Чтение онлайн

Думайте сами господин генерал, хранимое вами общество стоит перед лицом опасности, перед лицом погибели. Я всего лишь предлагаю помощь. Вы можете отказаться от моих услуг в любую секунду, хоть прямо сейчас и я обещаю, вы больше никогда не услышите обо мне. Или мы можем хотя бы попытаться установить сотрудничество. Поймите ситуацию всецело. Рурхана больше нет, теперь есть только я. Я не желал такого развития событий, как и своего прихода в этот мир. Но, так или иначе, я существую, и вам придется иметь дело со мной. Остановить меня вы не в силах, как и контролировать. Единственное что вы можете так это согласиться на мои услуги, пока я их предлагаю. Либо отпустить меня. Ну, также вы можете привести ситуацию к конфликту, и тогда мне придется продемонстрировать свои способности в их нынешнем состоянии. Посмотрим, что из этого выйдет, - своим холодным, лишенным эмоций взглядом он уперся в терзаемого сомнениями генерала.

Генералы не зная как быть переглянулись.
– Но вы будите соглашаться или нет?!
– резко напала на них девушка психолог, ей просто надоело сидеть и наблюдать за этими 'старыми пердунами', со страхом относящимися ко всему новому.

– Ну, хорошо, давайте пока просто посмотрим, на что вы способны. И если ваши силы действительно высоки, и если вы и в правду нечто новое способное пойти наперекор Духу, и заинтересованы в сотрудничестве с нами, то тогда может и подружимся со временем. Ведь как вы сказали вначале нашей беседы: мы с вами вместе служим одним и тем же целям.

– Вы должны будите проработать вопрос о месте и всем необходимом оборудовании, что потребуется мне в будущем. И если вы действительно согласны сотрудничать, то вам придется проработать этот вопрос уже до вечера.

– Почему до вечера?

– Не забывайте что на данный момент, для нормального артэонского мира я всего лишь раздвоение личности. Оставаясь среди вас, я должен скрывать свое существование. Никто из мирных граждан не должен знать обо мне. Не стоит тревожить спокойствие хранимого нами мира. Днями Рурхан будет жить этим телом, проживая счастливую жизнь за нас обоих. Я смогу быть активен лишь по ночам. Поэтому все наши совместные работы будут проходить в темное время суток, втайне от нормального мира. Давайте договоримся о встречи завтра в двенадцать часов ночи, в вашем кабинете.

– Не завтра. Послезавтра. Придется решить массу организационных вопросов, до завтрашнего вечера я просто физически не успею.

– Вам виднее. Но смотрите, времени у нас мало. Тьма ждать не станет, - пугал он армидейских военачальников.
– Надеюсь, на ваше благоразумие и прошу отнестись к этому серьезно. Я с вами шутить не собираюсь. Отлично. Раз уж мы все решили то мне пора идти. Дома в постели мирно спит теплая красавица, мне не хотелось бы тревожить ее. До ее пробуждения Рурхан должен оказаться с ней рядом. Поэтому мне пора. Но прежде генерал, можно кое о чем вас попросить?

– Смотря о чем.

– Мне нужно убедить Рурхана в своей необходимости. Чтобы он тоже понял сложность ситуации и помогал мне разыгрывать этот спектакль. Для этого я хочу показать ему монстра.

– Фросрей сейчас работает над чудовищем. Вроде как изучает его. Я не могу вас к нему отвести.

– Отводить меня никуда не надо. Я сам проберусь туда, используя шахты вентиляции и прочие служебные коммуникации. Мне просто нужно ваше разрешение. Чтобы когда сработает система тревоги... если вдруг сработает система тревоги вы не тревожились лишний раз, зная, что это я, - этими словами он развеселил обоих генералов.

