Чтение онлайн

– Еще раз здравствуй, Габи, - смешливые нотки в голосе пришедшего не оставляли сомнений даже до того, как я проморгалась - это был тот самый Алехандро. Как он нашел меня и зачем явился?

– Что тебе нужно?
– вскочив резко, пошатнулась. Алехандро протянул ко мне руки, чтобы поддержать, однако я отпрянула.

Парень покачал головой, улыбаясь мне так же добродушно.

– Ты правда меня не узнала?

Я нахмурилась. Если он имел нашу встречу часа два назад, прекрасно узнала. Но, кажется, он говорил не об этом. Пристально разглядывая его полузнакомые черты, меня вдруг озарило и я тихонько охнула. Ну, конечно…

Алехандро рассмеялся, откинув голову.

– Наконец-то, подружка! Стоило мне уехать на каких-то десять лет, так с глаз долой - из сердца вон?

Открытие, которое озарило моё сознание, ясности не внесло. Так значит, это был сын Хуана Гонсалеса, а видела я его на той самой фотографии в кабинете его отца. Там он был еще совсем мальчиком.

– Но я вижу, ты всё ещё мне не рада?
– Алехандро наклонил голову, изображая молящий взгляд. Глаза его при этом не переставали искриться смехом, а на одной щеке то и дело мелькала ямочка.

– Почему не рада… то есть… Не знаю. Наверное, десять лет это очень долго, - ответила я первое, что в голову пришло. А в мыслях закрутилось другое. Если он скажет отцу, что видел меня в его кабинете, то пропали мы обе - и я, и Тереса. Вряд ли папаша поверит, что я явилась в его кабинет смахнуть пыль.

– Хочешь выпить чего-нибудь? У меня есть лимонад и вино, правда, не знаю, хорошее ли - принесли на пробу. Я буду открывать трактир. Пойдем в дом.

Алехандро присвистнул и обвел глазами берег.

– Жаль, что в этом раю появятся люди.

Мы направились к дому.

– А я тебе не человек, что ли?
– подстраиваясь под его тон, шутливо спросила я.

– Ты?
– он посмотрел на меня серьёзно.
– Ты морская фея, забыла?

“Фея? Зубастая щучка, дорогой мой! И будь со мной осторожен…”

– Да когда это было, - вздохнула я.
– Заходи.

– Здесь всё, как прежде, - Алехандро осмотрелся.
– А родители дома? Хотел бы поздороваться с ними.

Недоверчиво взглянув на него, я убедилась, что он говорит серьёзно. И в самом деле не знает ничего.

– Их больше нет, - сухо ответила я.- И давай не будем об этом.

Алехандро ошарашенно приоткрыл рот и захлопал глазами.

– Соболезную, Габи. Мне правда очень жаль. Не хочешь говорить - конечно, не будем.

Я принесла глиняный сосуд с вином, который вчера принес кто-то из ребят, и достала два стаканчика. Мы сделали по глотку, посидели немного молча. Алехандро, наверное, переваривал новость, а я размышляла.

– Послушай, ты можешь выполнить одну мою просьбу?
– обратилась я, наконец, к нему.

Молодой человек прижал руку к груди и шутливо поклонился.

– Всё, что в моих силах, сеньорита Габриэла.

– Послушай, не говори отцу, что я помогала Тересе. Он разозлится на неё: не любит чужих в доме. И ей попадёт.

А ей тяжело всё делать одной…

– Габи, Габи! Остановись. Конечно, не вопрос. Хорошо, что ты предупредила, я бы спросил его, наверное. Ничего не скажу.

– Спасибо, - кивнула я ему.

Некоторое время мы смотрели друг на друга. Не знаю, что скрывалось за его взглядом, а я напряженно думала, как и когда мне теперь проникнуть в дом и вскрыть чертов глобус.

– Мне пора, - парень поднялся, - наверное, отец уже дома. Он поехал встречать меня, но мы разминулись. Тереса сказала, что он очень ждал меня.

– Наверное, ждал, - кивнула я, улыбаясь, надеясь что мой взгляд меня не сильно выдаёт. Может, у этого молодого и с виду приятного человека, и были детские воспоминания, связанные со мной. Но лично у меня их не было. И сам Алехандро был для меня сыном ненавистного Хуана Гонсалеса.

– Можно я еще как-нибудь зайду?
– спросил меня “друг детства”, прощаясь.

– Конечно. Только не в ближайшие дни, ладно? Буду очень занята, да и тебе нужно с отцом побыть.

Стоя в дверях, я смотрела, как он удаляется. Вот обернулся, сверкнул своей насмешливой улыбкой, махнул рукой.

А я чувствовала, как во мне поднимается волна холодной неприязни к этому благополучному сытому папенькиному сынку. Почему-то в этот миг я ненавидела его сильнее, чем его отца. Объяснить себе это я не могла, да и не хотела.

Зачем его сюда принесло именно сейчас?

На некоторое время я отодвинула мысль найти дарственную на землю и занялась делами, которые были связаны с открытием трактира.

Благодаря добровольцам из числа местной молодежи, баркас уже был почти полностью подготовлен к перевоплощению - борта ошкурены, поверхности зачищены. Пока что дело было за учеником плотника, Жайме. Он приходил на час-два в день и изготавливал деревянные узкие столешницы и высокие табуреты.

Я же занималась тем, что с вечера готовила одно-два блюда, а с утра несла их на рынок, не забывая про сеньору Мадуро и Пако Карвальо. В доме Гонсалеса старалась не задерживаться ни на секунду, чтобы не встретиться с его сынком, так некстати вернувшимся в посёлок.

Тереса успела мне шепнуть, что он приехал в первый раз после долгого отсутствия, и старший Гонсалес несказанно этому рад, всё время желает проводить вместе с сыном.

– Говорит, потирая руки, что готовит большой сюрприз. Ему лишь бы задержать Алехандро подольше рядом с собой, что угодно готов придумать, - выразительно кивала сеньора Мадуро, - что уж он за сюрприз придумал, понятия не имею.

– А я догадываюсь, какой, - буркнула я, нахмурив брови. Представила, как гордый отец выгуливает своего щенка по земле, принадлежащей Давиду и Росе Ловейро, и мне захотелось сплюнуть себе под ноги.

У меня уже было достаточно наличности, чтобы выкрасить баркас, однако на оплату моим помощникам уже не оставалось. Правда они все, как один, твердили, что и так не возьмут с меня ни песо.

Были и другие вскоре предстоящие расходы - пополнить запасы продуктов к открытию, закупить керосин для ламп, сами лампы, посуду. Так же хорошо было бы приобрести хотя бы несколько новых пластинок.