Чтение онлайн

Но теперь ей предстояло принять его именно как мужа. Она должна принадлежать ему, как принадлежала эта поганая девчонка из усадьбы, и это вызывало в ней резкое неприятие. Ей всегда была противна физическая близость, еще до того, как она встретила Мартина.

И сделать свой выбор ей было необычайно трудно! Сначала надо было дать выход накопившейся в ней ненависти, разрядить ее долгожданной местью. Мартину она отомстить не могла, иначе он уйдет от нее. А Сесилия уже уехала.

Но оставалась Ирья, выскочка, живущая в Гростенсхольме. И ей придется расплачиваться за всех!

13

После того как уехала Сесилия, Кольгрим вновь потерял интерес к окружающим. Он снова закапризничал, начал безобразничать, и только история о Главном тролле, рассказанная Сесилией, удерживала его от того, чтобы напакостить младшему братику. Ирья жалела мальчика и пыталась по мере своих сил развеселить его, но она была не Сесилия.

–  Когда она приедет снова?
– не отставал Кольгрим.

–  Как только сможет, малыш. Ведь ей так хочется снова встретить тебя. Может, через год или через два.

Мальчик тяжело вздыхал, а Ирья вслед за ним. Сесилия очень много помогала Ирье, оказывая положительное влияние на Кольгрима. И похоже, все ее рассказы о троллях и ведьмах и тайнах Людей Льда вовсе не повредили мальчику, даже наоборот.

Он колотил по кровати палкой. Ирья никак не могла заставить его прекратить этот шум...

А маленький Маттиас взирал на свою маму трогательным взглядом. Иногда Ирью охватывал страх при мысли о том, что Кольгрим может обидеть мальчика, что он может приревновать его. И она старалась относиться ласково к обоим, без всякого различия, скрывая, как нежно она привязана к младшему.

Она знала, что Даг и Лив удивлялись тому, что Кольгрим никогда не проявлял своих необычных способностей, которыми он должен был бы обладать, являясь потомком Людей Льда. Ирья слышала о сверхъестественном у Суль, которая могла убить одним взглядом, о Ханне, которая была одержима злым духом, о страшных приступах гнева у Тенгеля... Все внутри Ирьи содрогалось, но она понимала, что с Кольгримом ей еще повезло. Это был просто маленький, несчастный ребенок. И она прижимала Кольгрима к себе, ласково гладя его по головке.

Но сегодня произошли новые неприятности. Ее любимый Таральд сделался вдруг таким нервозным, раздражительным, погруженным в какие-то свои неведомые мысли. Он все ходил и раздумывал над чем-то. На ее вопросы он отвечал рассеянно и не сразу.

Ирья чувствовала себя потерянной и беспомощной. Может, она ему наскучила? И он раскаивается в том, что взял ее в жены? Он ушел из дома по делам, не сказав ни слова.

Пока Ирья пыталась отобрать палку у Кольгрима, в комнату вошла служанка:

–  К баронессе пришла посетительница.

Несмотря на то, что и служанка, и баронесса вышли из одного социального слоя, в голосе первой не слышалось и тени презрения. Ирью за ее характер уважали в усадьбе все без исключения. Слуги даже испытывали к ней некоторую нежность, подчас гордость за то, что юный господин избрал именно ее, их Ирью.

–  Посетительница ко мне?
– удивленно спросила Ирья.
– Это из Эйкебю?

–  Нет, баронесса. Это жена священника.

–  Ах да, конечно же! Не будешь ли ты так любезна и не присмотришь за детьми, пока я отлучусь?

–  Разумеется.

Служанка прекрасно понимала, какую ответственность на нее возлагают. Двух братьев никак нельзя было оставить без присмотра. С непослушным Кольгримом никто не хотел возиться, но раз ее просит сама баронесса... Мальчик сразу же опрокинул стул, чтобы посмотреть, какова будет реакция служанки. Но девушка была уже вышколена и знала, как следует себя вести с Кольгримом.

Ирья спустилась в гостиную, где ждала Жюли. Она хотела было отказать посетительнице, но в последний момент передумала.

Госпожа Жюли была необычайно приветлива и элегантна в своих простых одеждах. Правда, Ирья не очень поняла, что за дело привело ее в Гростенсхольм. Она спрашивала совета о старой матушке Августине, которая жила на другом конце деревни. Почему она пришла за советом именно к Ирье? Ведь та практически ничего не знала об этой Августине.

Красивая жена священника не стала долго задерживаться. Она поблагодарила хозяйку и встала. Однако уже уходя, она бросила как бы мимоходом:

–  Да, передайте привет вашему мужу, милая баронесса Мейден, и скажите, что я больше на него не сержусь. Я решительно выбросила из головы всю эту историю.

Ирья с удивлением посмотрела на нее.

–  Я не понимаю вас...

–  О, мы все знаем, как тяжело мужу, когда его жена находится в положении. Разумеется, отчасти это шокирует. Но я больше не сержусь на вашего мужа.

И она направилась к двери. Ирья неподвижно стояла на одном месте, опустив руки.

–  Таральд?
– беспомощно сказала она.
– Он мог?.. Я ничего не понимаю.

Изящная Жюли, которая казалась еще миниатюрнее рядом с неуклюжей Ирьей, испуганно закрыла рот рукой.

–  О, моя милочка, разве он ничего вам не сказал? Нет-нет, тогда забудьте все, что я вам рассказала... милая, дорогая... о, это ужасно! Но я думала... вы все знаете... Забудем же об этом!

Ирья в растерянности смотрела на Жюли.

–  Только не говорите ничего вашему мужу, пожалуйста, - сказала жена священника совершенно убитым голосом.
– Я-то простила ему, так что вовсе не следует снова ворошить прошлое. Мужчинам так трудно управлять своими эмоциями, и ему вряд ли захочется вспоминать о том, что случилось. Ведь это просто глупость, которую он однажды совершил. Так что вы уж, пожалуйста, не напоминайте ему об этом и забудьте все, что я сказала! Прощайте, госпожа Ирья, и благодарю вас за помощь!

Она застучала каблучками к выходу. И исчезла.

Что же это такое? Таральд. Ее Таральд? Такой рассеянный и раздражительный все последние дни...

Жена в положении?

Но когда? Когда же он совершил свою глупость?..

Ирья ощутила комок в горле: она была совершенно разбита и унижена этим известием. Она пошла к детям, отпустила служанку и тяжело опустилась на кровать.

–  Все благополучно?
– спросила ее служанка.
– Госпожа выглядит такой утомленной.

–  Я просто устала...