Чтение онлайн

– Не согласен, – вмешался я, увидев, как сильно погрустнели глаза юной мерцающей. – Она не выйдет на поле в родительский день, но в будни-то чисто в тренировочных матчах участвовать может. Что скажешь? – спросил у Иры и был слегка удивлен, когда та просияла и, нисколько не смущаясь, перегнулась ко мне через Ириргана и чмокнула в щеку.

Честно скажу, глаз Ира я в тот момент не видел, но успел заметить, как лукаво посмотрела на него Ника, а потом в мгновение ока ретировалась и побежала вниз, на поле. У мерцающего были какие-то свои представления о том, какая девушка мне подошла бы. Я как-то еще в самом начале нашей дружбы пытался объяснить ему, что не потерплю подобного отношения. И гипотетическую возлюбленную могу сам себе найти, если пойму, что оно мне нужно. Но к единому мнению в этом вопросе мы так и не пришли. А Ника в качестве моей возможной пассии ему явно не нравилась. Чего он не прекращал показывать. Девушка это усекла и теперь интриговала и насмехалась. Любят же эти мерцающие поиграть на чужих нервах!

Я поднял глаза на Лию, все еще стоявшую рядом с нами.

– Ты для моральной поддержки с ней пришла? – полюбопытствовал весело.

– Да, – улыбнулась Вейла.

– И как там у тебя разговор с папочкой прошел, а то все никак спросить не получается?

– Все хорошо, – так же очаровательно улыбаясь, поделилась со мной эльфийка, – правда, он больше не со мной разговаривал, а с Каром. Но кажется, они нашли общий язык.

– Это радует, – ответил я.

– Только ты готовься, – вдруг предупредила меня Лия, – он ведь снова разговор об этом поднимет, когда придет на родительский день. И наверное, не только с тобой…

– Не боись, – заверил я, – прорвемся. Вот только Илей вооружусь в качестве моральной поддержки.

Светлая быстро кивнула и тоже побежала обратно вниз, где ее ждал Кар, уже и без того ревниво на нас поглядывавший. Ну по крайней мере, мне казалось, что ревниво.

– Андрей, знаешь, – начал Ир, но его перебил ректор.

– Думаю, надо будет основательно подготовиться к тому, что после тебя все их родители нагрянут ко мне.

– Да уж… – протянул Корешель, во все глаза смотревший на поле.

Эльфы закончили разминку и теперь увлеченно гоняли мяч. И тут с нижних рядов раздался визг дуделки, которую я презентовал Умке. У Шмеля тут же загорелись глаза.

– Я тоже такую хочу! – объявил полуэльф, повернувшись ко мне.

Я даже рот открыть не успел, как Ир оживился.

– Будет, – пообещал он. – Мы к матчу побольше их закупим.

– Эй! – возмутился я, но облечь свое возмущение во внятные слова не успел.

– А что, – обернувшись ко мне и подчеркнуто невинно захлопав глазами, сказал Ирирган, – на этом можно хоть немножко, да заработать. Скажешь, для дальнейшей модернизации нашего класса деньги не нужны?

– Ну ты еще предложи на наш любительский футбольный матч билеты продавать! – возмущенно воскликнул я, но быстро смекнул, что вообще зря завел об этом разговор. Потому что Ир переглянулся с Карлом.

– А что, – сказал ректор задумчиво, – если университет получит свой процент…

– Сорок, – тут же объявил Ир.

– Шестьдесят, – мягко поправил его Карл.

– Эй-эй, – воскликнул я, – да с чего вы вообще взяли, что кто-нибудь придет?

– С того, – заявил мерцающий, – что ты сам изъявил желание провести, как ты выразился, обширную пиар-компанию.

– К тому же, – задумчиво обронил ректор, – сам факт того, что мероприятие не бесплатное, подогреет к нему интерес. К тому же никто ведь и не говорит, что за билеты нужно брать баснословную цену.

– А что, – подал голос Шмель, – я бы заплатил… – и, подумав, добавил: – И за дуделку тоже.

– Ладно. Сдаюсь, – поднял руки вверх. – Если вы оба «за», то кто я такой, чтобы быть «против»?

– И это правильно, – самодовольно хмыкнул Ир и снова отвернулся к полю, опершись спиной на мои ноги.

А после тренировки я в компании командоров, Вини и тех двух темных, которых тот взял себе в качестве консультантов, на практике показывал неучам-эльфам, что такое пикник. На футбольном поле мы просидели до позднего вечера, поглощая изысканные сладости и запивая все каким-то просто сногсшибательным клубничным вином, раздобытым лично Барсиком. Оказывается, мы все так хорошо скинулись, что даже на эту вкуснотищу хватило. Иля, раскрасневшаяся и ставшая неожиданно женственной, была просто очаровательна. Она весь вечер принимала комплименты как от темных, так и от светлых и откровенно этим наслаждалась. А вот Инга не видела никого, кроме своего нареченного. Впрочем, тот отвечал ей взаимностью. Алый, выпив и слегка захмелев, так и норовил пристать к Машке с неприличными вопросами. Например, как можно быть таким распущенным и в то же время таким ми-и-и-илым… Что ему на это отвечал наш ушастый мальчик, я, честно, не знал, но, судя по тому, как многообещающе он при этом ухмылялся, светлому Машка все его вопросы еще должен был припомнить. Гарри и Улька весь вечер сидели в обнимку, Кар и Лия танцевали прямо на поле под музыку, которую слышали только они. Ир внаглую положил голову на мои колени и так пролежал весь вечер. Как ни странно, я был совершенно не против. Карл смотрел на всех нас с отеческой благосклонностью. Шмель до хрипоты спорил о чем-то с Умкой и Каром, а потом и с присоединившимся чуть позже Барсиком. Мурка сидел рядом с красногривым командором и уже привычно помалкивал. А когда совсем стемнело, Фа какой-то особой ифритской магией запустил в небо несколько огненных фейерверков, заявив, что такое смог бы сделать любой мало-мальски сильный огненный маг. Но до чего оно все красиво смотрелось! Особенно вспыхнувший прямо в небе контур исполинского дракона. У нас всех просто челюсти отвисли, когда мы это увидели. Все-таки как здорово, что в этот вечер мы тут собрались.

