Травница
Шрифт:
— Что делать? — глухо спросил он, не позволяя себе верить.
— Для начала — прекратить истерику! Всем! Слышите? — Силантиус обвел всех спокойным взглядом и начал кидать распоряжения. — Алика, ты же староста, выполняй обязанности. Собери всех в круг вокруг девушки. Родриг? Ты здесь? Создай вокруг нас воздушный купол. Господин Фирс, держитесь… Сядьте рядом, возьмите ее за руку. Мадам Гиацинта, мне нужна ваша помощь. И твоя, Феникс, ты необычайно силен. Мари? Хватит рыдать, начинай ее лечить. Алика, присоединяйся.
Короткие строгие приказы быстро вывели народ из оцепенения. Хоть ни у кого и не осталось сомнения, что Селена мертва, никто не стал спорить. Всем хотелось понять, какую воскресительную магию собирается творить Силантиус.
— Она умерла не в этом мире, надо просто до нее дозваться, — пояснил Силантиус, когда наткнулся на вопросительный взгляд осунувшегося бледного Фирса. — Вы должны позвать ее, постараться войти в транс, а мы с Фениксом поделимся силой. Остальное дело за ней… Просто верьте.
И, опустив одну руку на кровавую рану, а второй схватив за кисть Феникса, он бессвязно начал бормотать заклинание. Темно-красное сияние, вырвавшееся из ладони директора, начало танцевать на неподвижном теле. Рваные края кожи на глазах затягивались. Мари и Алика, переглянувшись, начали колдовать. Остальные, закрыв глаза, сели плотнее. Один лишь Родриг остался на ногах, чтобы держать вокруг их маленькой компании воздушный непроницаемый купол, который никому не позволял к ним подойти и помешать. За пределами купола было видно тлеющее кладбище. Оставшиеся жители странного леса пытались еще оказать сопротивление, но сила противника явно превосходила.
— Ты что, не могла позвать нас раньше, маленькая травница? — надменно спросила красавица-роза, брезгливо отряхивая свое зеленое платье от белых жирных личинок, что продолжали сыпаться из поверженного пенька. Я так и не разобралась до конца, кем он когда-то был.
— Не знала, что вы откликнетесь, — как-то заторможенно ответила я, все еще ощущая немыслимую боль. — Я что, умерла?
Державший меня на руках великан с густой зеленой бородой добродушно улыбнулся:
— Всего на мгновение.
— Но как тогда…
— Ожила вновь? Здесь и не такое возможно! — тонкая кудрявая девушка довольно рассмеялась.
— Просто еще не пришло твое время, — серьезно пояснил статный парень с красивыми развевающимися волосами.
Их было много и все они поддерживали меня. Было вновь светло и пахло свежей травой, ветер мягко развевал наши волосы, где-то тонко заливались птицы. Лишь земля под нашими ногами все еще была гнилой и трухлявой. Но никаких темных голодных деревьев, боли, страха и зловонного запаха. Короткая схватка между темными и светлыми, и у первых не осталось и шанса.
— Смотри, — шепнул мне бородатый великан, осторожно ставя мое слабое покачивающееся тело на ноги.
В том месте, где меня убили, расплылось большое красное пятно. Пару мгновений, и через него стали проклевываться маленькие зеленые росточки.
Я удивленно заморгала, узнавая траву, которую когда-то по ошибке сочла сорняком.
— Мелисса?
— Да, — улыбнулась колючая красавица. — Весточка от отца. Пройдут годы, его душа успокоится, и он тоже будет с нами. Захвати росточек с собой.
Я смахнула набежавшие вдруг слезы.
— Спасибо вам… Так странно все это.
— Никогда не знаешь, на что способна магия, — мягко улыбнулась кудрявая девушка. — Береги себя, дарующая жизнь.
— Обращайся, — серьезно кивнул коренастый черноволосый парень.
— Приходи, — попросил низенький старичок с колючими загадочными глазами. — И друзей приводи. Слышишь, как зовут?
Неясный гул голосов действительно протяжно и громко звал меня по имени.
— Теперь ты знаешь, во что верить, — мягко пожал мне руку бородатый великан.
— До встречи, травница…
— Пока, дарующая жизнь…
— Уходи, тебя зовут…
— Пусть твой друг сожжет темных отступников, — на прощание крикнул мне высокий, статный, красивый мужчина, — их тело все еще живо… Ни к чему разносить эти ростки.
А потом меня что-то потянуло, и я резко выдохнула, встречаясь взглядом со своим директором школы. Вот так встреча!
— Здравствуй, Селена Зарница, — как ни в чем не бывало поприветствовал он меня, вытирая пот со лба. — Рад видеть тебя живой и в здравии. Позднее напишите объяснительную.
Что ж, директор в любых ситуациях останется директором.
Никогда раньше не думала, что пепелище может вызвать восхищение, а запах гари — облегчение. Но, глядя на то, как корчатся в агонии остатки деревьев, я едва не заплакала от радости и осознания того, что все закончилось.
— Ты бы переоделась, подруга, — подхватила меня под локоток вездесущая Алика, — больно смотреть…
Одежда была не просто красного, а бордового оттенка. Как вспомню о случившемся, так вздрогну. Без слов приняв в руки щедро предложенную чистую рубаху и шерстяной плащ от запасливой старосты, я спряталась за спинами подруг, торопясь раздеться. Кровавые тряпки тоже пришлось сжечь.
— Кто начнет? — деловито и строго осведомился господин директор, когда уже поздно ночью, покинув наконец страшное место, мы дружной компанией (директор Силантиус, мадам Гиацинта, Фирс, Мари, Алика, Родриг, Феникс, я и Волк, не отходивший от меня ни на шаг) устало грелись возле большого костра. Подозреваю, что у остальных участников поискового отряда тоже было много вопросов, но они пока себя сдерживали, лишь украдкой бросая любопытные взгляды в мою сторону. Подозреваю, что в школе скоро появятся новые сплетни для обсуждения.
Уставший Родриг снова накрыл нас воздушным куполом, чтобы никто не подслушивал, а меня вдруг осенило.
— Феникс! — испугалась я, подскакивая к бледному парню. Тот не менее испуганно шарахнулся в сторону. Он вообще вел себя крайне странно с момента моего… э-э-э… назовем это воскрешения. Не подходил ко мне, не разговаривал, лишь хмуро косился, а едва натыкался на вопросительный взгляд, поджимал губы и отводил глаза в сторону. Глаза тоже не сверкали — подозреваю, что парень был на грани истощения.