Чтение онлайн

По воле мага человек-волк, сливаясь с темнотой, как идеальный хищник в своей стихии способный перемещаться незаметно, лучше исследовал военный лагерь. Обнаружив на его территории ямы, в которых сидели пленные, в одной из палаток звеня цепями и лезвиями различных пыточных приспособлений находилась своего рода допросная. Скорее всего, Хранители Ладгарда занимаются поиском шпионов, предателей и прочих артэонских агентов вблизи взбунтовавшихся провинций и среди беженцев. Сидящие в ямах пленники скорее напоминали крестьян, которые вообще не понимали, за что их задержали. В общем, типичные жертвы инквизиторов - как расценил их маг. В самой палатке, где разместились Хранители Ладгарда, из множества кроватей были заняты всего три. В одной кровати стоящей отдельно в углу какой-то пузан храпел лежа на спине в обществе двух рабынь исполняющих роль жриц любви. В двух кроватях у входа лежали двое совсем еще молодых людей, один из которых спал, другой читал книгу. У обоих на плечах татуировки, относящие их к ненавистному Фросрею ордену. Магу стало понятно, почему в качестве шпионов задержаны обычные крестьяне. В качестве инквизиторов выступают совсем еще новички, дилетанты, которые ради отчетности, скорее всего, схватили первых попавшихся им подозрительных личностей прямо на улицах.

Глазами незаметно перемещающегося в темноте чудовища, его чутким обонянием все разведав и разузнав, маг решил действовать. Эти инквизиторы совсем еще молодые и не определившиеся в жизни, возможно, избрали этот путь не по собственной воле. Возможно, инквизиторское ремесло перешло к ним по наследству, и у них просто не было выбора, возможно, их с детства воспитывали и готовили вот к такому вот виду государственной службы. Но для Фросрея все кто жгли людей на кострах, зверски пытали своих жертв наслаждаясь криками, были подонками, не заслуживающими прощения.

Когда Фросрей только начинал свой путь служения Армидее, один из генералов СБК под видом бродяг предложил ему прогуляться по миру людей. Старый артэонский военачальник хотел наглядно показать магу кто такие враги артэонов на самом деле и кто в этой извечной борьбе севера и юга прав, а кто виноват. Они пришли на площадь одного из городов в сердце Ладгарской Империи, где местные инквизиторы сжигали на кострах очередных ведьм, чем восстанавливали какую-то там справедливость, короче развлекали собравшуюся поглазеть толпу. Схватив Фросрея за руку, генерал заставил его вытерпеть все эти казни до конца. Маг конечно об этом знал и не раз слышал, но прежде, дабы придерживаться положенного светлому магу нейтралитета заставлял себя этого не замечать. Но сейчас отказываясь от заветов светлого мага переходя на службу артэонам, в переломный момент жизни он заставил себя все это увидеть. Он пришел в ужас и просто не знал что делать. Он мог только убить их всех, уничтожить всю эту ликующую от криков боли толпу, и тех, кто это устроил тоже, но это был не вариант. Поэтому он просто стоял и слушал жуткие крики сжигаемых в огне женщин. Он понял для себя: люди это стадо. Они будут радоваться любому злу, к которому их приучат. Виновны здесь те, кто все это устроил, кто приучил толпу это любить. С тех пор он люто ненавидит даже само слово инквизиция, от одного вида подонков, что творят все это, его переполняет гнев.

И вот сейчас все решил гнев. Недолго размышляя Фросрей, мысленно велел чудовищу уничтожить всех Хранителей Ладгарда спящих в палатке. Монстр послушно и с удовольствием принялся выполнять волю своего хозяина. Сердце мага застучало от гнева, он замер, ожидая кровавого, но заслуженного правосудия. Чудовище своими лапами принялось перемалывать в мясо всех ладгардских инквизиторов спящих в палатке. Маг, всецело наблюдая за происходящим глазами монстра, решил получить удовольствие от торжества кровавой справедливости. Стоило огромным когтям монстра пронзить кажущуюся такой мягкой плоть, как вдруг Фросрей всецело погрузился в тело чудовища. Из-за гнева, возникшего в его душе, из-за осознанного желания этой кровавой расправы маг на доли секунды очутился в теле чудовища в прямом смысле слова, полностью слился с ним воедино. Шкурой почувствовал бесконечную бездну безумия иссушивающую чудовище изнутри. И даже тонны крови жертв не могли насытить или хоть немного утихомирить неописуемое безумие, что клокочет внутри порождений Тьмы, заставляя их убивать.

