Чтение онлайн

Не следует смешивать с османами народы тюркского племени, живущие в Турции, — туркменов, юруков, татар. Хотя они и мусульмане, но на них смотрели как на райю: большая часть их считается теперь аширет, т. е. «кочевое племя, сохранившее свою организацию». После группы, говорящей на турецком языке, наиболее многочисленной мусульманской группой является арабская. В эту группу входят настоящие арабы, которые в огромном большинстве (а между 1840 и 1870 годами почти поголовно) принадлежат к аширет, и говорящее по-арабски население разнородного происхождения — преимущественно арамейского, — как живущее в городах, так и возделывающее поля Сирии и Месопотамии. Официальная турецкая статистика за период 1850–1875 годов исчисляла количество арабских аширет в один миллион — цифру, недостаточную даже для наших дией, а тем более для периода 1840–1870 годов.

Говорящее по-арабски разноплеменное мусульманское население, обитающее в городах и селах Сирии и в области Алеппо, гораздо более способно к торговле, нежели турки; оно имеет явную склонность селиться в городах и заниматься оседлыми ремеслами. Эти мусульмане-арабы долго относились враждебно к турецкому языку и турецкой литературе; они говорят, читают и пишут по-арабски; до 1860 года они оставались вне того, что турки называют османлылык, т. е. «племенным единством османов».

К арабам примыкают мусульманские сектанты, образующие в Сирии небольшие республики; они удерживаются под властью Турции — скорее номинальной, чем действительной — лишь силой оружия. Таковы друзы, метуали, иезиды, исмаилиты и анзарии. Все они — земледельцы; анзарии выказывают особенную склонность к сельскому хозяйству, к мелким лесным промыслам и охотно эмигрируют в качестве садовников и огородников; они живут в открытой вражде с арабами-аширет равнины.

За арабами идет группа курдов, принадлежащая по языку к иранцам и стоящая рядом с армянами. Главная масса курдов в Эрзерумском и Диарбекирском вилайетах состоит из аширет, как кочевников, так и осевших на землю, но сохранивших древнюю племенную и родовую организации. Они делятся на три касты: тору нов («благородных»), райя («вассалов-земледельцев») и заза («плебейской массы»). Курды занимаются скотоводством с его мелкими подсобными промыслами (войлочным, ковровым) и земледелием и охотно эмигрируют как целыми родами, так и поодиночке. Роды, эмигрировавшие в 1840–1870 годах, порвали связь с племенем и с этого времени перестали быть аширет; при соприкосновении с туркменами, если тем и другим случается одновременно осесть на землю, они быстро сливаются. Курды-одиночки, поселившиеся в горах или поступившие на государственную службу, отуречиваются и забывают свой язык.

Лазы, грузины и черкесы — последние с 1864 года [56] — значительно изменили состав османского населения. Правда, лазы и грузины не принадлежат к мусульманскому населению, но они держат себя так, как если бы принадлежали к нему. Черкесы — все мусульмане и быстро отуречиваются.

Итак, в общем османы в 1840–1870 годах составляли меньшинство народонаселения Турецкой империи (считая мусульман и христиан).

Слово шериат [57] (от арабского шер — «закон, богом установленный») обозначает у мусульманских народов совокупность религиозных и гражданских законов, в основание которых положены коран и сунна [58] («правило для поведения, обычай, собрание предписаний, обязательных для подражания, т. е. заимствованных из жизни пророка, его товарищей и четырех первых правоверных калифов»). Кануном называется совокупность законов и постановлений, действовавших в Оттоманской империи. Турция управлялась по канунам своих султанов [59] — книгам законов шери, т. е. согласных с тер'ом и с сунной, но не составляющих шериата. Кануны провозглашает шери шейх-уль-ислам или главный муфти. Этим словом муфти обозначается должностное лицо, постановляющее фетвы, т. е. «решения, согласные с шериатом и служащие прецедентом». Шериат как божественное установление не может быть изменен; но государь может изменить канун, а муфти может это изменение провозгласить законом — шери. Законодательство Оттоманской империи было отождествлено с шериатом лишь при помощи казуистических ухищрений. Оно с самого начала признавало законную силу за обычным правом как существовавшим у османов, так и местным, например за боснийским или албанским обычным правом, стоящим вне шериата и часто в противоречии с ним. Подобное законодательство возможно было в Оттоманской империи как в стране, где господствовало ханифитское право; мусульманские народы, придерживающиеся ханифитского права, «признают почитание государя» догматом веры, и законы недействительны без его санкции, между тем как по шафиитскому и ханбалит-скому праву «дозволение государя бесполезно во всех случаях».

Поэтому в Турции, признающей ханифитское право, государь мог, по своей прихоти и пользуясь фикцией шериата, декретировать законы, в нем не заключающиеся, и ставить преграды действию законов, находящихся в шериате, так как законы, по принятому в Оттоманской империи мусульманскому праву, недействительны без санкции государя.

При старом порядке законодательство, касающееся положения земли и личности, сводилось к следующему.

Мир был разделен на две области:

1. Дар-уль-ислам («страна мусульманская»), занятая муминами («правоверными»), или муахиддунами («унитариями»).

