Чтение онлайн

– Хорошо-хорошо, поняла. Хотя я бы с этим гадом не церемонилась, моя бы воля… Послушай, но зачем тебе тогда его бумаги?

– А вдруг документ о собственности у него? Для Гонсалеса эта сделка, видимо, страшно важна, и он вцепился как мог. Это просто моя догадка, что свидетельство у него. Думаю, он мог завладеть им для подстраховки.

– И что ты сделаешь, когда добудешь свидетельство, если оно у Гонсалеса?

Вздохнув, я подняла глаза к потолку, как будто там находился нужный ответ.

– У меня голова лопается. Ну, например, можно было бы перезаложить участок. Ведь наверняка он стоит гораздо больше, чем вся сумма долга.

– Эй, курочки, подите-ка сюда, - сеньора Мадуро окликнула нас.
– Вот что я вам скажу…

Она немного пожевала губами, потом поглядела на меня испытующе.

– Ты правильно делаешь, Габриэла, что пытаешься спасти свою землю. Только имей ввиду, что для старого черта Гонсалеса этот кусок берега, по-видимому, козырная карта, которой он надеется побить свои обиды прошлого. Один Давид не поддался ему, был сам по себе. Они с Росой всегда были сами по себе. Ох-ох. И хорошо это, и плохо.

Мне не хотелось, чтобы кто-нибудь осуждал людей, которые просто сделали свой выбор в жизни и были счастливы вместе. К тому же они волей-неволей стали моими родителями. И мне необходимо было их защитить.

Я открыла рот, чтобы сказать что-то, но Тереса махнула на меня рукой, чтобы не перебивала.

– Помогу тебе, девочка, чем смогу. И в память о твоих родителях тоже. Какая была Росария, когда выходила за твоего отца! Первая красавица. Мы все думали, что она выйдет за богатого сеньора - столько к ней сватались со всей округи… Так, о чем это я… Ах, да. Бумаги. Есть в кабинете места, где можно посмотреть, да только неграмотная я. Кое-как имя своё накарябать могу, да день недели в церковном календаре различить. Так что тебе самой придётся. Гонсалес выезжает иногда по делам, я уж знак дам. А где искать - покажу. Возьму грех.

Женщина резко встала и направилась к выходу. Я поспешила за ней проводить. Потом вернулась к Карле.

– Ух ты, не ожидала! Тётка Тереса хорошая, с матерью моей всю жизнь дружат. Но она вся такая серьёзная и правильная. Неужели ты решишься на это? Если что, я с тобой!

– Правильно сеньора Мадуро сказала: ты трещотка, - я показала Карле язык.
– Не надо тебе туда лезть, мало ли что.

Подруга фыркнула.

– Даже не думай, что я это приключение пропущу. Что сейчас будем делать?

Пожав плечами, я огляделась вокруг себя.

– Возьмусь за готовку. Нужно сеньоре Мадуро помочь, Пако Карвальо нормальной еды отнести, ну и на продажу. Браться за переоборудование баркаса деньги еще как понадобятся.

Карла подхватилась.

– Тогда я вот что: пробегусь сейчас по всем нашим парням, которые смогут помочь. Пусть вечером приходят. Всё равно я в готовке не сильна, мать меня и не подпускает. Говорит, криворукая я. А я думаю, что ей просто нравится делать всё самой. Мне только так - помыть, почистить. Ну, я побежала, - девушка чмокнула меня в обе щёки.

– Подожди!
– окликнула я её.
– Совсем забыла спросить: как там доктор Перес? Он же провожать тебя вчера пошел?

Карла порозовела, и глаза её засветились.

– Проводил! До самого дома проводил! Мы еще стояли болтали. Может быть, если бы он был посмелее, то обнял бы меня, - она закатила глаза.
– Только мать меня заметила и стала горланить, домой звать. Пришлось распрощаться. А сегодня у него не рабочий день в больнице.

– Ясно, ясно. Беги, - рассмеялась я, - тебя если не остановишь, до утра рассказывать будешь.

Карла послала мне еще два поцелуя, теперь уже воздушных, и исчезла.

А я стала обдумывать, что же мне такого приготовить, чтобы убить сразу трёх зайцев. В итоге решила напечь небольших - размером с две ладошки - полуоткрытых пирогов с рыбой, сыром и вялеными томатами. Для сеньоры Мадуро же наготовить целый котелок рыбных тефтелек. Потом она сможет подавать их своему проглоту-хозяину с разными гарнирами и соусами. Какой-то погреб или холодильник в доме наверняка был, значит, этого ей хватит на несколько дней точно. А Пако Карвальо сложу в корзинку и того, и другого.

Ну и принялась за работу. Через несколько часов три корзины были наполнены доверху, а я изрядно умоталась.

Вечерело. Руки слегка дрожали от усталости. Выйдя в очередной раз на задний дворик, чтобы помыть посуду, я кинула взгляд на рощицу. Оливы и лимоны чуть покачивались, по ним скакали птички, порхая с ветки на ветку, поклёвывали плоды. Между деревьями вилась тропинка. Только теперь я заметила её.

Залив посуду водой, я оставила её откисать и пошла исследовать эту часть пока что еще своих владений. Роща оказалась внушительной: я шла в одну сторону как мне показалось минут десять. Правда, то и дело останавливалась просто подышать, посмотреть. Небо с розово-оранжевым отливом мягко переходило в голубоватый цвет листьев с шапками оливок, кора тоже была окрашена сейчас в теплый рыжеватый цвет. Тропинка почти заросла: видимо, в последнее время здесь редко кто ходил.

Дойдя до скал, я обнаружила здесь небольшую потемневшую от времени деревянную скамеечку со спинкой. Рядом тоненькой струйкой капал с камней крошечный водопад, не больше, чем из садовой лейки. В зеленой траве росли какие-то невысокие голубые цветочки с синими шариками соцветий на плотненьких стебельках. Место дышало покоем, хотелось побыть здесь подольше.

Я умылась кристально чистой водой, потом, не удержавшись, подставила под струю голову и шею. Только сейчас почувствовала, что здорово припеклась на кухне. А здесь, в ущелье, было так прохладно.

Вспомнив, что вскоре Карла должна была привести ко мне ребят, я заторопилась обратно, пообещав себе, что при первой возможности вернусь сюда. Мне подумалось, что влюбленные Давид и Росария часто бывали здесь вместе. А потом и с маленькой Габриэлой гуляли.

“Жизнь так скоротечна”, - пришла мне в голову банальная мысль. А им, наверное, казалось, что их рай будем длиться вечно…

Я припустила со всех ног обратно: мне показалось, что со стороны дома прозвучал голос, как будто Карла меня звала.

Однако, никого еще не было и я решила выйти с удочкой на пирс. На теплых досках я скинула туфли и зажмурилась - так было приятно. Солнце клонилось к горизонту, в его лучах и против света баркас выглядел почти что новым и красивым. Я представила его в огоньках керосиновых ламп, смех и музыку на палубе, вкусный дымок из окошек кухни. Хоть бы всё получилось!

Насадив на крючок мидию, я подумала: хорошо бы этих мидий нажарить прямо в панцирях. И принялась собирать с другой стороны пирса, с трудом отдирая их от столбов.