Чтение онлайн

В лице нашего Возлюбленного Спасителя Иисуса Христа мы имеем и совершенного Священника, и совершенную Жертву. "Принесши Себя, непорочного, в жертву", Он, в качестве нашего великого Первосвященника, восшел на небеса, где Он всегда жив, чтобы ходатайствовать за нас. В Послании к евреям подробно разобраны оба этих факта. Это Послание проводит поразительный контраст между жертвою и священством домостроительства Моисеева и Жертвою и священническим служением Христа. В Нем мы видим Божественное совершенство как в Жертве и как в Первосвященнике. В Нем мы имеем все, чего Бог мог требовать, и все, в чем человек мог иметь нужду. Его драгоценная кровь уничтожила все наши грехи, могущественное же Его ходатайство удерживает за нами место, дарованное нам Его Кровью. "Мы имеем полноту в Нем" (Кол. 2,10), и, однако, сами по себе мы так немощны и непостоянны, так исполнены недостатков и слабостей, так склонны заблуждаться и спотыкаться, подвигаясь вперёд, что ни одной минуты мы не могли бы устоять, если бы Он не был "всегда жив, чтобы ходатайствовать за нас". Мы уже останавливались на этом в начале нашего изучения этой книги, а потому было бы излишне повторять те же мысли. Те, которые хотя бы отчасти понимают великие основные истины христианства и имеют хотя бы небольшой опыт христианской жизни, поймут также, как они, "имея полноту в Нем, Который есть глава всякого начальства и власти", тем не менее нуждаются, живя здесь, на земле, посреди немощей, борьбы и "мятежей людских", в могущественном заступничестве их Благословенного и Божественного Первосвященника. Верующий "омыт, освящён и оправдан" (1 Кор. 6,11). Он "облагодатствован в Возлюбленном" (Ефес. 1,6). Личность его уже более не подлежит суду (см. Иоан. 5,24, где стоит слово "суд", а не "осуждение"). Смерть и суд миновали его, потому что он соединён со Христом, принявшим на Себя вместо него и то, и другое. Все эти божественные истины остаются фактом для самого немощного, самого простого, самого неопытного члена семьи Божией; но ввиду того, что он живёт в естестве, бесповоротно испорченном и настолько извращённом, что никакая строгость не может его исправить и никакое средство не в состоянии его уврачевать; ввиду того, что он живёт в теле греха и смерти, что со всех сторон он окружён враждебными влияниями, призван постоянно бороться с соединёнными силами мира, плоти и дьявола, ввиду всего этого он никогда не мог бы устоять на своём месте, а тем более преуспевать в своей духовной жизни, если бы не имел могущественной поддержки в заступничестве своего великого Первосвященника, носящего имена членов Своего народа на Своих раменах и на Своей груди.

Знаю, что многие не умеют примирить мысль о совершенстве верующего во Христе с необходимостью первосвященнического заступничества за него. "Если он имеет совершенство, - говорят они, - то к чему же ему заступник?" Два этих факта настолько же ясно изложены в Слове Божием, насколько они совместимы друг с другом и понятны на опыте всякому искреннему и духовно развитому христианину. Необыкновенно важно составить себе ясное и определённое представление о полной гармонии этих двух сторон истины. Верующие совершенны во Христе; но сами по себе они - слабые и жалкие творения, всегда близкие к падению. Отсюда неизмеримое счастье - иметь одесную Величия Божия на небесах Того, Который печётся о всем, что касается верующего; Того, Который постоянно поддерживает его десницею правды Своей; Того, Который никогда его не покинет; Который может спасать полностью и до конца; Который "вчера, сегодня и вовеки Тот же"; Который с торжеством проведёт его чрез все окружающие его затруднения и опасности, и в конце концов "представит его святым, непорочным и неповинным пред Собою" (Кол. 1,22). Благодарение благодати Божией, так дивно удовлетворившей все нужды наши Кровью непорочной Жертвы и заступничеством нашего Божественного Первосвященника!

