Чтение онлайн

Комитет положил исключить последнюю мысль, т. е.

(«Литер. Музеум», под ред. А. Николаева и Ю. Оксмана, в. 1, стр. 16).

Эпиграмма («Что пользы вам от шумных ваших прений…»)*

Впервые – в альманахе «Царское Село» на 1830 г., стр. 140, под заглавием «Эпиграмма». Здесь в ст. 1 вместо «вам» – «нам».

Написано по поводу развернувшейся в 1829 г. полемики между издателем «Моск. Телеграфа» Н. Полевым и С. Раичем – издателем «Галатеи». Не затрагивая принципиальных вопросов, полемика эта с обеих сторон носила характер личных выпадов и придирок, часто принимавших форму прямой брани. Возможностью более широкого истолкования эпиграммы в плане принципиального отрицания «журнальной войны» вообще (ср. «Войной журнальною бесчестит без причины…»), очевидно, руководствовался Баратынский, включая ее в изд. 1835 г., в котором он, как правило, эпиграмм 1827–1833 гг. не перепечатывал.

«Сердечным нежным языком…»*

В изд. 1835 г. – впервые, с цензурным искажением в ст. 3:

(см. «Литер. Музеум», под ред. А. Николаева и Ю. Оксмана, в. 1, стр. 16).

Языкову*

В изд. 1835 г. – впервые. Датируется концом 1831 г. на основании письма, в котором было послано Баратынским Языкову, и полученного последним 13 января 1832 г. («Литературно-библиологический сборник», П., 1918, стр. 69). В письме стихотворение имеет иное начало (ст. 1–7, см. их на стр. 132).

Очевидно послание является ответом на своего рода творческую декларацию Языкова в его стихотворении того же 1831 г. «И. В. Киреевскому» (в альбом):

Посылая свое стихотворение Языкову, Баратынский писал: «Вот что внушило мне твое послание, исполненное свежести и красоты, и грусти, и восторга… Твои студенческие элегии дойдут до потомства, но ты прав, что хочешь избрать другую дорогу (курсив наш Ред.). С возмужалостью поэта должна мужать и его поэзия, без того не будет истины и настоящего вдохновения» («Литературно-библиологический сборник», П., 1918, стр. 70).

С конца 20-х гг. Баратынского и Языкова связывала принадлежность к единому литературному кругу, центром которого был дом Киреевских – Елагиных. Последним Языков приходился родственником. В 1829 г. Погодин предполагал передать издание «Московского Вестника» Баратынскому, Языкову и Киреевскому. Общую оценку Баратынским творчества Языкова находим в его письме 1832 г. к И. Киреевскому: «Как цветущая его муза превосходит все наши бледные и хилые. У наших истерика, а у ней настоящее вдохновение» («Татевский Сборник», стр. 39). За несколько месяцев до написания комментируемого послания Баратынский обратился к Языкову с другим посланием, но остался неудовлетворен им (см. «Языков буйства молодого…» и примечание к нему).

Высокоценимый в кругу близких Баратынскому литераторов, группировавшихся вокруг «Литературной Газеты» Дельвига, прозванный Пушкиным «Вдохновенным», – Языков с конца 20-х гг. постоянно подвергался нападкам враждебных группе «Литературной Газеты» журналистов, в особенности Н. Полевого, оценивавшего его «свободно-шумные» и «вакхические» стихи как «единообразное удальство», «старание изыскать новые обороты для старой мысли» («Моск. Телеграф», 1829, ч. I, стр. 108; 1829, ч. I, стр. 377). Позиция Баратынского, выступающего в послании против «хулителя» языковской поэзии, «Полевого», совпадает с позицией «Литературной Газеты». Так в № 131 последней от 17 марта 1831 г. читаем: «Прекрасное „Подражание псалму XVI“ служит ответом Языкова брюзгливым его критикам, которые не видят в стихах его ничего, кроме какого-то удальства: выражения, показывающие удальство самих критиков, не хотящих отдать справедливости таланту светлому и разнообразному».

Послание предназначалось Баратынским для «Европейца» (см. примечание к стихотв. «Языков буйства молодого»), но не успело появиться в нем, так как журнал был запрещен.

Послание стилизовано в духе поэтической манеры Языкова.

В альбом Софии*

Впервые – в «Славянине», 1827, № 3, стр. 35, с сноской к слову «Король»: «В опере „Сандрильона“ король влюбляется и женится на Сандрильоне». Опера «Сандрильона» (музыка Штейбельта, либретто Лукницкого) шла в русских театрах с 1814 г.

Дорога жизни*

Печатается по изд. 1884 г., где озаглавлено «Прогоны жизни». Впервые – в «Невском Альманахе» на 1826 г., стр. 71, под принятым нами заглавием и с разночтениями в ст. 7. Под тем же заглавием и с разночтениям в ст. 5–7 в «Альманахе „Зимцерла“» на 1829 г., стр. 79. В изд. 1835 г. – разночтение в ст. 7.

«Глупцы не чужды вдохновенья…»*

Печатается по изд. 1884 г. Впервые – в «Сев. Цветах» на 1829 г., стр. 171, вместе с другими стихотворениями Баратынского, под общим заглавием «Антологические стихотворения» и с разночтениями в ст. 2–3. В изд. 1835 г. – то же. В примечаниях к изд. Соч. Баратынского 1884 г. по недошедшей до нас рукописи – другие разночтения в ст. 2–3. На кого направлено это стихотворение – неизвестно.

При посылке тетради стихов*

Печатается по изд. 1884 г., где озаглавлено «Г. З.». Впервые – в «Урании» на 1826 г., стр. 73 (цензурное разрешение 26 ноября 1825 г.), в другой редакции (см. ее на стр. 132). Под принятым нами заглавием – в «Зимцерле» на 1829 г., стр. 12.

Возможно, что за инициалами «Г. З.» скрывается графиня А. Ф. Закревская (см. примечание к стихотв. «Как много ты в немного дней…»).

Подражателям*

Впервые – в «Моск. Вестн.», 1830, ч. I, № 1, стр. 7, с разночтениями в ст. 1–4, 8, 20, 22–25.

Направлено против эпигонов «романтического» направления (Баталин, Шишков младший, Алексеев, Бороздина, Межаков и др.), наводнивших русскую поэзию конца 20-х гг. многочисленными подражаниями Пушкину, Жуковскому, Языкову, Баратынскому.

Сочувственно отмечено Белинским в его отзыве на изд. 1835 г. и процитировано в «Литературных Мечтаниях».

О принципиальном значении этого стихотворения см. биографию.

Уверенье*

Впервые – в «Сев. Звезде», 1829, стр. 121, с разночтением в ст. 7 и с датой «1824 г.».

П. Филиппович («Жизнь и творчество Баратынского», Киев, 1917, стр. 86–94) на основании биографических данных опровергает предположения редактора академического издания сочинений Баратынского (1914 г.), произвольно датирующего стихотворение 1828 г. и относящего его к А. Закревской. Близость «Уверения» к ранним элегиям любовного цикла подкрепляет соображения Филипповича о подлинности восстановленной Баратынским даты.