Чтение онлайн

Каттер неохотно согласился и отпустил её плечи.

— Что мне делать весь день, пока ты на работе?

Люси ухмыльнулась.

— Почитай книгу, отвлекитесь от происходящего, воспользуйтесь моей коллекцией. Они о капризных альфа-самцах, которые беспомощно влюбляются в идеальных, милых женщин, которые слишком хороши для них, а затем отказываются признать это, потому что слишком подавлены. Ты, наверное, сможешь их понять.

Каттер кисло посмотрел на Люси, и она послала ему воздушный поцелуй, направляясь к двери.

— Либо так, либо слушай музыку, либо работай в Интернете на моем iPad. Слева от моего туалета есть мужская одежда, а в ванной — свежие полотенца. Пользуйся и тем, и другим, и увидимся позже.

Каттер хмыкнул, и Люси убежала за дверь, прежде чем он действительно понял, что она сказала. Мужская одежда? Его волк зарычал. Какого чёрта она делала с мужской одеждой?

О, его маленькой ежихе нужно кое-что объяснить, когда она вернётся домой.

Люси шла по коридору к офису Джесси. Она не делала ничего необычного, но чувствовала себя такой заметной, как будто у неё над головой была большая неоновая вывеска, мигающая словами «замыслила нехорошее». Все казались такими же дружелюбными, как обычно, но было ли это её воображением, или они смотрели на неё немного насмешливо?

Она поздоровалась с пингвином-перевёртышем из лаборатории. «Да, наверное, это было её воображение». Или это могло быть обильное количество духов, которые она использовала. Чтобы скрыть запах Каттера, она практически распылила на себя целый флакон. Рик чуть не задохнулся, когда она зашла к нему в кабинет, чтобы поздороваться. Возможно, это могло бы его немного оттолкнуть — это было неплохо.

Она чувствовала себя Джеймсом Бондом. Или, может быть, Доном Смартом если быть точнее. Нет, даже он был слишком компетентен для неё. Как звали персонажа из фильма «Неистребимый шпион»? О, это будет её беспокоить весь день.

Надеясь не столкнуться с Диасом или кем-либо из его команды. Люси снова и снова прокручивала этот вопрос в своей голове, и, несмотря ни на что, она знала, что должна помочь Каттеру. Она не знала Клейтона, но знала, что Каттер считал его другом, и она видела, как его смерть повлияла на него. Каттер не причинил бы ему вреда. Он может время от времени нарушать правила, но он хороший парень. И она хотела найти того, кто пытался подставить его — даже её ежиха была в восторге от этого. «Он её лапуля, и тот, кто причинил ему боль, должен будет заплатить!»

Часть её пыталась быть логичной и пыталась сказать ей, что ему нужно сдаться, но мягкая, безнадежно преданная часть, — которая упала бы на землю и лаяла бы, как собака, если бы он попросил, — заходилась в истерике при мысли об этом. Люси всерьёз надеялась, что Каттер никогда не попросит её лаять, как собака. Она могла быть упрямой в некоторых отношениях с ним, но в конечном итоге она любила его и хотела ему помочь. Она просто надеялась, что Джесси чувствовала то же самое. Не о любви, ни хрена, нет, она просто надеялась, что Джесси хочет помочь.

Люси проскользнула в кабинет белки-перевёртыша и помахала рыжеволосой.

— Привет! — пропищала она с притворной улыбкой. — Я принесла тебе пончик. Как поживаешь? Как идут дела? Странная погода, правда?

Люси съёжилась, когда слова вылетели из её рта. Возможно, она чуть-чуть упустила случайный промах.

Джесси приподняла бровь, взяв пончик.

— Ты в порядке? Ты выглядишь напряжённой.

Глаза Люси нервно метались по комнате.

— Так у тебя есть камеры в этой комнате?

Белка с любопытством посмотрела на неё.

— Только контролируемые мной, и у меня всегда выключены микрофоны. Ты слышала о Каттере?

— Вроде, как бы, что-то вроде того.

— Ты знаешь, где он? — проницательно спросила она.

— Возможно.

— Люди говорят о нём гадости, они считают, что он крот.

Люси тяжело вздохнула.

— А ты что думаешь?

Джесси сморщила нос и поправила очки.

— Я не думаю, что он крот.

Она облегченно вздохнула.

— Но я не думаю, что ему стоит прятаться, — добавила она укоризненно.

— Он думает, что его подставляют, — выпалила Люси. — И когда они пришли за ним вчера вечером, они стреляли в него серебряными пулями!

Джесси моргнула.

— Уверена?

— Мне пришлось их из него выковыривать — я уверена.

Люси вздрогнула, и её зверь захныкал, вспомнив боль, отпечатавшуюся на его стоическом лице.

— Они не должны были этого делать, это противоречит политике АСР, — пробормотала Джесси про себя. — Что ты хочешь от меня?

— Копии файлов, пожалуйста, — умоляюще проговорила Люси.

Джесси немного обдумала.

— Хорошо.

— Спасибо.

Джесси загрузила их на накопитель и передала ей, когда Диас и Примроуз вошли в комнату вместе с неприятно выглядящим волком-перевёртышем. У Люси было как раз достаточно времени, чтобы спрятать его в бюстгальтер. Она на самом деле не думала, что они это сделают, но, если они попросят её выложить всё из карманов, они точно не найдут его там.

Волк-перевёртыш пренебрежительно посмотрел на неё. Она вспомнила, как проводила его медосмотр. Он был членом внутренних расследований и, к тому же, капризным придурком.

— Что ты здесь делаешь? — потребовала Примроуз.

Диас проигнорировал гиену-перевёртыша.

— Привет, Люси, ты в порядке?

— Да, конечно, всё в порядке — у нас ужасная погода.

Ежиха фыркнула на неё. Не говоря уже о «Неистребимом шпионе», она была на уровне аббата и Костелло.

«Завязывай с этим», — подумала она.

— Конечно, — согласился Диас с легкой улыбкой. — Не видела Каттера?

— Я видела его вчера на работе. Слышала, как он пробил дыру в стене кладовой на седьмом уровне.

Ей не нравилось это делать, но бросить его под автобус из-за этой мелочи могло на самом деле заставить их поверить, что она не желала прикрывать Каттера. Кроме того, Люси знала, что именно он создал эту огромную дыру. Это была кладовая, где они ненадолго задержались — велики шансы, что он это сделал.

— И больше не видела? — подсказал Диас.

— Нет, всё в порядке? — спросила она смехотворно большими невинными глазами.

— Конечно, — улыбнулся Диас.

Господи, ему, наверное, везёт в покер (прим. пер.: имеется в виду, что он хорошо скрывает эмоции). Примроуз выглядела совершенно не впечатлённой, и, возможно, это было потому, что она всё равно чувствовала себя виноватой, но она могла поклясться, что гиена ей не поверила.