Чтение онлайн

— Конечно, — ответила я лишь капельку истеричным тоном.

Нокс подождал, пока я пройду мимо него, затем следом вышел из номера. Когда я остановилась, он продолжил шагать в сторону выцветшего автомата с газировкой.

— Ты серьёзно хочешь, чтобы я сейчас купила тебе газировку? — озадаченно поинтересовалась я.

— Нет. Я пытаюсь выйти за пределы слышимости ребёнка, который не понимает, что его бросили, — рявкнул он.

Я последовала за ним.

— Может, Тина вернётся, — сказала я.

Нокс остановился и повернулся ко мне лицом.

— Уэй говорит, что Тина ей ничего не сказала. Просто заявила, что надо кое о чём позаботиться, и что её долгое время не будет рядом.

Долгое время? Это сколько, по мнению Тины? Выходные? Неделю? Месяц?

— О Боже. Мои родители, — это их сокрушит. Как будто моего вчерашнего поступка недостаточно. Вчера, проезжая по шоссе в Пенсильвании, я сумела заверить их, что всё в порядке, и я не переживаю какой-то кризис средних лет. И я заставила их пообещать, что они не изменят планы из-за меня. Сегодня утром они отправились в трёхнедельный круиз по Средиземноморью. Их первый большой заграничный отпуск вместе.

Я не хотела, чтобы мои проблемы или катастрофа Тины это испортили.

— Что ты намереваешься делать с ребёнком? — Нокс кивнул на открытую дверь.

— В смысле?

— Наоми, когда копы узнают, что Тина уехала и бросила Уэйлей, она отправится прямиком в детдом.

Я покачала головой.

— Я её ближайшая родственница, которая не является преступницей. Я несу за неё ответственность, — как и за все выходки Тины с тех пор, как нам исполнилось восемнадцать.

Он наградил меня долгим жёстким взглядом.

— Вот так просто?

— Она же член семьи, — кроме того. Нельзя сказать, что я сейчас занята по уши. Я фактически дрейфовала по течению. Впервые за всю мою жизнь у меня не было плана.

И это пугало меня до усрачки.

— Член семьи, — он фыркнул так, будто мой аргумент не имел смысла.

— Слушай. Спасибо, Нокс, за все вопли, поездки и кофе. Но как видишь, мне тут надо разобраться с проблемой. Так что тебе, наверное, лучше вернуться в ту нору, из которой ты выполз этим утром.

— Я никуда не пойду.

Мы снова сверлили друг друга гневными взглядами, молчание сделалось наэлектризованным. На сей раз он сломался первым.

— Прекрати тянуть резину, Маргаритка. Что ты собираешься делать?

— Маргаритка?

Он протянул руку и двумя пальцами выудил лепесток цветка из моих волос.

Я отпихнула его руку и сделала шаг назад, чтобы подумать.

— Ладно. Первым делом мне надо…

Родителям точно не звонить. И я не особо хотела снова вовлекать полицию... если не будет необходимости. Что, если Тина явится через час? Может, первым делом надо было купить ещё кофе.

— Позвони чёртовым копам и сообщи о краже и брошенном ребёнке, — сказал Нокс.

— Она моя сестра. Кроме того, что, если она явится через час?

— Она угнала твою машину и бросила своего ребёнка. Это нельзя спускать с рук, бл*дь.

Этот татуированный ворчливый медведь прав. И это мне очень не нравилось.

— Уф! Ладно. Хорошо. Дай мне подумать. Можно мне одолжить твой телефон?

Он стоял и смотрел на меня, не шевелясь.

— Ради всего святого. Я его не украду. Мне просто надо быстренько позвонить.

Испустив страдальческий вздох, Нокс сунул руку в карман и достал телефон.

— Спасибо, — подчёркнуто поблагодарила я, затем потопала обратно в номер мотеля. Уэйлей всё ещё смотрела фильм, теперь уже закинув руки за голову.

Я пошарила в чемодане, чтобы найти ежедневник, и вышла обратно.

— Ты хранишь записную книжку с телефонными номерами?

Нокс заглядывал через моё плечо.

Я шикнула на него и набрала номер.

— Какого чёрта тебе надо?

Голос моей сестры всегда заставлял меня мысленно содрогнуться.

— Для начала объяснение, — рявкнула я. — Ты где?

— Ты где? — передразнила она тоненьким мультяшным голоском, который я всегда ненавидела.

Я услышала протяжный выдох.

— Ты куришь в моей машине?

— Похоже, теперь это моя машина.

— Знаешь, что? Забудь про машину. Нам нужно обсудить более масштабные вещи. У тебя есть дочь! Дочь, которую ты бросила в номере отеля.

— Надо кой-чо решить. Нельзя, чтобы мне мешался ребёнок. Варится нечто крупное. Как думаешь, чё я назвала её Уэйлей?6 Пусть поторчит с Добренькой-Хорошенькой Тётечкой, пока я не вернусь.

Я настолько разозлилась, что могла лишь возмущенно сопеть.

Нокс выхватил у меня телефон.

— А ну-ка слушай меня хорошенько, Тина. У тебя есть ровно тридцать минут, чтобы вернуться сюда, иначе я звоню чёртовым копам.

Я наблюдала, как его лицо ожесточалось, челюсти сжимались, отчего проступили те небольшие впадинки под скулами. Его глаза сделались такими холодными, что я задрожала.

— Ты как всегда полная идиотка, — сказал он. — Просто помни, что когда копы остановят тебя в следующий раз, у них будут ордеры на арест. А значит, твоя тупая задница окажется за решёткой, и никто не поспешит вносить за тебя залог.

Он помедлил на мгновение, затем сказал:

— Ага. И ты катись нах*й.

Затем ещё раз выругался и опустил телефон.

— Откуда вы с моей сестрой знаете друг друга? — поинтересовалась я вслух.

— Тина была всеобщей занозой в заднице с тех пор, как год назад ворвалась в город. Вечно искала лёгких денег. Пробовала пару мошеннических схем в местных заведениях, в том числе и у твоего приятеля Джастиса. Каждый раз, когда она получала копеечку в карман, она тут же напивалась вусмерть и чинила хаос по всему городу. Мелочное дерьмо. Вандализм.

Да уж, весьма похоже на мою сестру.

— Что она сказала? — спросила я, не особо желая знать ответ.

— Сказала, что ей похрен, что мы вызовем копов. Она не вернётся.

— Так и сказала? — я всегда хотела детей. Но не так же. Не начинать же в шаге от пубертата, когда характер уже сформирован.

— Сказала, что вернётся, когда ей захочется, — ответил Нокс, ковыряясь в своём телефоне.

Некоторые вещи никогда не менялись. Моя сестра всегда устанавливала свои правила. Будучи младенцем, она спала весь день и бодрствовала всю ночь. Будучи карапузом, она так кусалась, что её исключили из трёх детских садов. А как только мы доросли до школы, ну, началась совершенно новая эпоха бунта.