Дорогой читатель-христианин, будем стараться "хранить себя неоскверненными от мира", будем избегать всяких дурных мыслей и вредных для нашей души сближений с людьми, дабы мы сделались способными воспользоваться величайшими преимуществами и исполнять самые почётные обязанности, связанные с нашим положением членов священнической семьи, Глава которой есть Христос. Мы "имеем дерзновение входить во святилище посредством Крови Иисуса Христа, путём новым и живым", "имеем великого Священника над домом Божиим" (Евр. 10,19-21). Ничто не может лишить нас этих преимуществ. Но наше общение может нарушаться, наше служение может быть приостановлено, наши святые обязанности могут быть в небрежении. Обрядовые постановления, внушаемые здесь сынам Аароновым, являются прообразными тенями новозаветного христианского домостроительства. Если им давалось повеление держаться далеко от всего нечистого, оно относится также и к нам; если им запрещалось вступать в близкие отношения с неверными, это запрещается и нам. Если им не позволялось прикасаться к чему-либо нечистому, мы также имеем приказание остерегаться "всякой скверны плоти и духа" (2 Кор. 7,1). Если наличие какого-либо физического недостатка и недостаточно большой рост лишали их высших преимуществ, мы их теряем также из-за нравственных несовершенств и по недостатку нашего духовного роста.

Решится ли кто-либо оспаривать великую важность этих правил жизни? Не вполне ли очевидно, что чем более мы проникаемся сознанием глубокого значения благословений, связанных со священническим домом, членами которого нас соделало наше рождение свыше, тем более мы будем остерегаться всего, что так или иначе может лишить нас их? Конечно, это так. Это-то и делает столь важным внимательное изучение этой части нашей книги. Дух Святой да даст нам осознать всю присущую ей важность. Тогда мы будем пользоваться нашим священническим положением. Тогда мы окажемся верными в исполнении наших священнических обязанностей. Мы сделаемся способными "представить тела наши в жертву живую, святую, благоугодную Богу" (Рим. 12,1). Мы сделаемся способными "непрестанно приносить Богу жертву хвалы, то есть плод уст, прославляющих имя Его" (Евр. 13,15). Как члены "духовного дома" и "царственного священства" (1 Пётр. 2,5.9), мы Получим способность "приносить духовные жертвы, благоприятные Богу Иисусом Христом". Мы сделаемся способными хотя бы отчасти предвкушать блаженство того часа, в который хвалебные песни благоговейного и истинного поклонения Богу вознесутся из уст искупленных к престолу Бога и Агнца во веки веков.

Глава 23

Теперь мы дошли до одной из самых глубоких и содержательных глав богодухновенной Книги, и она требует серьёзного и напряжённого внимания с нашей стороны. Она заключает в себе описание семи великих праздников или периодически повторявшихся торжественных дней, сообразно с которыми делился на части год Израиля. Другими словами, она даёт нам указание на отношение Бога к Израилю в течение всего периода столь выдающейся разнообразными событиями истории этого народа.

Если мы рассматриваем праздники в отдельности, нам приходится отметить субботу, праздник Пасхи, праздник опресноков, праздник возношения первого снопа (первой жатвы), праздник Пятидесятницы, праздник Труб, день очищения и праздник кущей. Итак, всего праздников было, собственно говоря, восемь, но суббота, очевидно, занимает среди них единственное и полностью независимое место. Она названа прежде всего; затем даётся указание её особенностей и обстоятельств, её сопровождающих; далее мы читаем: "Вот праздники Господни, священные собрания, которые вы должны созывать в своё время" (ст. 4) Таким образом, каждый внимательный читатель заметит, что Пасха занимала место первого, а праздник кущей - место последнего праздника. Другими словами, согласно прообразному значению этих праздников, мы имеем пред собою прежде всего искупление, а в заключение - славу тысячелетия. Пасхальный Агнец являлся образом смерти Христовой (1 Кор. 5,7); праздник же кущей обозначал "времена совершения всего, что говорил Бог устами всех святых Своих пророков от века" (Деян. 3,21).