Андрей

Слухи в таких организациях, как наш университет, подобны пожару или урагану, который с каждым новым витком воздушной воронки закручивается все сильней. Я всегда знал об этом, но уже на следующее утро после нашего с ребятами пикника имел возможность убедиться воочию. Во-первых, во время классного часа к нам все время кто-то заглядывал, неизменно извинялся и бормотал о том, что якобы ошибся дверью. Почему я не верил таким невинным оправданиям? Да, что-то все прошлые недели моего пребывания в этих краях никто не ошибался. Во-вторых, кому за это нужно было сказать спасибо, выяснилось уже после пары, когда к нам заглянули довольные собой и жизнью Умка и Корешель. Полуэльф прямо с порога оживленно спросил, не заходил ли к нам кто-нибудь. Намек был более чем прозрачным, не так ли? В общем, мне только и осталось, что закатить глаза к потолку и покоситься на хитрющую физиономию Ира, облюбовавшего мое место за учительским столом, я же все так же предпочитал громоздиться поверх столешницы. Но не о том речь.

После такой демонстрации бурной деятельности по пиар-кампании нашего футбольного матча «колокольчики», которых поджучивал Шмель, втихаря устроили соревнование – кто завербует больше народа и кто отпустит более интригующий намек. Но об этом я догадался позже. Точнее, догадался слишком поздно, а потому и не смог остановить сорвавшуюся по их вине лавину.

Только осведомленностью если не всего, то большей части университета о том, что я с моими студентами занимаюсь всякими непотребствами, можно объяснить такой факт. После занятий, когда мои ребята, как обычно, пропадали в зале для гневотерапии (на этот раз мы решили провести презентацию Умкиного проекта), к нам снова заявилась блистательная Микалая Эльфир Земная – декан факультета, на котором учился наш многоуважаемый гном. Почему я говорю блистательная? Она в и прошлый свой визит была хороша, но известием о так называемом притеснении Умки ее явно оторвали от грядки или чего-то очень похожего. Поэтому, несмотря на всю свою изящную красоту, эльфийка заявилась к нам в рабочем фартуке, узких брюках и длинной рубахе свободного покроя. И все равно у всех сложилось такое впечатление, что в класс она словно вплыла.

На этот раз декан была облачена в платье. Легкое, светло-голубое, идеально оттеняющее ее серые миндалевидные глаза. В общем, не только у меня в тот момент в зобу дыханье сперло. Бедняга Шмель, с которым мы активно обсуждали возможность попасть в мой мир и посмотреть на другие наши спортивные и околоспортивные игры, вытаращил на эльфийку просто огромные глаза. Казалось, что он многого мог ожидать, но никак не ее добровольного явления в наш маленький, но очень уютный вертеп.

Сама она свой приход мотивировала тем, что Умка не просто ученик ее факультета, но к тому же (о чем, честно признаюсь, понятия не имел) именно она является руководителем его диплома. Разумеется, я тут же схватил гнома за локоть, оттащил от Ира, с которым они, как выразился мерцающий, настраивали адаптированную под магические воздействия аппаратуру, и полушепотом уточнил, он ли ее пригласил. Умка покосился на эльфийку, которая с независимым видом стояла возле учительского стола. Потом поднял на меня глаза и смущенно пробормотал, что нет, не он, но, если это возможно, он бы хотел, чтобы я все же разрешил ей присутствовать. Разрешил? – мгновенно возмутился я и тут же принялся уточнять, как он себе это представляет: рядовой психолог вроде меня может запретить что-либо декану? В общем, Мика, как я втихаря прозвал ее, осталась.

Ей выделили одно из кресел, которые теперь все время стояли у стены и при необходимости выдвигались в центр класса. Фарид, заглянувший к нам в перерыве, завидев ее, споткнулся на пороге, подчеркнуто учтиво извинился, заволновавшись под пристальным взглядом серых глаз, и снова куда-то умчался, так и не сказав, зачем приходил. Зато стало понятно, за чем, точнее, за кем он с такой скоростью унесся.

В общем, Умкину презентацию мы смотрели в компании ректора. К тому времени я просто-напросто сказал себе, что сегодня сумасшедший день и сделать с этим уже ничего нельзя, поэтому расслабился и, как говорится, решил получать удовольствие. «Колокольчики» в присутствии высокопоставленных взрослых вели себя смирно. Умка и Ир настроили проектор так, что он мог работать без электричества, но при этом шнур с «вилкой» плыл прямо по воздуху, как причудливое щупальце, и, как потом мне объяснил Ир, высасывал энергию прямо из окружающей среды. Этой самой энергии в университете магии всегда было хоть залейся, ее даже приходилось время от времени особым способом откачивать и складировать или по мере надобности продавать. Так что такая своеобразная модификация нашего земного устройства оказалась во всех смыслах удобной штукой.