Чтение онлайн

Звон лопнувшей стали был громче взрыва. Великий клинок «Рассвет» переломился пополам.

Я бросил бесполезные обломки к ногам Алекса. Затем я подошел к нему вплотную. Схватил за нагрудник его золотой брони. Пальцы экзоскелета, все еще раскаленные докрасна, вмяли золото как фольгу. Я рванул. Крепления лопнули с треском. Красивая, пафосная кираса слетела с него, открывая окровавленную рубашку и жуткий шрам на груди, откуда я вырвал тьму.

Алекс сидел перед всем миром на коленях. Разоруженный. Раздетый. Сломанный. Лишенный магии и гордости.

Но живой.

Я наклонился к его уху.

— Ты проиграл, брат. Но ты жив. Скажи спасибо, что я не такой, как твоя мать. Живи с этим позором. И помни, кто подарил тебе жизнь.

Я выпрямился, развернулся к судьям и вскинул руки.

— Бой окончен! — рявкнул я. — Противник обезврежен. Угроза взрыва устранена. Где мой приз?!

Регент медленно, очень медленно начал хлопать. Один хлопок. Второй. Третий.

И стадион взорвался.

Люди орали. Они повскакивали со своих мест. Они видели все. Они видели предательство матери. Они видели, как «злодей» и «чернокнижник» спас своего врага. Они видели, как я сломал символ власти Шуваловых голыми руками.

Это была не просто победа в турнире. Это был триумф воли над магией.

[Победа в Турнире! Получено опыта: 50 000. Новый Титул: Чемпион Арены. Репутация: Легенда Империи. Отношения с Кланом Шуваловых: Кровная вражда (навечно). Отношения с Алексом Шуваловым: Неопределенно (Шок/Сломанная психика/Страх).]

Я смотрел на Анну. Она стояла у разбитого окна. Ее лицо было маской бессильной ярости. Она проиграла все. Репутацию Клана. Сына. Власть. Будущее.

Я поднял кулак вверх.

— Я — Граф Максим Воронцов! — крикнул я, и этот крик подхватили тысячи глоток. — И я вернулся!

В раздевалке меня пришлось буквально вырезать из экзоскелета с помощью плазменного резака и болгарки. Броня спеклась в монолит. Реактор выгорел полностью — сердце демона превратилось в горстку серой радиоактивной пыли.

Когда последний кусок металла упал на пол, я едва не рухнул следом. Меня поймала Тая. Она плакала, размазывая тушь по щекам, и обнимала меня за шею так, что было трудно дышать.

— Ты идиот! Ты псих! Ты чуть не умер! — шептала она. — У тебя температура под сорок! Ты весь горишь!

— Но не умер же, — я морщился от боли. Все тело было одним сплошным синяком. Отдача от Тени и Резонанса высосала из меня жизненные силы. Мышцы дрожали.

Коршун молча протянул мне флягу с медицинским спиртом.

— За победу, Граф. Это было... эпично. Твой бросок этой дряни в ложу... это войдет в учебники истории. Я никогда не видел, чтобы Анна так боялась.

— Надеюсь, — я сделал глоток. Огонь внутри немного утих, уступая место свинцовой усталости. — Я хочу спать. Неделю.

В дверь постучали.

На пороге стоял Регент. Один. Без охраны. В простом мундире, без регалий.

Мы попытались встать, вытянуться во фрунт, но он махнул рукой.

— Сидите. Героям можно сидеть.

Он прошел в комнату, брезгливо переступая через куски моего доспеха.

— Я видел много турниров, Максим, — сказал он, глядя мне в глаза. — Но такого дерьма я не видел никогда. Анна перешла черту. Покушение на участника, использование запрещенной магии Бездны, прямая угроза зрителям... Совет Кланов экстренно собрался пять минут назад. Шуваловы лишаются статуса организаторов и ряда привилегий. Анна под домашним арестом до выяснения обстоятельств. Инквизиция уже выехала в их поместье.

— А Алекс? — спросил я. — Что с ним?

— Парень в лазарете под усиленной охраной. Он... в глубоком шоке. Физически поправится, сердце мы ему подлатаем. Ментально — не знаю. Ты сломал ему жизнь, но спас душу. Возможно. Он пока ни с кем не разговаривает, только смотрит в стену.

Регент достал из кармана бархатную коробочку с золотым тиснением.

— Твой приз. Перстень Чемпиона. И грамота, заверенная Императорской печатью, о полном восстановлении титула и прав на земли Рода Воронцовых. Теперь ты официально Граф Воронцов. Полноправный владелец Усадьбы и всех прилегающих территорий. Никто больше не посмеет назвать тебя бастардом.

Я взял коробочку. Перстень был тяжелым, с большим изумрудом, внутри которого плавала искра магии.

— Спасибо, Ваше Высочество.

— И еще, — Регент стал серьезным, его голос понизился. — Инквизиция очень заинтересовалась твоим... черным клинком. И твоим реактором, который фонил как открытый Разлом. Я сказал им, что это был экспериментальный артефакт древних, который разрушился в бою. Одноразовый. Подтверди мою версию, если хочешь жить спокойно.

— Конечно. Экспериментальный. Нашел в руинах. Распылился на атомы. Очень жаль.

— Хорошо. — Он направился к выходу, но у двери остановился. — Ты нажил себе могущественных врагов, Воронцов. Шуваловы не простят. Но ты нашел и друзей. Империи нужны такие инженеры. Когда закончишь свои дела в Усадьбе... позвони мне. Есть проекты государственного масштаба.

Он ушел, оставив за собой шлейф дорогого табака.

Я откинулся на спинку скамьи, крутя в руках перстень. Он холодил кожу.

— Мы сделали это, — выдохнула Тая, вытирая слезы. — Мы победили, Макс. Теперь домой? В Усадьбу? Отстроимся, наберем людей...

Я посмотрел на перстень. Потом на свой сломанный экзоскелет, превратившийся в груду лома. Потом на коммуникатор на запястье, который я снял перед боем.

Вдруг он мигнул красным. Экран засветился аварийным кодом.

[Входящий сигнал: Приоритет Ультра. Источник: Усадьба Воронцовых. Код: SOS. Прорыв периметра.]

На экране появилось лицо Зуба. Он был в крови, на заднем плане горел мой дом. Слышались звуки выстрелов и нечеловеческий рев.

— Макс! — орал он, перекрывая грохот. — Макс, где ты?! Они прорвали периметр! Защита рухнула! Это не бандиты! Это Инквизиция! И с ними какие-то твари из Бездны! Они идут к Разлому! Они хотят забрать Гефеста!

Экран погас, покрывшись помехами.

Я сжал перстень так, что острые грани врезались в кожу до крови.

Победа? Черта с два. Это была только разминка. Турнир был детской игрой в песочнице.

— Коршун! — рявкнул я, забыв про боль и усталость. Адреналин снова хлынул в кровь. — Грузимся! Прямо сейчас! К черту банкет! К черту награждение и интервью!

— Что случилось? — наемник мгновенно подобрался, хватая оружие.

— Война началась, — я встал, шатаясь, но глаза мои горели холодным, расчетливым огнем Инженера, у которого пытаются отобрать его проект. — Враг в моем доме. И он тронул мое оборудование.