он жив, я это видел. Он оставил мне наследство в нашем замке, и я намерен заявить на него права. — Его голос затих.

— Это твое последнее слово? — спросила она. Стурм кивнул. — Я тебя не понимаю. Ты когда-нибудь думаешь о себе?

— Конечно, да. Иногда, даже слишком.

Китиара позволила кружке повиснуть в ее пальцах.

— Назови случай. Такого не было с тех пор, как я тебя знаю.

Стурм открыл рот, чтобы заговорить, но прежде, чем он успел это сделать, на нос «Повелителя облаков» упала тень. Китиара вскочила. Это была тень дракона.

«Не выйдете ли вы на минутку, друзья мои?» — мысленно обратился он к ним. Китиара и Стурм спустились по трапу на площадку перед обелиском.

— Что это? — спросила Китиара.

— Я приказал Миконам возвести крепостной вал, который помешает древесному народу проникнуть в обелиск, — сказал Купеликс. Он прихорашивался передней лапой, словно гордясь своей изобретательностью.

— Я думал, ты сказал, что они не осмелятся войти, — резко сказал Стурм. Купеликс остановился на полуслове.

— Так было и в обычные времена, но ты, дорогой друг, побудил Лунитар преодолеть свой страх передо мной. Их присутствие здесь — тому подтверждение. Не нужно быть мудрым, чтобы догадаться, что вскоре они могут решить отправиться туда, где никогда не были.

— Мы не можем этого допустить, — сказала Китиара, воинственно скрестив руки на груди.

— Конечно, нет. Я подумал, что вы, возможно, захотите проверить мои защитные сооружения, поскольку они будут защищать ваши жизни.

Стурм оторвал гномов от их текущей работы — они собирали древесные обломки из «Повелителя облаков», чтобы сжечь их в кузнице. Все столпились у открытой двери, чтобы посмотреть, что Купеликс заставил делать Миконов.

Гигантские муравьи выстроились в шеренгу параллельно двери обелиска. По какому-то невидимому, неслышимому сигналу муравьи-миконы опустили свои треугольные головки к земле. Они насыпали красную почву длинной кучей и повторили этот процесс много раз. Таким образом, они вырыли траншею вокруг обелиска. Землю они насыпали в высокий вал.

— Удовлетворительно? — спросил дракон со своего насеста.

Китиара пожала плечами и побрела обратно к кораблю. Гномы последовали за ней по двое и по трое, поскольку им наскучило наблюдать, как могучие миконы переворачивают красную землю. Вскоре остался только Стурм. Он наблюдал, пока все бреши в стене не были заполнены. Рыхлая земля осыпалась с верхушки стены, погребая под собой ближайших древесных людей, пока только их зазубренные верхушки не показались из алой почвы.

Кузнечный огонь продемонстрировал еще одну способность Купеликса. Из собранных камней они соорудили грубый очаг. Китиара, раздетая до рубашки и с закатанными штанинами, стояла рядом, обливаясь потом, пока укладывали последний камень.

— Итак, — сказала она, — у кого есть кремень?

Заика протянул Манёвру руку. Манёвр уставился на раскрытую ладонь.

— Давай, давай, дай мне кремень, — сказал Заика.

— У меня нет кремня, — ответил его коллега.

— Я отдал его тебе, когда ты уходил в поход.

— Нет, ты этого не делал. Возможно, ты отдал его кому-то другому. — Быстрый опрос остальных гномов не выявил ни одного кремня.

— Это нелепо! Кто разводил огонь, пока мы были одни? — спросила Китиара.

Слесарь робко поднял руку.

— Румпель, — сказал он.

Заика схватился за голову.

— У него было огниво!

— Думаю, да, — сказал Манёвр, глядя на свои пыльные, стоптанные ботинки.