Чтение онлайн

— Ты хочешь уйти к нему? — мой голос стал холодным, как лед северных рек. — После всего? После того, как он едва не убил нас?

— У меня нет выбора... — она осеклась, быстро исправившись. — Я хочу ясности, Мастер. Вы — ветер. Сегодня здесь, а завтра на Небесах. А Бай — это земля.

— Земля, в которую закапывают трупы, — отрезал я.

Отвернулся, чувствуя острую боль под ребрами. Я предал свою небесную суть, отказался от вечности ради неё, а она продает нашу связь за стабильность?

И тут ясная, ледяная мысль прошила сознание. Она не предательница. Она — жертва, загнанная в угол. Бай не мог купить её, она уже плевала в лицо его богатству. Значит, он нашел рычаг. Шантаж. Ответ лежал на поверхности: её тайна. Он узнал, что Лин И — женщина.

Посмотрел на её сгорбленную спину. Глупая, храбрая девочка. Она решила сыграть с демоном в кости, надеясь выкупить мою безопасность своей свободой. Я не стану её расспрашивать, если Бай держит её на крючке, правда станет её приговором.

— Делай как знаешь, — бросил я с нарочитым равнодушием. — Ты волен выбирать свой путь, Лин И.

Я заметил, как вздрогнули её плечи. Она едва сдерживала рыдания, сжимая пальцы так, что костяшки побелели.

Повествование от лица Лин И (Лин Вань)

Возвращение в наш дом было похоже на погребальную процессию. Хань Шуо, не проронив ни слова, заперся в своих покоях. Его холод ранил больнее, чем все угрозы Бая.

В своей тесной каморке я дрожащими руками стянула парадные одежды. Под подушкой лежала простая деревянная шпилька. Прижала её к губам, глотая слезы.

— Прости меня… Прости, моя любовь. Чтобы ты жил, я должна стать предателем.

Мой план был безумен, но иного пути я не видела. Я стану шпионом, но моей целью будет сам Бай. Я буду кормить его ложью, водить за нос, пока Хань Шуо не окрепнет.

Взяла кисть. Бумага казалась неестественно белой под светом огарка свечи. Мой первый отчет. Я вывела иероглифы: «Мастер слаб. Его небесная сущность угасает, а человеческое тело разрушается. Он ищет спасения в новом проекте — мосте через ущелье Дракона…»

Абсолютная выдумка. Никакого моста не существовало, но Бай, одержимый величием, должен был заглотить эту наживку. Свернув записку в тугой узел, я спрятала её в рукав.

Взглянула в зеркало, из которого на меня смотрела незнакомка с жестким взглядом и глубокими тенями под глазами. Прощай, Лин Вань, мечтавшая просто строить красивые дома. Здравствуй, Лин Вань, мастер интриг, чья душа теперь чернее туши на столе.

Ночь. Кабинет Хань Шуо

Хань Шуо стоял у окна, не зажигая огня. Лунный свет серебрил его волосы, но не давал тепла. Нить, связывающая его с Небесным чертогом, натянулась до звона, готовая лопнуть. Цена его пребывания здесь была велика, тело, начинало рассыпаться. Холод пробрался в самые кости, и ни одно пламя не могло его изгнать. Но теперь у него была цель, жар которой заменял ему жизнь.

— Ты тронул то, что принадлежит мне, Бай, — прошептал он в пустоту. — Глупый щенок, решивший, что может приручить стихию.

Он подошел к столу, где лежал старый чертеж поместья Бая, добытый в архивах Гильдии еще в прошлом месяце. Пальцы Хань Шуо медленно скользили по линиям фундамента.

— В любом строении есть слабое место. Одна балка, которая держит всё. Я найду её в твоей жизни, Бай, и обрушу крышу тебе на голову.

Он обмакнул кисть в густую красную тушь и резко обвел одно место на плане. План казни начал продумываться.

Повествование от лица Лин И (Лин Вань)

Я сидела в своей каморке при свете огарка свечи. Передо мной лежал лист самой дешевой рисовой бумаги, а в руке я сжимала кисть, кончик которой уже подсох.

Мне нужно написать донос. Первый отчет для Советника Бая. Если я не напишу ничего, он заподозрит неладное, а если напишу правду, то предам Хань Шуо. Мне нужно дать Баю информацию, которая покажется важной, но на деле окажется пустышкой или ловушкой.

Макнула кисть в тушь. Черная капля упала на бумагу, расплываясь, как паук.

"Господину Б. Мастер теряет силы. Его старая рана на руке воспалилась (правда, но преувеличенная). Он часто впадает в забытье и разговаривает с несуществующими собеседниками (правда, он говорит с Небом). Он одержим идеей, что в фундаменте Павильона есть ошибка, и проводит ночи за перерасчетами (ложь). Он не планирует новых строек, так как боится, что его разум угасает и он ищет лекарство у даосских монахов в горах Закатного Пика..."

Перечитала написанное. Это было идеально. Я нарисовала образ сломленного, слабеющего человека, каким и хотел его видеть Бай. Это должно усыпить бдительность Советника. Хищники не нападают на тех, кто и так умирает, они ждут, пока жертва упадет сама. А упоминание о «монахах в горах» заставит шпионов Бая рыскать вдали от столицы, давая нам время.

Свернула записку и запечатала каплей воска, вдавив в него ноготь. Теперь предстояло самое трудное. Передача. Связной ждал меня на рынке птиц.

Утро было туманным. Я вышла из усадьбы, сказав дядюшке Шэню, что иду за свежим имбирем для Мастера. Хань Шуо еще не выходил из своей комнаты, но чувствовала его присутствие за стеной и тяжелое, мрачное молчание. Он знал, что я ухожу и думал, что я иду предавать его.

Эта мысль жгла мне спину каленым железом. «Потерпи, любимый, — мысленно шептала я. — Я стану твоим щитом, даже если ты будешь считать меня копьем».

Рынок птиц был шумным и пестры, то тут, то там раздавались крики разных птичек, от служебных, до просто птиц для украшения сада. Я нашла нужную лавку, где торговали кормом и клетками. Продавец даже не посмотрел на меня, когда я подошла.

— Мне нужен просо для красногорлого соловья, — произнесла я фразу для входа, которую мне шепнул Бай. — Но такое, чтобы он пел ночью.

Старик медленно повернул голову. Здоровый глаз сверкнул недобрым блеском.

— Ночные песни стоят дорого, парень.