Сдавливаемую в огромных лапах монстра влажную от крови плоть жертвы маг почувствовал так, будто смятое разорванное тело юноши он сжимал в своих собственных руках вдруг ставших чудовищными когтистыми лапами. Пока теплая кровь сочилась по огромным пальцам, маг в полной мере прочувствовал то, как приятно для монстра было раздавить жертву в своих огромных лапах, выжать из нее кровь и выдавить внутренности. Всецело разделил сладость от убийства, почувствовал, как внутреннее безумие, прожигающее сознание монстра, удовлетворившись кровью на секунду отступило, дав возможность с облегчением сделать несколько глотков воздуха, будто пропитанного сладостью. Слитый с монстром воедино он почувствовал неописуемое удовлетворение от насыщения жажды крови, сродни удовольствию это удовлетворение ласкало душу. И это удовольствие было не описать. Маг полностью пережил все секунды этого убийства вместе с монстром и после недолгого облегчения дарующего невиданное экзотическое наслаждение почувствовал безумие, снова поднимающееся из глубин чудовища. Гнев, вспенившийся в душе мага, на несколько секунд сделал его с чудовищем единым целым, на мгновение он почувствовал каково это быть кровожадным монстром.

Едва придя в себя, Фросрей, открыв глаза, в ужасе выпрыгнул из кресла и свалился на пол. Страх и паника, холодный пот и сердце готовое выпрыгнуть из груди лишили мага его самоконтроля. 'Что это было? Что я натворил идиот?!'. Безумие, бушующее внутри монстра, которое Фросрей несколько секунд чувствовал как свое, после слияния перенеслось в его тело. Он почувствовал жажду крови иссушающую изнутри, которую уже не утолить питательной витаминной смесью. Его глаза стали волчьими. Он вспомнил, что во время слияния помимо безумия чувствовал что-то еще. Что-то иное. Что-то черное холодное и мерзкое шевелилось внутри монстра. Это Тьма, ее частица, живущая в душе проклятого монстра. И он продолжал чувствовать ее. Эта темная мерзкая субстанция из души чудовища перенеслась в мага, он чувствовал, как нечто темное теперь переливается у него в душе. Произнесением заклинания, заперев все двери и ставни своей башни, оставшись в темноте, он попытался взять себя в руки. Но в голове уже слышался мерзкий шепот Тьмы, семь расплывчатых как кляксы черных силуэтов возникли по углам комнаты. Фросрей слышал их и понимал, что уже не является собой. Нечто темное клокочущее в душе заставило его встать и увидеть мир глазами волка. Сквозь стены башни он услышал биение миллионов сердец мирно спящего артэонского города, проникся сладостью и желанием почувствовать тепло их плоти, упиться их кровью. Он полностью утратил над собой контроль, оказался во власти Тьмы проникшей в него из-за полного слияния с чудовищем. В его руке возник Сумеречный Клинок. И неизвестно чем бы все закончилось, если бы комнату не озарил яркий свет.

Придя в себя, лежа на полу и тяжело дыша, маг услышал громогласный голос в своей голове. 'Только не под моим Светом. Пока я храню Армидею, этого не будет. Это было первый и последний раз, больше я тебе помогать не буду' - сказал ему Дух который, вмешавшись своим Светом, разогнал принесенную с Фросреем Тьму и можно сказать спас попавшего под влияние темных сил мага. Больше не чувствуя в душе мерзкую холодную частицу Тьмы, маг поспешно закрыв глаза коснувшись проклятых бус снова восстановил контроль над чудовищем которое полностью уничтожив лагерь имперских солдат, оставшись без контроля неслось к ближайшей деревне желая продолжить кровавое веселье. Маг остановил монстра, велев ему возвращаться в клетку в полевом лагере армидейских солдат.