Вот каким праздником открывался и каким праздником заканчивался год у евреев. Искупление является основанием, слава же служит последним, верхним камнем здания; между двумя этими крайними пунктами расположены: воскресение Христа (ст. 10-14), собрание Церкви (ст. 15-21), сокрушение Израиля об утраченной им славе (ст. 24-25), его раскаяние и сердечное обращение к Мессии (ст. 27-32). А для того, чтобы ни одной чёрточки не оказалось упущенной в этом величественном, прообразном изображении, там ещё обозначено и средство, дающее язычникам возможность присоединиться к концу жатвы и подобрать оставшееся в полях Израиля (ст. 22). Все это вносит полноту Божественного совершенства в прообразную картину, созерцание которой вызывает проникновенное благоговение в сердцах всех любящих Писания Божий. Что можно себе представить более совершенное? Кровь Агнца и святость жизни, неразделимые с нею; воскресение Христа из мёртвых и Его вознесение на небо; сошествие Духа Святого в огне Пятидесятницы для образования на земле Церкви; духовное пробуждение остатка Израиля, его раскаяние и восстановление; благословение "бедного и пришельца"; явление славы; покой и благоденствие Царства. Вот что заключается в этой поистине чудесной главе и что нам предстоит теперь подробно рассмотреть. Да благоволит Сам Дух Святой быть нашим Наставником!

"И сказал Господь Моисею, говоря: Объяви сынам Израилевым, и скажи им о праздниках Господних, в которые должно созывать священные собрания; вот праздники Мои. Шесть дней можно делать дела, а в седьмой день суббота покоя, священное собрание; никакого дела не делайте; это суббота Господня во всех жилищах ваших" (ст. 1-3). Место, отводимое здесь субботе, очень знаменательно. Господь готовится дать прообраз всего Своего отношения к Своему народу и прежде чем это сделать, Он представляет субботу знаменательным выражением покоя, ожидающего народ Божий. Этот торжественный день должен был соблюдаться Израилем; но он служил и прообразом будущего, когда получат своё осуществление все великие и славные события, прообразно изображённые в этой главе. Это покой Божий, в который уже теперь могут в духе войти все верующие, но который всецело и действенно осуществится только в будущем (Евр. 4,1-11). Теперь мы трудимся. Скоро мы будем отдыхать. В одном отношении верующий входит в покой; в другом смысле он трудится, чтобы туда войти. Он обрёл свой покой во Христе; он работает, чтобы войти в свой покой славы. Он нашёл полный покой духа в том, что Христос сделал для него, и его глаз покоится на вечной субботе, которая для него наступит, когда окончатся все его труды и вся его борьба в пустыне. Он не может отдыхать среди мира греха и страдания. Он отдыхает во Христе, Сыне Божием, принявшем образ раба. И, отдыхая таким путём, он призван трудиться как работник, с помощью Божией и в полной уверенности, что по окончании своего труда он войдёт в полный и вечный покой в жилище неизменного света и невозмутимого блаженства, куда не могут проникнуть труд и скорбь. Блаженная надежда! Да будет все ярче и ярче её блеск пред глазами нашей веры! И да даст нам Господь с тем большею верностью трудиться для Него, что мы уверены в ожидающем нас чудном отдыхе. Правда, мы можем уже и теперь предвкушать покой вечной субботы; но это предвкушение только' заставляет с большею жаждою ожидать блаженной действительности, этой непрерывной субботы, этого "священного собрания", которое продолжится вечно.

Мы уже заметили, что в этой главе суббота занимает отдельное и независимое место. Это вполне ясно выражается в первых словах четвёртого стиха, где Господь как бы снова приступает к перечислению праздников, говоря: "Вот праздники Господни", чтобы этим выделить субботу из перечня семи праздников, хотя в то же время суббота является образом покоя, в который эти праздники вводят нашу душу.

