Монах спускается. Его видно только до пояса. Епископ делает шаг по направлению к нему и приближается к отверстию подземелья. Указывает внутрь.
Вот хлеб, вода.Ешь, пей. Задернется отныне навсегдаЗавеса плотная между тобой и светом;Исчезнет небо…
Монах
Пусть.
Епископ
Спускайся.
Монах спускается. Видна только голова.
В склепе этомОт жажды умирать! Как факел, угасатьБез воздуха! О скорбь!
Монах
Я буду ликовать.
Епископ
Спускайся.
Монах исчезает в подземелье.
Голос монаха
(из склепа)
Я на дне.
Епископ
Плиту на вход!
Голос монаха
Кладите.
По знаку епископа два монаха кладут плиту на отверстие. Перед тем, как его закрыть совсем, они останавливаются, оставив лишь узкую щель. Епископ склоняется над этой щелью.
Лишь мгновение осталось. Торопись.Безумное свое отвергни предприятье.
Голос монаха
Нет.
Епископ
С миром отойди.
Два монаха толкают плиту, и склеп закрывается.
Молитесь богу, братья.
Все складывают руки. Монахи попарно образуют процессию и уходят медленными шагами. Епископ идет последним. Они скрываются за деревьями. Слышно, как поют молитву по усопшим. Голоса затихают.
Дон Санчо и донья Роза выходят из-за деревьев; останавливаются; глядят друг на друга. Минута молчания. Почти совсем смерклось.
Дон Санчо
Нас двое.Мы любим с детских лет, душа слилась с душою.Я не могу понять, когда с тобой иду,Ведешь ли ты меня иль я тебя веду.Над нами тайна. Я нередко размышляю:Зачем в обители мы выросли? Не знаю.Кто мы? Ты знаешь? Нет! В плену мы? Все равно,Поскольку мне любить тебя разрешено.Итак, я кавалер, вы дама! И напрасноО собственной душе я речь веду. Ведь ясно:Дыхание твое — моя душа. ОнаВ прекрасном блеске глаз твоих заключена.Уйдешь — я без души. Твоя вуаль мешаетТебя поцеловать.
Донья Роза
Не смей!
(Целует его. Опирается на его руку и показывает на небо.)