2. Дар-уль-харб («страна войны»), занятая куффарами («неверующими»), или мушрикунами («дающими богу сотоварищей»), т. е. христианами (тринитариями) [60] .

В отношении земледелия мусульманская земля делилась следующим образом [61] :

1. Земли амир, или мамур («производительные, обработанные, приносящие доход»).

2. Земли меват («мертвые»), необработанные, заброшенные, не имеющие хозяина. В видах поощрения эти земли жалуются всякому, желающему обрабатывать их; но получивший землю может ею пользоваться лишь под тем непременным условием, чтобы действительно ее возделать.

В политическом отношении земля, подвластная мусульманам, делилась следующим образом [62] :

1. Земли ушрийе («не платящие дани»), обложенные десятиной; к ним причисляется всякое владение, завоеванное силой и разделенное между победителями, и все области, где туземцы по собственному желанию приняли ислам до завоевания.

В состав этих земель входят и вакуфы — неотчуждаемые имущества, пожертвованные мусульманами на постройку и содержание зданий, посвященных нуждам культа, народного образования или общественной помощи.

2. Земли хараджийе («платящие дань»), обложенные харад-жем, т. е. земли, приобретенные в силу капитуляций и оставленные туземцам в полную собственность — мульк, или же земли, завоеванные силой, оставленные туземцам лишь для обработки и ставшие в качестве вакуфов государственной собственностью, доход с которой употребляется на общие нужды.

Согласно фикции, по которой основанием собственности является завоевание и раздел меяоду мусульманами земель, населенных куффарами («неверными»), или мушрикунами («христианами-тринитариями»), последние были низведены в подчиненное положение зиммии — «клиентов» мусульман, которые взимали лично с них джизйе («подушную подать», «лепту унижения»), а с их земель — харадж.

В разные эпохи территория различным образом подразделялась на участки, в которых сбор податей на разных основаниях был пожалован вместе с вотчинными правами военному сословию. Это пожалование, одногодичное в принципе, превратилось позднее в пожизненное и наконец в наследственное; превращение земель мири, т. е. общественной собственности, в неотчуждаемые имения и в неприкосновенные фонды для богоугодных учреждений (вакуф, евкаф) разорило османское мелкое дворянство, которое жило главным образом с доходов от этих земель, раздаваемых в лен (средняя доходность маленьких ленов, тимар [63] , не превышала 600–700 франков). Оно мало-помалу беднело, бросало военную службу и устремлялось из деревень в города; именно это дворянство, очень многочисленное, представляло собой класс средних и мелких земельных собственников. Земля перешла в руки крупных собственников — деребеев («господа долин»), которые не заботились об улучшении ее обработки, или же сдавалась казной из пятой, из десятой части арендаторам — действительным земледельцам, эксплуатируемым ростовщиками. Установление гедика [64] еще более способствовало обеднению среднего и мелкого собственника-османа. Гедиком называется приобретение в полную собственность за ежегодную ренту третьим лицом той или иной части чужой собственности с целью заниматься постоянно и по праву каким-нибудь ремеслом. Чтобы доставить средства казне, государство регламентировало эту новую форму собственности и в конце концов было вынуждено определить число лиц, которые имели исключительное право заниматься данным ремеслом; а так как эта цифра была установлена раз навсегда, то еснаф [65] («цехи») приобрели до известной степени неизменную форму; каждый мастер стал собственником гедика, дававшего ему право заниматься своим ремеслом, но лишь там, где гедик образовался. Гедик привел к тому, что большая часть промыслов была поглощена неотчуждаемой земельной собственностью, так как доход, приносимый этим правом, употреблялся главным образом на богоугодные или общеполезные учреждения; другие вошли в состав крупного землевладения.

Постепенное обеднение частных лиц, за исключением немногих привилегированных, и, с другой стороны, плохое управление и постоянные войны привели к истощению государственной казны. Уже в 1785 году поднимался вопрос о заграничном займе; это предложение осталось без последствий, а был сделан государственный заем путем продажи или отчуждения некоторых источников государственного дохода на оплату сехимов (листы государственной ренты), выданных частным лицам из числа туземцев взамен капитала, который они ссудили казне (1785). Пришлось взимать усиленные налоги, затем выпускать бумажные деньги с повышенным против их действительной стоимости курсом (1788). Это экономическое оскудение главным образом и породило реформы: истощив все средства, правительство в 1791 году поняло необходимость коренного переустройства; с этих пор образовались в Турции две партии — старого и нового порядка. Партия нового порядка одержала верх в 1831 году, и результатом ее победы было обнародование оттоманской хартии, называемой хатти-гюльхане.

С 1836 по 1856 год рядом самовластных султанских ирадэ [66] Махмуда и Абдул-Меджида были изменены старые основные законы Оттоманской империи и взаимные отношения различных частей ее народонаселения; они изменили отношения между мусульманами и христианами и мусульман между собой. Эти приказы (ирадэ) подготовили и сопровождали два высочайших рескрипта [67] 1839 и 1856 годов, которые считаются хартиями Оттоманской империи. Совокупность двух хартий 1839 и 1856 годов и относящихся к ним указов носит название танзимата — арабская множественная форма, употребляемая по-турецки как единственное число от глагола наззама («привести в порядок, организовать»), откуда существительное низам («порядок, организация»).