Торопясь чтобы успеть до рассвета он пробрался на дно военного бункера, где располагалась темница, в которой держали чудовище. Желая показать чудовище Рурхану, он тихонько отодвинул щиток, закрывавший смотровую щель в огромной двери темницы монстра. Монстр, сидевший у дальней стены, скрываемый темнотой, резко выпрыгнул в луч света прошедший через дверную смотровую щель. Чудовище со всей мощи врезалось в дверь, удар был такой силы, что стены и пол вокруг задрожали. Вновь и вновь ударяя в дверь, свирепо рыча, клацая огромными зубами, скребя острыми когтями, движимый с ума сводящим запахом знакомой плоти монстр бесновал по ту сторону двери. Все что отделяло от участи быть заживо разорванным на части это огромная могучая дверь медицинского склада. Рурхан замерев в ужасе, смотрел на огромного волкоподобного монстра, рвущегося со всех сил, чтобы уничтожить его.
– Видишь Рурхан. Это Проклятие Таргнера, оно здесь чтобы уничтожить всех преферийских артэонов и свой кровавый поход оно начнет с Армидеи. От твоего друга в этом монстре не осталось ничего. Все что ты любишь в большой опасности. Теперь ты понимаешь, о чем я говорю? Я просто пытаюсь помочь и без твоего содействия не справлюсь, - звучал голос Нахирона в его голове.
– Да, теперь я понимаю, - глядя в смотровую щель, ужасаясь монстру, произнес Рурхан.
– Прошу сделай все, чтобы его остановить.

Рурхана разбудила ее рука, которой она его тихонечко приобняла. Открыв глаза, он оказался в теплой постели, под одеялом согреваемый теплом красавицы лежавшей рядом. С растрепанными после сна волосами, помадой, смазанной вчерашними жаркими поцелуями, теплая после сна и уже сразу улыбающаяся для него она была прекрасна. Не понимая толком, что происходит, но душой чувствуя нависшую угрозу после всего пережитого ночью, он крепко обнял ее. Она все хихикала и щекотала его, норовя выскользнуть из его объятий, в ее мире все было безмятежно. В то время как его мир весь сузился до невозможности окруженный зловещей темнотой. Будто резко пробудившийся от долгого сна, заново возвращающийся в жизнь, он не помнил ничего из произошедшего в Мерзлом лесу. Он помнил Фригнетские горы, колонну, идущую через Снежные Врата, а дальше все просто стиралось, до момента, когда он 'проснулся' посреди Площади Встреч. Ему сказали, что его память заблокирована для его же блага. Отсутствие воспоминаний предыдущих дней образовывало внутри пустоту, неполноценность, не давало в полной мере почувствовать себя собой. Вдобавок этот Нахирон вторгшийся инородным злом. Что он такое было неважно, главное, что теперь он фактически захватил его тело, сделав Рурхана лишь гостем. Он сказал, что это временно, что грядут темные времена, и Рурхану без него не выжить. Но взявший внутри в заложники Нахирон, отходил на второй план на фоне того жуткого чудовища в темнице. Глядя на огромного черного волка он внутренне почувствовал неостановимую смерть, ожидающее своего часа бессмертное зло угрожающее Армидее, следовательно, всем его любимым и родным. Основой для этого чудовища стал его друг Рэвул, которого, следовательно, больше нет. Осознание смерти друга в тисках усложнившейся до безумия жизни прошло как-то по дальнему краю, не вызвав положенной душевной боли. Что случилось с другом, какая участь постигла его родную Страну Волка, он не мог себе даже представить. Но все свои страхи он должен сдержать в себе, никто вокруг ни о чем не должен знать, таково было условие Нахирона. Несмотря на внутреннюю пустоту и нарастающий страх перед монстром, не понимая, кто он теперь такой, чувствуя себя припертым к стенке он все равно ей улыбался. Она тем временем ласкала его, намекая на продолжение наслаждения прошедшей ночи. Он улыбался ей в ответ. Главное что во всей этой окружающей темноте у него появилась возможность побыть с ней, учитывая ситуацию это было просто бесценно, и поэтому он просто поцеловал ее.

Рурхан прожил беззаботно и радостно два дня. Сковавшую его подавленность от гнета происходящего расщепляли потоки теплых эмоций, вызываемые временем, проводимым среди друзей, любимых, родных. Желанно или не желанно, но он снова был счастлив, несмотря ни на что, пусть и на считанные часы. Храня в себе тайны Нахирона, зная о грядущей опасности порой при взгляде на любимых у него проступали слезы, но он как мог, скрывал их, говорил, что что-то попало в глаз. Друзья зная о кошмаре который он пережил, видя что сам он ничего не помнит, аккуратно держа язык за зубами топили его в ласке, не оставляли ни на секунду. Старались относиться к нему только с пониманием и его необычное поведение списывали на последствие пережитого. Селину от него так и вообще теперь было не оторвать. Джейсон тоже успокоился. Вопреки своим переживаниям глядя в глаза Рурхана он снова видел своего настоящего друга, только в каком-то подавленном, тревожном состоянии. Тем более Кристина выслушав его опасения по поводу возможности того что в Рурхана могло вселиться что-то темное, назвала это глупостью. Джейсон внутренне понимал что Рурхан, в независимости от того что с ним в действительности происходило, сам был в опасности и вместо нелепых подозрений и опасений ему просто нужна помощь.

