ЖАНРЫ

Трансцендентальный эгоизм. Ангстово-любовный роман
Шрифт:

Он замолчал на несколько мгновений.

– А письма эти у вас есть? – спросил молодой человек.

Конечно, он же еще совсем молод! Ему не больше тридцати!

– Одно, - тихо ответила Женя. – Второе у вашего брата. Вернее сказать, он его уничтожил сразу же, как получил.

Игорь кивнул.

– Я знал, - тихо сказал он.

– Что знали? Что Василий так поступит? – спросила Женя. – Или же знали, что он и вправду медиум?

Игорь молчал.

– Вы более готовы принять мои слова, чем показываете, - заметила девушка. – Знаете, Игорь Исаевич…

Она вдруг прижала руку к сердцу.

– Вот здесь я это чувствовала, - сказала Женя в волнении. – Вот здесь. Все время.

Игорь чуть улыбнулся.

– Вы писательница, - тихо сказал он.

Женя почувствовала обиду, но ничего не сказала. Игорь кивнул на вывеску кафе впереди.

– Вот обещанное место, - сказал он. – Кофейня, там всегда тепло, правда, это недешевое заведение…

– У меня есть деньги, - сухо сказала Женя.

Игорь рассмеялся.

– Не думайте обо мне так плохо, Евгения. Я вас угощаю, чем пожелаете. Я и так виноват: застудил вам горло.

Женя вдруг очень смутилась. Снова она вспомнила, что перед нею – молодой, полный сил мужчина. И, вероятно, полный страсти.

Он – Морозов…

Она для него – уже Евгения…

“Тебе это очень понравится, мама, - неожиданно насмешливо подумала Женя. – Да вот только теперь все зависит от меня”.

В кофейне, с каким-то русским названием, оказалось и вправду тепло. Уютно. И, что лучше всего, малолюдно.

– Сюда ходят какие-нибудь ваши знакомые? – с беспокойством спросила Женя, когда кавалер усадил ее за столик.

Он сел напротив.

– Даже если и ходят, что с того? – спросил Игорь. Ей показалось, что он задет ее словами. – Я вас фраппирую*?

Ох уж эти гордецы Морозовы!

– Скорее я должна вас фраппировать, - сказала Женя. – Я просто воплощение всех женских недостатков.

Она сама не знала, почему сказала это. Но с вызовом посмотрела в глаза Игорю. Он мягко улыбнулся.

И вдруг взял ее за руку.

– Как сказали в одном знаменитом романе Тургенева вашему тезке, - тихо произнес Игорь, - вы напрашиваетесь на любезность, Евгения Романовна… Но со мной вам это ни к чему.

Он поцеловал ей руку.

– Вы замечательная женщина. И роман ваш очень талантлив.

– Терпеть не могу Базарова, - сказала Женя. Скорее потому, что была слишком смущена.

Игорь засмеялся.

– Базаров бы вас тоже возненавидел, - сказал он. – Теперь Базаровы давно уже не редкость, теперь общество фраппируют спириты.

Тут их отвлек официант. Игорь предоставил Жене сделать заказ самой. Она, стесняясь, заказала только кофе с пирожным, и тогда Игорь последовал примеру дамы.

– Почему вы не заказали ужин? – спросил он. – Здесь хорошая кухня.

Женя опустила глаза.

– Игорь Исаевич, это просто неприлично, - сказала она.

– Неприлично, если я Игорь Исаевич, - тихо ответил ее кавалер.

Женя вздрогнула. Нет, встречи с мужчинами – это слишком волнующе, слишком опасно. Боже мой, куда он так спешит, прямо гонит лошадей!

– Игорь… Исаевич, на что вы намекаете? – спросила она.

– Я бы хотел чаще видеться с вами, - сказал Игорь Морозов. – И уже на других правах.

Такая прямота изумила и оскорбила ее.

– Так сразу? – спросила Женя.

Игорь опустил глаза. Он был заметно старше Василия, но так же привлекателен. И, несомненно, походил на него темпераментом.

– Евгения Романовна, я мог бы… ждать, кружить около вас, если бы вы были пансионеркой, а я мальчиком, - тихо сказал Игорь. – Но вы давно женщина. Я увидел это в вашем романе, в вашем образе мыслей. С вами ни к чему скрывать свои намерения.

– Вы осмеливаетесь так говорить потому, что я рассказала вам о Василии, - произнесла Женя, глядя на него исподлобья. – Вы считаете, что я… развращена!

– Я считаю, что вы женщина, - сказал Игорь. – И это лучший комплимент, который я могу сделать вам…

Он прервался.

– Так вы будете звать меня Игорем?

Да, но пока только это, - резко сказала Женя.

Она все еще не могла прийти в себя.

– Игорь, я не могу понять, зачем я вам? Разве я красива? Разве равна вам по происхождению? Неужели вам до сих пор не встретилось лучшей женщины?

– Мне до сих пор не встретилось женщины, равной мне умственно и нравственно, - просто сказал Игорь. – И да – вы красивы, Евгения.

“У мужчин, наверное, какие-то другие глаза – вот уже и этот считает, что я хороша!”

Женя отвернулась, чтобы скрыть свое замешательство. Она была в таком смятении, что охотнее всего вскочила бы и убежала отсюда. В таких битвах она сражаться еще не умела!

Они молча выпили свой кофе, расплатились и оделись. Женя теперь боялась даже двинуться неловко, чтобы не испортить впечатление. Какие глупости! Она ведь ничего Игорю не обещала!

И – боже мой, сейчас ведь такое происходит с его братом, какие могут быть амуры!..

Молодые люди вышли из кофейни. Некоторое время шли молча; Женя все чувствовала на себе взгляд Игоря. Наконец она остановилась, вынудив его остановиться тоже.

– Игорь, что вы творите! Нужно что-нибудь решать с Василием! Нужно что-то делать!

Девушка глядела прямо ему в глаза.

Игорь смотрел серьезно. Она не успела понять, когда это выражение сменилось страстью: вдруг старший Морозов взял ее за плечи и, склонившись к Жене, поцеловал ее в губы. Более нежным, долгим… и каким-то более сознательным поцелуем, нежели его брат.

– Будем решать вместе, - сказал он.

* 0,711 м.

* Эдальберт Авиан, автор биографии медиума Марии Зильберт, по его словам, был свидетелем подобного же случая после того, как позволил себе вольность с произведенным Зильберт девушкой-фантомом. При этом он, как утверждал, увидел “процесс взаимопроникновения материи”, “ужасное зрелище, противоречащее всем законам природы”.

* Согласно наблюдателям феномена материализации, материализованные объекты очень чувствительны к свету и распадаются под его воздействием.

Поделиться с друзьями: