Тьма или свет. Освободи меня
Шрифт:
Случилось то, чего она так боялась. Он причинил ей боль. Не физическую, а моральную. Анна так пыталась закопать свои чувства к Эндариону, чтобы не испытывать её… Так почему же сейчас ей всё равно так больно? Может, потому, что у неё не получилось? Или ей так хотелось верить словам других магов о том, что чувства могут быть взаимными, что и сама невольно выпустила их наружу?..
Во всяком случае, даже Анна не могла найти ответ на этот вопрос.
«Все закончилось так же, как и началось», — промелькнула горькая мысль.
Когда пришло время спать, девушка легла на самый край кровати. Император же не сделал даже попытки придвинуть её к себе и обнять.
***
До приема мужчина не сказал ей ни слова. Но она сама бы и не ответила. Анна пребывала в странном, отрешённом состоянии. Глядя в зеркало, она видела незнакомку со стеклянным взглядом. Это состояние напоминало такое же, когда умерли родители.
Служанки готовили её к приему, но красные и опухшие глаза им плохо удавалось скрыть. Даже когда макияж был окончен, этот дефект слишком выделялся.
— Леди Анна, пора надевать платье, — сказала одна из служанок, в то время как вторая уже пошла за ним.
Когда та вернулась и показала платье, девушка словно зависла, глядя на него. Красивое, с открытыми плечами, нежного кремового цвета, с ажурными вставками. Служанки ждали какой-то реакции, но её не последовало.
Отвернувшись от платья и глядя на ограничители, она стояла так какое-то время, а потом произнесла:
— Принесите другое, с длинными рукавами.
— Но, леди Анна, это платье выбирал император. Украшения подобраны именно к нему… — пролепетала первая служанка.
— Мне всё равно. А украшения можно и другие подобрать.
Переглянувшись, они всё же выполнили её просьбу и принесли другое платье. Как она и просила, оно было с длинными рукавами, как раз закрывающими ограничители. Плотно прилегая к талии и бёдрам, платье делало девушку ещё более маленькой и хрупкой. От колен оно начинало расходиться. Зелёный цвет ещё больше оттенял её бледность.
Вскоре пришёл император с коробкой в руках.
— Ты должна была надеть другое платье, — поджимая губы, произнёс он. — Переоденься.
— Нет, — помотав головой, твёрдо ответила Анна.
Сжав кулаки, Эндарион никак не мог придумать, что ещё сказать. Сейчас, когда та вспышка гнева и ярости прошла, он немного сожалел о том, что сделал. После взгляда в её стеклянные глаза, сожаление и вовсе накрыло его с головой.
— Пошли, — хрипло произнёс мужчина, собираясь увести её на приём.
Анна послушно последовала за ним. Когда император взял её за талию и чуть прижал к себе, она поняла, что даже после случившегося чувствует приятное тепло в том месте, где лежит его рука, и учащённое сердцебиение. И как бы ей ни хотелось, девушка продолжала это ощущать.
Приём прошёл на удивление гладко. Глава Бруцио вёл себя так, словно это не он предатель, что очень нервировало остальных. Агнесса же нахально улыбалась, глядя на Анну.
Иэн, который утром вновь заполз на кожу девушки, молчал, чувствуя себя виноватым в том, что вновь не смог её уберечь. И как бы она его ни убеждала в обратном, квистер оставался при своём мнении.
Глава 32 — Условие
— Нонна! — воскликнула Анна, когда увидела женщину в маленькой комнате отдыха. — Ты хотела поговорить…
— Да. Но сначала ответь мне: как ты себя чувствуешь? Ты слишком бледная… — обеспокоенно спросила она.
— Все хорошо, Нонна. Мне нужно было время.
— Ну что ж, пусть будет так. Хотела спросить тебя о вопросе, который ты задала в день душ, — кладя свою руку на кисть Анны и чуть сжимая её, сказала женщина.
— Извини, но я бы не хотела рассказывать об этом никому, — опустив взгляд, произнесла девушка.
— Что ж, как знаешь. Но, кажется, я догадываюсь, какой это мог быть вопрос, — улыбнувшись, произнесла Нонна.
— Тогда ты также знаешь, почему я не хочу об этом говорить.
— Лилиана…
— Не надо, пожалуйста! — попросила ее девушка.
— Хорошо. Ты ведь тоже о чём-то хочешь спросить меня? — проницательно заметила Нонна.
— Да. Что тебе известно о заговоре против императора?
— Тебя Эндарион подослал всё выведать? — поджимая губы, недовольно спросила женщина.
— Нет. Если тебе от этого станет легче, то я обещаю, что ничего ему не скажу, — заверила Анна.
— Я верю тебе, но ведь и ты не просто так интересуешься этой темой?
— Это так. Но, прошу, расскажи сначала то, что знаешь ты.
Нонна долгое время молчала. Её терзали сомнения. Анна же в это время с мольбой в глазах смотрела на неё.
— На самом деле, известно нам не так уж и много. Но этого достаточно, чтобы понять, как правильно поступить императору.
— Не томи… — попросила её девушка.
— Айзек нашёл способ активировать артефакты Алагая Грауна…
— Что?! — закричала она. Глаза широко распахнулись, девушка вскочила с места и стала ходить из стороны в сторону, нервно перебирая руками.
— Тише! — шикнула на неё женщина. — Он хочет, чтобы император прошёл это испытание. Айзек уверен, что Эндарион провалит его.
— А это действительно возможно? — взволнованно уточнила Анна.
— Многие из наших магов расходятся во мнениях. Но лично я считаю, что нет. Во всяком случае, ни мой брат, ни отец не хотели бы смены власти в Империи Малум.
— Откуда тебе это известно?
— Ты же знаешь, что кровные маги лишь косвенно принадлежат к Империи Малум. Мы лишь, не вмешиваясь, наблюдаем за обстановкой. А когда наблюдаешь, ты видишь намного больше, чем те, кто участвует.
— Почему ты думаешь, что Эндарион сможет пройти испытание артефактами? А как же артефакт здоровья, потомства?
— На самом деле, всё не совсем так, как описано. В артефактах заложена довольно сложная схема, о которой, кажется, даже сам Алагай Граун не подозревал, — со смешком произнесла Нонна. Анна вновь села рядом с ней.
— Ты знаешь все подробности? — удивлённо спросила она, глядя ей в глаза. Сейчас в ней проснулся артефактор, который жаждал знаний, а не девушка, что желала освободиться.