Вечером второго дня у Рурхана закружилась голова, едва добравшись до постели, он уснул мертвым сном. Селина прилегла рядом с ним. В двенадцатом часу, когда город погрузился в темноту ночи, пришло время Нахирона. Тихонько чтобы не потревожить спящую красавицу, он выбрался из ее объятий. Первым делом он устранил собаку. Подкравшись бесшумно к спящему Шатуну, как и в прошлый раз перед своей беседой с Рурханом, он передавил нервный узел на шее пса и тот уснул мертвым сном на несколько часов, так что теперь не один шум его не разбудит. Стоя у кровати в темноте некоторое время он наблюдал за тем, как она спит, слушал ее спокойное дыхание. Он аккуратно коснулся ее кожи, вдохнул аромат волос и вместо положенных теплых ощущений внутри почувствовал пустоту. Он видел, ему были ведомы все эмоции, приятные и теплые, которые Рурхану дарило ее общество, но сам он этого почувствовать не мог, внутри он получился пустым и безжизненным. Потерпев неудачу в попытке почувствовать себя живым, он по идее должен был разозлиться, прийти в ярость, но нет, даже гнев не мог заполнить его душу, он был полностью лишен эмоций, пуст как машина при этом ощущая мир как человек. И эту ошибку, допущенную при своем разумном создании, он был уже не в силах исправить, оставалось только двигаться дальше.

Облачившись для удобства в обтягивающий спортивный костюм из эластичных материалов, который здесь обычно одевают для занятий экстремальным спортом, он подошел к окну. Золотой город мирно спал, только слышались откуда-то снизу смешки гуляющей ночью молодежи. Для них он чудовище, нечто чужеродное, что никогда среди них не приживется, но все же он должен им помочь. Хотя зачем? Почему сейчас он должен помогать им? Изначально он желал, заменив Рурхана стать частью их мира, жить среди них, будучи сильным идеальным независимым в отличие от своего прообраза. Хотел подобрать осколки жизни убившего себя Рурхана и став лучше сделать все для того чтобы она всегда улыбалась. Он видел жизнь Рурхана, он знал как дорого счастье в этом мире. И пришел в этот мир, чтобы сохранить то счастье, что было обретено его прообразом. Но допустил ошибку. Желая сделать себя сильнее, он перестарался, не учел всего в столь короткий срок, что был ему отпущен в умирающем теле. В итоге все разрушилось в одночасье. Так зачем теперь в ущерб себе продолжать придерживаться начальных целей, зачем продолжать этот спектакль? Глядя на ночной город он не находил разумного ответа. Что-то неразумное двигало им. Хоть он и не мог почувствовать ее тепло в отличие от своего прообраза но, копаясь в его памяти, он видел, понимал, как она прекрасна и сколько сладости, счастья собой излучает. Что-то на границе эмоций и разума подталкивало его к действию. Что-то сродни ответственности. Разумно пытаясь все осмыслить, он приходил к выводу, что должен остаться, должен попытаться помочь им пережить надвигающуюся бурю. Иначе, бросив их, он себе этого не простит.

Под покровом темноты он прибыл в кабинет генерала, с которым договорился о встрече. Вместо ответственного за внутригородскую безопасность пожилого генерала Наваро, в условленном кабинете его ждал молодой полковник, которому было велено курировать работу с ним. Он к подобному повороту был готов и поэтому, пропустив мимо ушей, имя своего куратора, просто отправился за ним следом. Они на лифте спустились куда-то в глубину подземных лабиринтов под армейскими гарнизонами. За коридором заполненным десятком до зубов вооруженных солдат, стальных тонов лабораторное помещение, заполненное столами с микроскопами, различными непонятными приборами, устройствами для исследования человеческого тела. На одном из столов он увидел папку озаглавленную надписью 'Проект Нахирон', и если бы мог то улыбнулся бы этой нелепой, по его мнению глупости. Окружающие были настроены серьезно. Здесь его встретили несколько человек в белых халатах.