На следующий день маг, без согласования с генералами велел монстру своим ходом вернуться обратно, а после снова запер его в темнице в армидейских гарнизонах. Как можно быстрее был собран экстренный военный совет. Не было большинства высших армидейских военачальников, как не было и командующего Кэлоса, зато обязательные генералы Касмий и Персил пришли послушать оправдания действий мага. Фросрей максимально аккуратно объяснил причины возвращения чудовища с юга и последовавшего за этим срыва нескольких боевых операций. 'Эти заигрывания с чудовищем до добра не доведут. Смотреть на мир его глазами, направлять его, чтобы снова оказаться бок о бок с Тьмой я больше не намерен'.

– Мы проработали возможные варианты дальнейшей судьбы Проклятия Таргнера, - начал пояснять Касмий.
– Первый это заморозка чудовища. У нас все готово. Мы располагаем криогенными технологиями. Поместим наше чудище в специальную капсулу, зальем водой и заморозим. Став глыбой льда он не будет представлять никакой опасности. Главное потом обеспечить этому объекту соответствующую охрану. И пока сама тварь будет заточена в куске льда, у нас будет достаточно времени, чтобы разгадать тайну этого проклятия и остановить его. Второй возможный вариант дальнейшей судьбы проклятия это применение бомбы 'Черная Дыра', от действия которой все просто исчезает, засасывается в пустоту. Пусть чудовище нельзя убить, но перед миниатюрной поглощающей собой все черной бездной он будет беспомощен. Вывезем в северные пустоши на один из полигонов и дадим черной дыре его поглотить, заодно испытаем залежавшееся на складах оружие.

В ответ Фросрей недовольно покачал головой.
– Нет, все не так просто. Не думаю, что материю тела чудовища можно вот так просто расщепить, - высказывал свои размышления Фросрей.
– Даже отсечение головы этой твари не дало результатов. Таргнер создавая свое проклятие, продумал все имеющиеся у нас варианты его уничтожения. Эта тварь, это проклятие это месть безумного Духа всем нам. Какое же это великое проклятие, что это за месть безумного Духа, если эту тварь можно вот просто затянуть в черную дыру? Скорее всего, материя его тела просто не поддастся расщеплению и затягиванию в бездну, или будет спровоцирована ответная иная неведомая нам реакция. Думаю не надо говорить о том, как опасно применять это оружие. Появляющаяся в результате взрыва этой бомбы черная дыра всегда нестабильна, теоретически в любой момент способна перерасти в полноценную бездну способную затянуть весь наш мир. Думаю одно из двух: либо бездна просто не сможет поглотить его, либо миниатюрная черная дыра, встретив сверхъестественное сопротивление, перерастет в полноценную и тогда нам всем конец. Лично я не хочу никаких сюрпризов от Таргнера и поэтому предпочел бы не рисковать. Ситуация пока не настолько безвыходная, - после этих слов мага не спускающий с него глаз Касмий заметно улыбнулся. Несмотря на бледность и усталость маг еще контролировал ситуацию. Чудовище еще пока на защите Армидеи.
– Также ненужно забывать о сложности создания этого оружия. У нас оно есть только благодаря помощи Духа, который наполнил меня силой в момент создания этой бомбы. Без поддержки Духа я бы на такой эксперимент не решился. Создать в пространстве полноценную черную дыру, а затем заточить ее в кристаллическую оболочку бомбы это очень опасная затея. Малейшая ошибка в ходе этой процедуры может повлечь секундное уничтожение такого города как Армидея. У нас этих бомб немного и пусть уж лучше они и дальше лежат на складе. Дай бог, чтобы нам никогда не пришлось использовать их.

Замораживать чудовище, но зачем? Все равно эти чертовы бусы у меня на шее, они не дадут мне покоя. Вдруг от заморозки твари жажда крови, что от него передается мне, усилится. Я слечу с катушек. Нет, уж пусть лучше тварь живет и периодически сама утоляет свою жажду смерти и разрушений, заодно помогая нам поддерживать порядок на диком юге. Ведь пока монстр, убивая, сам удовлетворяет свое безумие, я хоть немного дышу спокойно. К тому же практика применения чудовища в наших боевых операциях на диком юге дала положительные результаты, ненужно ее прекращать. Нужно извлекать пользу их проклятия пока это возможно.