"Вот праздники Господни, священные собрания, которые вы должны созывать в своё время: в первый месяц, в четырнадцатый день месяца вечером Пасха Господня" (ст. 4-5). Здесь мы видим пред собою первый из периодически повторявшихся торжественных праздников - принесение в жертву пасхального агнца, кровь которого в Египте избавила Израиль от меча Ангела-губителя в ужасную ночь поражения смертью всех египетских первенцев. Это всем нам известный прообраз смерти Христовой; этим и объясняется, почему он занимает первое место в этой главе. Он есть основание всего. Вне принципа смерти Христа мы не можем получить ни покоя, ни святости, ни общения с Богом. Особенно интересно и важно заметить, что лишь только зашла речь о покое Божием, тотчас же вслед за этим упоминается кровь пасхального агнца. Этим как бы говорится: "Вот ваш покой, а вот и ваше право на покой." Конечно, и труд сделает нас способными войти в покой, но лишь кровь даёт нам право воспользоваться им.

"И в пятнадцатый день того же месяца праздник опресноков Господу. Семь дней ешьте опресноки. В первый день да будет у вас священное собрание; никакой работы не работайте. И в течение семи дней приносите жертвы Господу; в седьмой день также священное собрание; никакой работы не работайте" (ст. 6-8). Народ окружает Иегову, составляя собою святое собрание, основанное на уже совершенном искуплении; и когда он таким образом собирается, благоухание жертвы возносится от жертвенника Израилева к престолу Бога Израилева. Это являет нам чудную картину святости, которую Бог желает видеть в жизни Своих искупленных. Эта святость основана на жертве, и она исходит от благоухания Личности Христа, с Которым она нераздельно связана. "Никакой работы не работайте, и приносите жертву Господу" (ст. 25). Какая противоположность: работа, выполняемая рукою человека, и благоухание жертвы Христовой! Святость жизни народа Божия не есть работа его рук. Это живое проявление в них Христа силою Духа Святого. "Для меня жизнь - Христос," - вот настоящая мысль, заключённая в прообразе. Христос есть наша жизнь; и всякое проявление этой жизни в глазах Божиих издаёт благоухание Христово. На человеческий взгляд это может казаться незначительным, но настолько, насколько наша жизнь служит отражением Христа, она бесконечно дорога в очах Господних. Она возносится до Его престола и никогда не может быть забыта Им. "Плоды духа, исходящие от Иисуса Христа", проявляются в жизни христианина, и никакая сила земли или ада не может мешать им возноситься как благоухание к престолу Божию.

Необходимо также отметить резкое различие, существующее между работою рук наших и результатом пребывающей в нас жизни Христовой. Этот прообраз замечателен. Всякий человеческий труд прекращался в этот день в обществе Израилевом, благовонное же курение жертвы всесожжения возносилось к Богу. Это были две характерные выдающиеся особенности праздника опресноков. Человеческая работа кончалась, благоухание жертвы подымалось к Богу - прообраз святости жизни верующей души. Какой торжествующий ответ даётся здесь, с одной стороны - законнику, с другой стороны -противнику закона. Слова: "Никакой работы не работайте" - закрывают уста первому; второй смущён изречением: "Приносите жертву Господу." Наилучшие произведения рук человеческих - труды рабов, но малая горсть "плодов праведности" служит для похвалы и прославления Господа. Христианин никогда не должен творить дела правды из рабского повиновения Богу; в его жизни нет места ненавистным Богу и унизительным для него самого делам легализма (подзаконности). Вся его жизнь должна быть постоянным проявлением жизни Христа, развивающейся и производимой силой Духа Святого. В течение "семи дней" второго торжественного праздника Израилева запрещено было вкушать что-либо "квасное"; вместо этого Господу должно было возноситься благовонное курение жертвы всесожжения. Да поможет нам Господь полностью проникнуться жизненным значением этого важного прообраза!