Чтение онлайн

Но поскольку я уже сунул нос в данную ситуацию, назвал её мусором и наорал на неё, меньшее, что я мог сделать — это подвести ситуацию к быстрому завершению. А потом отправиться обратно в кроватку.

— Нет. Я не шучу, бл*дь, — заявил я.

— Я никуда с тобой не поеду.

— У тебя нет машины, — напомнил я.

— Спасибо, Капитан Очевидность. Я в курсе, что у меня нет машины.

— Позволь уточнить. Ты приехала в незнакомый город. Твоя машина исчезла. И ты отказываешься от предложения подвезти, потому что...

— Потому что ты ворвался в кафе и наорал на меня! Потом погнался за мной и до сих пор орёшь. Если я сяду в машину с тобой, меня, скорее всего, порубят на кусочки и раскидают по пустыне, а не довезут до места назначения.

— Тут нет пустынь. Впрочем, есть горы.

Выражение её лица указывало на то, что она не считала меня услужливым или остроумным.

Я выдохнул сквозь стиснутые зубы.

— Слушай, я устал. Мне сообщили, что Тина снова чинит проблемы в кафе, и я думал, что имею дело именно с такой ситуацией.

Она сделала большой глоток кофе, глядя влево и вправо по улице, будто подумывала сбежать.

— Даже не думай, — посоветовал я ей. — Кофе разольёшь.

Когда эти симпатичные ореховые глаза раскрылись шире, я знал, что угодил в яблочко.

— Ладно. Но только потому, что это лучшее латте, что я пила в своей жизни. И это по-твоему извинение? Потому что оно отстойное, как и твоя манера спрашивать, не случилось ли что.

— Это было объяснение. Хочешь — принимай, хочешь — нет, — я не тратил время на вещи, которые не имели значения. Например, светские разговоры или извинения.

Хотя было от силы семь утра, по улице пронёсся байк, из колонок которого ревел Rob Zombie. Байкер покосился на нас и взревел двигателем. Рэйфу4 было уже под семьдесят, но он до сих пор ухитрялся цеплять немало цыпочек со своим имиджем татуированного седого мужлана.

Наоми заинтригованно наблюдала за ним, раскрыв рот.

Сегодня Маленькая Мисс Маргаритки в Волосах не будет познавать дикую сторону жизни.

Я удостоил Рэйфа кивком в духе «отъе*ись», выхватил из руки Наоми её драгоценный кофе и зашагал по тротуару.

— Эй!

Она погналась за мной, как я и думал. Я бы взял её за руку, но я был не в восторге от реакции, случившейся у меня, когда я к ней прикоснулся. Это грозило проблемами.

— Не надо было вылазить из кровати, бл*дь, — пробормотал я.

— Что с тобой не так? — потребовала Наоми, семеня за мной вприпрыжку. Она потянулась к стаканчику, но я просто поднял его вне досягаемости и продолжил идти.

— Если не хочешь оказаться связанной на байке Рэйфа, тогда предлагаю тебе сесть в мой грузовик.

Взъерошенное дитя цветов пробормотало какие-то нелестные фразочки про мой характер и анатомию.

— Слушай, если ты хоть на пять минут перестанешь быть занозой в заднице, я отвезу тебя в участок. Заберёшь свою проклятую машину и выметешься из моей жизни.

— Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя характер взбешённого дикобраза?

Я проигнорировал её и шагал дальше.

— Откуда мне знать, что ты сам меня не свяжешь по рукам и ногам? — потребовала она.

Я остановился и окинул её ленивым взглядом.

— Детка, ты не в моём вкусе.

Она закатила глаза с такой силой, что просто удивительно, как они не выскочили из орбит и не покатились по тротуару.

— Прошу прощения, пойду обрыдаюсь.

Я сошёл с обочины и открыл пассажирскую дверцу своего пикапа.

— Забирайся.

— Джентльменские манеры у тебя на нуле, — пожаловалась она.

— Джентльменские?

— Это означает...

— Иисусе. Да знаю я, что это означает.

И я знал, что означает употребление этого слова в разговоре. Бл*дь, да у неё цветы в волосах. Эта женщина была романтиком. Ещё один минус в моих глазах. От романтичных женщин сложнее всего избавиться. Они приставучие. Притворяются, будто могут принять договорённость «без обязательств». При этом они планируют стать «той самой», пытаются обманом познакомить мужчин со своими родителями и втайне присматривают свадебные платья.

Когда она не села в машину сама, я потянулся мимо неё и поставил её кофе в держатель для стаканов.

— Я сейчас совсем тобой не довольна, — сказала она.

Пространство между нашими телами искрило такой энергией, которую я обычно ощущал после хорошей драки в баре. Опасная, полная адреналина. Мне было плевать.

— Забирайся в чёртов грузовик.

Когда она подчинилась, я посчитал это маленьким чудом и мрачно захлопнул за ней дверцу.

— Всё нормально, Нокс? — крикнул Бад Никелби с порога своего магазина хозтоваров. Он был одет в свою обычную униформу из комбинезона с нагрудником и футболки Led Zepplin. Хвостик волос, с которым он ходил уже тридцать лет, свисал на его спину, тощий и седой, придающий ему сходство с более массивным и менее смешным Джорджем Карлином.

— Всё в порядке, — заверил я его.

Его взгляд скользнул к Наоми за ветровым стеклом.

— Позвони, если понадобится помощь с избавлением от трупа.

Я сел за руль и завёл двигатель.

— Свидетель видел, как я садилась в этот грузовик, так что я бы на твоём месте очень хорошо подумала, прежде чем убивать меня, — сказала она, показывая на Бада, который по-прежнему наблюдал за нами.

Видимо, она не слышала его комментарий.

— Я не собираюсь тебя убивать, — рявкнул я. «Пока что».

Она уже пристегнулась и скрестила свои длинные ноги. Шлёпанец свисал с её пальчиков, пока она покачивала ногой. Оба её колена были в синяках, и я заметил свежую царапину на её правом предплечье. Я сказал себе, что не желаю знать, и переключился на заднюю передачу. Я высажу её у участка (надеюсь, сейчас достаточно рано и получится избежать всех, кого надо избежать) и прослежу, чтобы она получила свою чёртову машину. Если повезёт, я успею ещё часик вздремнуть перед тем, как надо будет официально начинать рабочий день.

— Знаешь, — заговорила она. — Если кто из нас и должен злиться на другого, так это я. Я тебя даже не знаю, а ты орёшь мне в лицо, встаёшь между мной и моим кофе, а потом практически похищаешь меня. У тебя нет причин возмущаться.

— Ты себе не представляешь, милая. У меня предостаточно причин беситься, и многие из них включают твою никудышную сестру.

— Тина, может, и не самый хороший человек, но это не даёт тебе права быть таким засранцем. Она всё равно член семьи, — Наоми фыркнула.